Страница 64 из 67
- Тише ты! Обожгусь! – отпрянула она от парящих из-под крышек кастрюль и развернулась в его руках.
- Последний вечер. Я же должна заиметь совесть и устроить тебе нормальный семейный ужин?
- Всё уже нормально. - Она положила ложку, и некоторое время томно смотрела, как Дэн забирается руками под подол халата, гладит и аккуратно мнет её бедра, прижимаясь к ним своими. Полы халата распахнулись, и к её обнаженной плоти прильнула ткань его брюк, под которой чувствовалась родная твердость, рвущаяся к ней. – Не устал в своём фитнесе?
- Да, я собиралась походить с тобой, но простуда… - Херин чуть отвела его лицо, осторожно взяв в свои ладони и посмотрев ему в глаза. – Хотела сказать тебе, что я и в ближайшее время вряд ли смогу туда ходить. И вообще, намереваюсь сильно поправиться и быть пышной булочкой. - Дэниэл с хитрой улыбкой попытался понять, в чем смысл этого предупреждения, предугадывая подвох.
- Нет, суть не в том! – обняв мужа, она поднесла губы к его уху. – Как ты и хотел, у нас скоро будет ещё один малыш.
Мужчина распахнул её халат и стал опускаться поцелуями ниже, по шее, по ключицам, между грудями. Остановившись на них, он взял их в обе руки и, поочередно, вбирая в рот, оглаживал и сжимал, вырывая стоны из супруги. Его язык закружил по соскам, облизывая и сдавливая их то губами, то немного зубами. Херин откинулась на рабочий стол, машинально дотянувшись до конфорок и выключив их – потом за ними уже просто не усмотришь. Дэн продолжил опускаться и, пройдясь языком по животу, ставшему не таким плоским, как раньше, но не утерявшему от того в понимании Дэниэла своей божественной восхитительности, он дошёл до низа и, рухнув на колени, поцеловав горячо лобок жены, он скользнул языком в самую её суть, сжав сильными руками бедра и прижав их к себе. Херин простонала, прикрыв глаза. Рот мужчины влажно атаковал поцелуями, и каждое движение языка отдавалось по всему телу волнами удовольствия. Раздвинув пальцами половые губы, он нашел клитор и ещё горячее стал втягивать в себя чувствительную плоть. Язык дразнил и теребил этот сгусток нервных окончаний, после чего проникал глубже, обласкивая каждый сантиметр, до которого дотягивался, изнутри. Стараясь не кричать, но позволяя себе пошлые звуки, Херин отдалась наслаждению. Дэн закинул её ноги себе на плечи, открывая в большей доступности все любимые складки и места. Работая языком, он довел жену до предоргазменного состояния, заставив её увлажниться и буквально сойти с ума. Оттягивая окончательный момент, поставил её на ноги и, заменив язык пальцами, поднялся сам. Сминая и натирая клитор, он впился в уста Херин, повизгивающую приглушенно и хватающую пальцами столешницу. Свободной рукой расстегнув ширинку, он высвободил давно ждавший этого член и, слегка присев для большего удобства, приподнял одну ногу Рин, закинув её за спину. Заменив пальцы теперь уже на головку члена, он рьяно заводил ей по клитору и, когда женщина не выдержала и забилась в оргазме, вошёл в её готовое и жаждущее влагалище, заполнив собой всё пространство. Прижав её к столу, он задвигался в быстром темпе, вводя жену в неистовый экстаз, в котором она уже не в полной мере владела собой, и чем дольше он вбивался в неё, тем нечленораздельнее были её возгласы и стоны. Вновь обняв её и прижав к себе, Дэн яростнее и яростнее вводил и выводил член, пока не кончилась его выдержка и он, рыча, вцепившись в нижнюю губу Херин и обрушив кулак на столешницу, стуча по ней в ритм своим толчкам, кончил, не боясь и не нуждаясь больше в предохранении. Вспотевшие и обезумившие от страсти, они дольше минуты затихали и приходили в себя.
- Я тоже тебя люблю, - пробормотала она, поцеловав его плечо, в которое уткнулась. Её ноги в белоснежных носочках свисали по бокам от него, лениво и удовлетворенно болтаясь. – Любимый наш папа.
- Надо доготовить ужин, - начало возвращаться к ней осмысление.
- У меня ноги отказали. Они как из желе.
- Милый, ужин на столе, - ласково поглаживая дверной косяк, призывно и радостно глядя на супруга, она осветилась последним лучом закатного солнца, скрывающегося за домами.