Страница 27 из 55
- Ши шей? (Кто это?)
- Подбежавший помощник, кланяясь и виновато разводя в стороны руки, всё повторял:
- Вомэнь бу чжи дао. Вомень бу чжи дао. (Мы не знаем. Мы не знаем).
- Тха цхун наар лай да? (Откуда он взялся?), - снова спросил капитан.
Помощник снова бормотал, что он не знает, откуда я взялся, но видел, что я вылез из трюмового отсека.
Капитан с помощником подошли к отсеку, открыли крышку и два матроса с копьями спустились в трюм. Через какое-то время они выскочили из отсека:
- Сиень шэн, шем ма мей ёу. (Господин, там ничего нет).
Капитан снова повернулся ко мне, посмотрел на меня и спросил:
- Нинь цхун наар лай да? (Вы откуда появились?)
Вероятно, обращению на «Вы» я был обязан своей черной шелковой сутане, которая в Китае являлась принадлежностью среднего класса и относилась к «мундирам» чиновников. И моя сабля тоже свидетельствовала о моем немалом служебном положении.
- Цхун шуи ли, (Из воды) - ответил я.
Капитан на какое-то время задумался. Потом спросил:
- Нинь ши Хай Ян эр? (Вы Сын моря?)
- Нун цинь чху, Хай Ди эр, (Уточню, я Сын морского царя), - сказал я.
Капитан еще немного подумал и засмеялся. Засмеялся и я. В это время два матроса отвязывали меня от мачты.
- Во яо цин нинь дао во да чхуань ву гэнь во и ци чши цзао фань (Я приглашаю Вас в мою каюту вместе позавтракать), - сказал капитан и руками показал, в какую сторону нужно идти.
Каюта капитана была очень небольшой, но два человека в ней могли разместиться за маленьким резным столом. Нам подали рис, вареных моллюсков, глиняный кувшинчик и маленькие фарфоровые стопочки.
Капитан налил вино, сказав:
- Шао син цзю ши ши цзие шан цзуй хао да пху тхао цзю (Шаосинское вино самое лучшее виноградное вино в мире), - и предложил выпить за здоровье за наше здоровье - Вэй вомень да шень тхи цзиень кхан, гань бэй!
Мы выпили - вино было восхитительное - и сразу набросились на рис с моллюсками. И я работал палочками так, как будто всю жизнь пользовался только ими. Нужно будет поблагодарить своего учителя.
Насытившись, мы откинулись к перегородкам каюты и закрыли глаза от сытости и усталости бессонной ночи.
- Сиень цзай, вай гуо жэнь, во сян тхин цин чху нинь да гу ши (А сейчас, чужеземец, я хочу выслушать Вашу историю), - сказал капитан.
- Во ин гай сян и сян, инь вэй во да гуши мэй ёу кхай ши е мэй ёу цзи ся цю, чхуань чжан (Мне нужно подумать, так как моя история не имеет начала и продолжения, капитан), - сказал я.
- Мэй гуань си, во да ши цзиень мэй ёу сиэнь чжи, во мэй ёу лай да цзи (Ничего страшного, я не ограничен во времени и никуда не опаздываю), - ответил капитан.
Дальше я буду давать только перевод, чтобы читатель не вчитывался в звучание чужих слов, а они написаны так, как слышатся, а не так как пишут некоторые товарищи-китаеведы, но не в этом суть дела. Главное, что мы с капитаном пока понимали друг друга.
- Ну, что же, если у нас много времени, то слушай, - начал я рассказ. - Я жил в большом и светлом городе, в котором были дома по 3, 4, 5, 9 и 12 этажей. А по широким каменным улицам быстро ездили самоходные повозки с широкими и удобными креслами, в которых людях лежали, сидели, пили дорогое вино, курили дорогие сигары и слушали прекрасную музыку, которую играли невидимые глазу машины. Эту жизнь можно назвать счастьем, но человеку всегда мало того, что он имеет и он ищет себе приключения там, куда ему вообще-то не нужно заходить. С помощью заклинания старого волшебника этот человек попал в то время, когда машины были тихоходными, а люди воевали друг с другом по любому поводу. После окончания войны путешественник хотел вернуться домой, но заклинание старого волшебника забросило его еще дальше в те времена, когда народы одного государства были разъединены и воевали друг с другом под смех сильных соседей. Путешественник еще раз хотел вернуться с помощью заклинания, но очутился на твоем корабле, капитан, и путешественник не знает какой сегодня день и какой сегодня год, и он даже не знает, как называется судно, которым командует такой доблестный и умный капитан.
- Твои сказки (гу ши - сказки, истории, примечание автора) очень интересные и мне нужно их обдумать, - сказал капитан, - а пока я думаю, мы пойдем и посмотрим мой корабль. Свою саблю можешь взять с собой.
Это не корабль, это наш дом, он живой и имеет свой характер. Если ты не понравишься этому дому, то он вышвырнет тебя где-нибудь по пути, и никто не узнает, куда делся плохой человек. Этот дом называется джонка.
Все считают, что джонка - это маленькая лодка, но вы сами можете убедиться, что это не так. Моя джонка имеет сорок пять метров в длину и девять метров в ширину. На ней три мачты и на каждой мачте паруса не из парусины, как у европейцев, а из тонкой и перевязанной самыми прочными веревочками дранки. Мы быстрее всех поднимаем и опускаем паруса и наша джонка более устойчива и маневренна как в тесном порту, так и в бою.
Мы, конечно, не соперничаем с многопушечными фрегатами, но не советуем и фрегатам связываться с нами. Большой корабль покажет свои мачты из воды, а наша джонка останется на воде. Судите сами, 37 шпангоутов, обеспечивающих прочность корпуса и везде водонепроницаемые переборки, придающие непотопляемость джонке. Каково? Самую первую джонку построил первый великий правитель Китая Фу Хуси. Когда европейцы в задумчивости ходили по берегам рек и морей, мы уже ходили по всем морям на своих джонках. Вот так. Корабль я вам показал, а вот, что делать с вами так и не придумал. Кстати, сегодня 17 день седьмого месяца одна тысяча семьсот пятьдесят четвертого года по европейскому стилю.
Глава 28
Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Похоже, что попал из огня да в полымя, и противник у меня коварный, без чина и звания, на халате-рясе ни одного значка и на шапочке, как у меня, ни значка, ни помпончика с шариком, а капитан судна человек служивый. А, может, ему понравились мои «гу ши» и он решит выведать какие-нибудь подробности тех или иных механических приспособлений, об устройстве которых я и понятия не имею, решит, что я что-то скрываю и будет пытать для развязывания мне языка.