Страница 5 из 23
За долгие годы своего детства и юности парень привык быть в одиночестве. С пятнадцати лет самостоятельно научился пить вино и курить сигареты, но ему было не по себе в шумных компаниях, поэтому он предпочитал большее количество времени проводить дома.
Кир сразу узнал в Серафиме родственную душу, человека, с которым он смог бы разговаривать без слов. Парень понял, что сын хозяина может принести в его жизнь что-то новое, пока неведомое ему. Однако ничего менять в своей жизни Киру пока не хотелось, точнее он по-прежнему предпочитал одиночество. И, честно говоря, ему было плевать на чувства Серафима. Кир надеялся, что пройдёт какое-то время и сын хозяина сможет забыть его.
Но сам парень не мог забыть Серафима, даже спустя месяц после их знакомства. Киру такая ситуация очень не нравилась и он впервые не знал, что делать. Звонить первому не хотелось, а сын хозяина, казалось, оставил его в покое, прекратив названивать уже неделю назад.
А ещё Кира мучили сны и кошмарные видения, которые появились после расставания с Серафимом. Сны он ещё мог вытерпеть - ходить на работу с головной болью стало привычным делом, но видения, которые появлялись независимо от того, где находился парень приносили невыносимые страдания. Кир видел то, чего не было. Просто не могло быть. Парень не верил в прошлые жизни. Казалось, он сходит с ума. И ему не к кому было обратиться, кроме Серафима. Хотя, это представлялось нелепой затеей. Может быть, сын хозяина давно забыл своего однодневного любовника.
После очередного особенно неприятного видения про застенки Моргота, Кир всё-таки решился позвонить Серафиму. Но сын хозяина не брал трубку. Не поднимал телефон он и пять дней спустя. Тогда Кир напился и написал ему смску о том, как он хочет увидеть Серафима и что им надо серьёзно поговорить, но в ответ получил лишь молчание и длинные гудки в трубке. Парень окончательно отчаялся. Он понял, что так дальше жить стало нельзя и что жизнь – это не озеро, а река, течение которой меняется постоянно.
Кир решил перейти на новую работу. Старый хозяин не хотел его отпускать, но решение парня было твёрдым. Он перешёл работать в колл-центр, где надо разговаривать с людьми и день за днём снова и снова обманывать их. Парень успокаивал себя тем, что делает свою работу, но видения былых подвигов и геройского прошлого не давали ему покоя. Кир осознавал, что в том мире, где он живёт – нет места смелости и отваге, но смутные желания и мечты терзали ему душу, причиняя невыносимую боль. Теперь парень работал целыми днями, чтобы даже тень мысли о Серафиме не смущала его душу. Но в редкие минуты отдыха он видел перед собой измученное лицо Майтимо, а страшный взгляд Моргота, казалось, видит его насквозь.
Кир стал напиваться чаще обычного. Во время его гулянок видений не было, а засыпал он быстро, словно проваливаясь в тёмную пропасть между мирами.
Кир начал читать Библию. От половины того, что было в ней сказано – его мутило, а вторая половина – вызывала улыбку. Но нигде в ней он не мог найти упоминания о Майтимо и Морготе, словно их никогда и не было. Киру начало казаться, что он медленно сходит с ума.
Во время очередной пьянки, когда парень лежал на диване почти без чувств к нему явился Моргот в короне с Сильмариллами, осветившими комнату ярким фаворским светом. Кир невольно зажмурился, закрывая локтём глаза.
- Я приветствую тебя Финдекано, сын короля Финголфина! – произнёс Моргот и злобная усмешка исказило его лицо.
- Уходи! – крикнул Кир, пытаясь оттолкнуть ужасное видение правой рукой. – Тебя нет. Ты – плод моего воображения. И мой отец – не король, он –самоубийца!
- Ошибаешься, Финдекано. Твой отец – Финголфин – верховный король нолдор и это я убил его. – Моргот рассмеялся и вытащил нож с золотой рукоятью из складок своей одежды. – А сейчас ты видишь меня потому, что должен находится в Чертогах Мандоса, однако там тебя нет и этим ты нарушаешь равновесие между мирами. А я всего лишь хочу вернуть тебя обратно. Тебя и твоего несносного дружка.
-Майтимо! – прошептал Кир и затих.
- А ты догадливый! – сказал Моргот, садясь на диван рядом с Киром и поигрывая ножом. – Между прочим, тебе гораздо проще, чем ему.
- В смысле? – спросил Кир, приподнимаясь на локтях (разговор с воображаемым врагом начинал забавлять его).
- Я постарался перенести сюда Майтимо в его прежнем бессмертном теле и сохранил ему память. Так что твоему дружку вдвойне тяжелее узнавать тебя и смотреть насколько ты далёк от того Финдекано, которого он любил. А я постарался сделать из тебя то, чем ты сейчас являешься. Для этого нужно было приложить лишь капельку воображения. Ах, ты теперь умеешь обманывать людей не хуже меня, но зарабатывать на этом деньги даже я себе бы не позволил. Кстати, твоя тяга к дорогому алкоголю вызывает у меня умиление! О, а насчёт твоих предпочтений в постели я, конечно, за свободу и учил вас ей когда-то в Амане, но то, что делаешь ты – это уже чересчур. Я более скромен в своих желаниях.
- Я не знаю, каким был раньше, Моргот и то, что ты говоришь не представляет для меня никакого значения. – произнёс Кир, разваливаясь на диване. – А так как ты – только плод моего воображения – я могу легко избавиться от тебя стоит мне лишь щёлкнуть пальцами.
- Нет, Финдекано, к сожалению, я реален, почти так же, как ты. – ответил Моргот, не пряча язвительной улыбки. – Кстати, у меня как раз есть для тебя подарок. Я покажу тебе, Финдекано, каким ты был прежде. Да, не считай это бескорыстным жестом – я ненавижу тебя и весь твой род, поэтому мне доставит огромное удовольствие видеть твои душевные муки. Но благодарить за них ты должен будешь Майтимо, потому что он…