Страница 49 из 167
-И какая же она, эта Афалина? – спросил я из чистого любопытства.
-Она – прекрасна и стройна, ее синие волосы напоминают струящийся шелк. А дивные глаза – как непостижимая тайна мироздания. Ее кожа чиста и бела, а голос чарующий и нежный, завораживающий и воспламеняющий одновременно. Говорить о ней можно часами, слушать о ней можно часами. Но никакие слова не могут передать хотя бы частично ее истинную красоту, - мечтательно произнес Кока.
-У меня просто мороз по коже от твоих слов, Кока! – признался я.
-А если бы ты ее увидел!
-А где ее можно увидеть? – спросил я.
-А нигде. Ее никто никогда не видел. Она царица океанской бездны. Живет где-то во мраке глубин и почти никогда не поднимается на поверхность.
-Откуда же ты знаешь, как она выглядит?
-Все в Лужано знают, кто она такая и как выглядит! В каждом букваре слово на последнюю букву всегда «Афалина». И рядом – рисунок с ее изображением. Все знают, какова она, царица бездны.
-Афалина… - мечтательно произнес я. – Вот бы ее увидеть!
-Лучше не мечтай об этом. Говорят, характер у нее настолько стервозный, насколько потрясающа ее внешняя красота. Делать кому-то гадости – это ее профессия и ее хобби. Лучше не мечтай о встрече с ней. «А» буква пишется очень просто. Смотри! Она похожа на фонтан в парке или на чайку.
Кока написал на чистом листе какую-то закарлючку, которая. Как он утверждал, и была буквой «А». Затем повар еще нарисовал несколько картинок, изображающих предметы, названия которых начинались с определенной буквы. Я прилежно переписал новые для меня буквы в тетрадь. Кока сам записал в мою тетрадь какую-то длинную фразу.
-И это тоже запиши! – велел он мне.
-А что это?
-Пиши! Пиши и запоминай, а потом, когда все буквы будешь знать, прочтешь и выучишь.
Как только я записал предложение, тут же свалился от усталости в каюте у Коки и крепко уснул. Мне снилась Афалина. Мы плавали с ней на поверхности океана, а потом я стал тонуть. Она спасла меня, выволокла на песчаный берег и сделала мне искусственное дыхание изо рта в рот. На Афалине был голубой купальник, который удивительно подходил к ее синим волосам.
-Хочешь, я стану твоей царицей, Игрок? – томно шептала мне на ухо несравненная Афалина.
И во сне я ощутил, как сильно я этого хочу.
Проснулся я, когда был уже день. Но не угрызения совести за то, что я долго спал, заставили меня выйти из каюты. Самый элементарный, обычный, примитивный голод. Чувство, которое роднит хомо сапиенс со всеми остальными живыми существами, с хищниками и не очень, с паразитами и не очень, со всей многообразной ползающей, бегающей, летающей, плавающей и прыгающей фауной.
-На абордаж? – услышал я успевший мне поднадоесть за вчерашний день голос.
-Проголодался, чертяка языкастый? – ласково спросил я попугая.
Птица так привыкла ко мне, что не захотела возвращаться к капитану Роме. Это обстоятельство обрадовало меня и кошку Пиранью. Едва только Рома поднялась на борт, а вахтенный у трапа просигнализировал об этом звонком громкого боя трижды, кошка тут же прыгнула на голубой халатик своей хозяйки. И ей не пришлось при этом расправляться с беззащитной птичкой, так трогательно призывающей к атаке.