Страница 205 из 210
Преображенский только зло фыркнул, направляясь к скверу, который был любимым местом отдыха всех студентов. Даже сейчас, не смотря на то, что время приближалось к вечеру, в сквере было довольно многолюдно. Как - то это место не вязалось с классическими сценариями, где главные герои наконец - то разбирались со всеми своими проблемами. Ни тебе красивого вида, ни уютной квартиры, ни экстремальных крыш...самый обычный сквер ос старыми лавочками и голыми деревьями. Здесь даже не все фонари работали.
- Какой кошмар - устало выдохнула я, понимая, что подобное место так же нелепо, как и вся наша ситуация.
Илья наконец - то отпустил меня и, присев на лавочку, устало посмотрел на меня.
- Начинай - со вздохом сказал парень, посмотрев на свои расслабленные руки - и побыстрей, пожалуйста. Я, между прочим, куртку так и не забрал.
Я молча расстегнула молнию и, не обращая внимания на удивленный взгляд голубых глаз, сняла свою куртку, которую одним движением набросила на плечи друга.
- С ума сошла? - слишком спокойно поинтересовался Преображенский смотря на мой коричневый свитер с высоким горлом, который был явно не рассчитан на прогулку поздней осенью.
- Заткнись и слушай - велела я, становясь перед Ильей - теперь говорить буду я.
- Сначала забери куртку.
- Если она тебе мешает, можешь положить её на лавочку.
Илья явно хотел сказать что - то резкое, но в последний момент передумал. Сняв со своих плеч мою куртку, он аккуратно положил её рядом, смотря на меня куда более внимательным взглядом чем раньше. Отлично, меня наконец - то начали воспринимать всерьез.
- Я очень долго думала, что тебе сказать, когда мы наконец - то встретимся - призналась я, понимая, что затягивать этот разговор дальше нельзя - у меня были десятки вариантов, сотни предложений и тысячи слов. Каждый раз я начинала этот разговор по - разному, сначала обвиняя тебя, а потом пытаясь вытащить откровенность. Но сейчас я стою здесь и, как дура, не знаю что сказать.
Прикрыв на мгновение глаза я продолжила, не отрываясь смотря в голубые глаза напротив.
- Я надеюсь, что это будет наш не последний разговор, Илья. Мы останемся друзьями, как бы всё сегодня не повернулось. После того, как я узнала о... том, как ты решил свою проблему я тебя ненавидела. Я ненавижу тебя до сих пор. И, наверное, никогда не смогу простить до конца. Но, не смотря на то, что всё это время я для тебя была всего лишь необходимым щитом, крепостью, стеной, называй как хочешь, ты всё равно дал мне куда больше, чем дали все остальные. И за это я хочу сказать тебе спасибо.
Преображенский вздрогнул, смотря на меня широко распахнутыми глазами. Он хотел что - то сказать, но я выставила вперед руку, без слов прося его молчать.
- Тебе было совершенно не обязательно столько возиться со мной - голос снова начал предательски дрожать, а в глазах двоиться из-за слез - черт...я опять плачу - со смешком заметила я, быстро вытирая глаза рукавом свитера - наверное, за эту неделю я наплакала целое море... прости - глубоко вздохнув, я продолжила - ты мог просто быть рядом, время от времени проявляя знаки внимания, поверь, этого было уже больше, чем достаточно. Я ведь всегда говорила тебе, что ты - мой лучший друг, и я бы никогда от тебя не отвернулась. Но ты...не знаю, случайно или нарочно, но...ты давал мне возможность чувствовать себя...нужной. В глазах остальных я была для тебя желанна и, в конце концов, даже я в это поверила.
Говорить становилось всё труднее, воздуха не хватало и голос дрожал не столько от холода, сколько от слез и безграничного разочарования в самой себе, но я сжимала кулаки и продолжала. Хватит. Я жалела себя слишком долго.
- Но есть то, что существенно портит картину. Ты сделал меня эгоистичной. Я так привыкла знать, что ты - мой, что даже не представляла, что может быть по - другому. Ты всегда был где - то рядом, готовый подхватить, удержать, развеселить и защитить. Ты был моим якорем, Илья. Пусть для тебя это и были пустые хлопоты. Даже когда я узнала о том, что всё, что произошло - результат гибели Инны я... прости, но никакого сочувствия она у меня не вызвала. Я её не знала, но она наверняка знала обо мне, поэтому мы были изначально в разных весовых категориях. К тому же, её ты, в отличии от меня, наверняка любил.
При упоминании Инны, Илья непроизвольно дернулся, зло стиснув зубы и сузив глаза. Я глубоко вздохнула и продолжила, не обращая внимания на его реакцию, чувствуя, как крепнет голос несмотря на слезы.
- Я не знаю какой она была. Мне даже неизвестно, как она выглядела, какой у неё был характер и цвет глаз. Но я уверенна, что она тебя любила. Ты можешь мне не верить, можешь отмахнуться от моих слов, но она тебя действительно любила. Так сильно, как это только возможно в пятнадцать лет. Она не побоялась пойти против Фея, она была готова бороться за тебя до самого конца и она была бы на тебя страшно зла за то, что ты с собой сделал.
Илья опустил голову, стараясь не встречаться со мной взглядом. Но мне было достаточно того, что он меня слушал. Осталось добиться того, чтобы он меня понял, а не отмахнулся от моих слов.
- Слететь с катушек от презрения к себе? Ты серьезно? Какое ты имеешь отношение к тому, что Инна погибла? Она что, пожертвовала собой ради тебя? Оттолкнула? Встала под пули? Или ты был за рулем той машины, которая её сбила? Если бы она была жива, она бы тебе хорошенько врезала, я в этом уверенна. И у меня тоже чешутся руки, между прочим. Ты использовал меня как щит, чтобы не сойти с ума от вины, которую сам себе придумал! Ты столько лет изводил себя, меня и всех вокруг, вместо того, чтобы просто попросить о помощи. Если ты думаешь, что тебе не давала этого сделать гордость, то ты полный дурак! Потому что ты тянул всё в одиночку из-за гордыни. Ты упивался жалостью к себе и осознанием собственного бессилия, предпочитая перекладывать ответственность на всех, кто был вокруг!