Силуэт

  - Нет.

  - Хотите сказать, что сами смогли прекратить?

  Как же его бесит это постоянное удивление!

  - Да - сквозь зубы произнёс Илья.

  - И как же Вам это удалось? - интерес в голосе врача был неподдельным.

  - Мне явился посланник божий - резко отозвался парень, скрестив руки на груди - и показал девять кругов ада. Я настолько проникся, что тут же завязал.

  - Илья - прошипел Прохор, напоминая о себе.

  - Не поймите неправильно, Илья, но зависимость - это не то, от чего можно просто отмахнуться. Нужно иметь действительно огромное количество внутренних ресурсов, чтобы перестать употреблять наркотики, тем более самостоятельно - примирительно произнесла врач, улыбнувшись - может, Вам помогла семья?

  Илья раздраженно выдохнул. Ему обязательно отвечать на этот вопрос?

  - Да, именно так все и было - огрызнулся парень, понимая, что ещё немного и он согласиться на что угодно, лишь бы покинуть стены больницы.

  Черт, какой же долгий день!

  Откинувшись на спинку стула, Илья прикрыл глаза, не слушая разговора Семеновича и врача, понимая, что к его словами точно никто не прислушается. И всё - таки, почему дядя решил, что он снова стал употреблять? Как можно быть таким идиотом, чтобы не понять очевидного? После того, как Илья понял, что вместо обещанного облегчения и удовольствия видит только смерть и боль в остекленевших черных глазах, больше к наркотикам парень не прикасался. Особенно после последней, отчаянной попытки наконец - то забыться и перестать видеть кровь закрывая глаза.

  Хотя Илья даже спустя пять лет прекрасно помнил каково это - отказываться от того, что подчиняет с первого раза. Ломало так, что хотелось снять с себя кожу, будто его насадили на чужой скелет и он никак не может приспособиться. Трясло словно в лихорадке, постоянно тошнило и было невыносимо жарко, словно его постоянно швыряло то в Антарктиду, то в Африку, снова и снова, без какой - либо возможности прекратить адскую карусель. Неужели Семенович действительно думал, что Илья снова согласиться испытать что - то подобное?

  Глупо.

  Интересно, а та девчонка осталась довольна результатом своего бегства от проблем?

  - Илья? - голос врача внезапно оказался слишком громким.

  Вздрогнув, парень открыл глаза, вырываясь из собственных воспоминаний и мыслей. Семенович и Ангелина Олеговна терпеливо смотрели на него, словно он был их непослушным сыном, который разбросал игрушки по всей комнате и теперь отказывается убирать.

  - Что? - поднял брови вверх парень.

  - Я понимаю, что Вам наверняка обидно из-за отсутствия доверия со стороны семьи, но пожалуйста, не замыкайтесь в себе - попросила врач, слегка улыбнувшись.

  - Приму к сведению - холодно отозвался Илья, чувствуя, как внутри скручивается в узел ярость и что - то подозрительно похожее на ненависть.

  - Подпишите это - Ангелина Олеговна протянула парню несколько листов и ручку.

  - Что это? - насторожившись поинтересовался Илья, не спеша брать в руки листы.

  - Это разрешение на обследование - терпеливо отозвалась врач - так как Вы - совершеннолетний, то нести ответственность за самого себя должны сами.

  Илья поднял голову, вцепившись взглядом в глаза женщины. Нести ответственность за самого себя?

  Как же долго он ждал этих слов!

  - Нет, спасибо - парень резко поднялся на ноги - я не буду ничего подписывать.

  - Илья!

  - Ты слышал доктора, дядя? Я должен нести за себя ответственность за самого себя. Я. Не ты. Не Саша. Не отец. Я.

   Прохор сжал кулаки, явно стараясь успокоиться и подавить в себе порыв силой заставить племянника подписать нужные бумаги. Медленно выдохнув, мужчина открыл глаза и встретился взглядом с насмешливыми голубыми глазами.

  Паршивец.

  - Просто подпиши - с трудом выговорил Семенович - Илья, пожалуйста, просто поставь свою подпись и сдай кровь. Это всё, о чем я тебя прошу.

  - Я бы попросил тебя о доверии, но, похоже, я не заслуживаю такого щедрого подарка - холодно отозвался Илья, упиваясь яростью и беспомощностью родственника.

  Хватит.

  Он позволил притащить себя в это место. Позволил воспоминаниям и старым кошмарам, от которых постоянно бежал последние пять лет, снова взять верх. В конце концов, он дал Прохору почувствовать себя полезным. Что ещё нужно?

  - Илья...

  - Я сам разберусь со своими проблемами- резко отозвался Илья, не давая договорить - у меня их и так по горло, не придумывай ничего нового, пожалуйста.

  - Тогда что с тобой твориться?! - не выдержал Прохор, но тут же подавил в себе ярость, бросив недовольный взгляд на настороженную женщину, которая молча переводила взгляд с одного Преображенского на другого.

  - Ничего - резко отозвался Илья, нервно сжав губы - в том - то и дело, что ничего! Так почему вы все, вашу мать, пытаетесь мне что - то придумать?

   Развернувшись, Преображенский вылетел в коридор, с силой хлопая дверью кабинета. Руки дрожали от ярости, хотелось разгромить все вокруг, чтобы хоть немного избавиться от той ярости, что клокотала внутри как лава.

  - Это совершенно неприемлемое поведение - Семенович появился рядом словно черт из табакерки - и ты это знаешь.

  - Просто уйди - сквозь зубы произнёс Илья, покидая больницу и выходя на улицу, вздрогнув от холодного ветра.