Страница 100 из 119
Уже на выходе, помявшись немного, он сказал:
- В нашей жизни очень важно правильно оценивать людей. Особенно если они твои друзья...
Я с удивлением посмотрел на него - к чему это он? А Груздев, будто решившись, закончил:
- У меня характер прямой. Ты меня извини, но я тебе скажу так: плохой человек твой Жеглов. Ты не подумай, я не потому, что с ним сцепился... Просто для него другие люди - мусор... И он через кого хочешь переступит. Доведется - и через тебя тоже...
Забрезжил серый сырой рассвет. На улицу выходили дворники с метлами, по всему телу расплывалась уже ничем не сдерживаемая усталость, а я все стоял на тротуаре около первого поста и лениво размышлял о том, как подчас мы торопимся обвинить, осудить человека. Вот и Груздев сейчас сказал о Жеглове злые слова и ушел с горечью и ненавистью в сердце, даже не подозревая, что во имя того, чтобы мог он сейчас в предрассветном осеннем сумраке идти с любимой женщиной домой, Жеглов всего несколько часов назад без всяких колебаний бросился в схватку с Фоксом и бог весть, чем эта схватка могла кончиться...
ПЕРВЫЙ ЗАМОРОЗОК Сегодня утром крыши. Москвы покрылись инеем. Этот первый "белый утренник"
наступил на месяц позже среднего срока. Инеем покрылись поля и лесные поляны. В еловые и лиственничные чащи заморозок еще не проник.
Заметки фенолога Дыма табачного набралось в кабинете больше, чем когда бы то ни было: Свирский курил трубку, выпуская из черного обкуренного жерла каждые три секунды целое облако - мы четырьмя "нординами" за ним поспеть не могли. Собрались сегодня попозже, успев выспаться после вчерашнего, и вот уже добрых полтора часа обсуждали, как изловить банду. Заново зарядив свое "орудие" и шарахнув очередным залпом густого пахучего дыма, Свирский подытожил:
- Конечно, прекрасно, что вы взяли Фокса. Судя по всему, это один из активнейших участников банды...
- Если не главарь...- подал голос Жеглов.
- Да. Но в то же время у нас до безобразия мало каких-либо выходов на остальных.
Предположение, что они базируются на район Сретенки, Марьиной рощи, следы ног, отрывочные сведения о внешности еще одного бандита... Все это даже не корыто, и будут ли к нему свиньи, очень пока не ясно. Конечно, можно подождать, не скажет ли Фокс...
- Не скажет,- утешил Жеглов.- На его разговорчивость рассчитывать не приходится.
- Изворачивается до последнего,- поддержал я.- Даже очевидных фактов не признает, все наотрез. Добром от него ничего не добьешься...
- Надо его подмануть, сукинова сына,- неожиданно предложил Пасюк.
- Да? А как? - с надеждой посмотрел на него Свирский.
- То я нэ розумию, Лев Олексеевич,- растопырил огромные ладони Пасюк.То у нас Глеб Егорович мастак...
Немножко посмеялись, но я про себя подумал, что какая-то истина в словах Пасюка есть - на фронте довольно часто получалось, что доставали хитростью то, чего нельзя было добыть с бою. А Жеглов сказал:
- У нас остается пока что единственный канал, где мы знаем хотя бы кого персонально искать. Это подружка Фокса - Аня.
- Да, я уже думал об этом,- сказал Свирский.- У вас кто ею занимается?
- Шарапов,- сказал Жеглов.- Он и по вокзалам, и по кличкам, и по оперучету ее проверяет.
- Ладно,- кивнул Свирский.- Тогда хватит заседать, все усилия направьте сейчас в эту сторону. Для проверки на вокзалах я вам еще шесть человек немедленно выделю, как раз в третьем отделе вчера группа Коногонова освободилась. Вечером доложите о результатах...
Время бежало быстро, а никаких сколько-нибудь приличных следов Ани не обнаруживалось. И все время скребла мыслишка: а на кой, собственно говоря, ляд мы приберегаем телефон бабки Задохиной? И незадолго до обеда я сказал Жеглову:
- Слушай, Глеб, что нам мешает попытаться вытащить Аню по телефону бабки?
- Спугнем их...- сказал Глеб механически, потом оторвался от своих бумаг и внимательно посмотрел на меня, словно додумывая мысль, которую я не высказал.
Потом улыбнулся:- Смешно, Володька. Иногда принимаешь какую-нибудь вещь как аксиому. Дерево твердое, молоко жидкое. А масло? Масло ведь бывает не только твердое, но и жидкое, так? Вот и телефон Задохиной конспиративный. И точка. А какой он сейчас, когда мы Фокса взяли, к богу конспиративный? Что мы, банду спугнем? Так их уже спугивать некуда. Тем более что жулики они отчаянные и нам нечего надеяться, что они угомонятся.
- Вот и я так полагаю,- сказал я.- Давай только подумаем, как хитрее ее вытащить.
- Не об этом надо думать,- покачал головой Жеглов.- Вытащим как-нибудь. Думать надо о другом - что мы с ней будем делать? А если она не знает или не захочет нам показать банду?
- А что мы теряем? - спросил я.- Допросим, а там видно будет...
- Не-е, это ты не прав, Шарапов,- протянул Глеб.- Нам надо иметь четкий план. Ты ведь небось разведкой так не занимался: пойти туда - не знаю куда, принести то - не знаю что? Надо себе точно представить, что именно нам от нее, от Ани, значитца, нужно и каким способом это добыть. Вот когда придумаем, тогда поговорим...
Долго я сидел и размышлял обо всем этом, и все время мне мешала мысль о том, что, прежде чем допрашивать Аню, ее надо как-то вытащить, зря Жеглов отмахивается от этой задачи, будто можно взять ее и вытащить из кармана. Пасюк прав, конечно: надо ее как-то "пидмануть" - в лоб, нахрапом, с подругой Фокса не справиться. Так и этак выстраивал я разные комбинации, даже на бумаге рисовал, и каждый раз оказывалось, что от того, как мы ее заманим на встречу с нами, будет зависеть все остальное. И еще я понял: иначе как изнутри мы сейчас банду взорвать не сможем...
Значит, еще раз, сначала. Вытаскиваем Аню. Как? С помощью Волокушиной? Не годится. Фокс ей даже звонить-то по этому телефону запретил, и на свидание с ней Аня, скорей всего, не пойдет... А выстрел окажется холостым... С кем же Аня захочет встретиться? Пожалуй... пожалуй... только с человеком, у которого есть известие от Фокса... Так, так, вроде нащупывается... У кого может быть такое известие? Тоже ясно - только у человека, с которым Фокс сидел в одной камере.
Так. И этот человек вышел на волю... Почему? Почему вышел на волю?.. Ну ладно, это мы придумаем... Есть, допустим, у сокамерника письмо для Ани... или поручение на словах... Письмо она может потребовать послать по почте... Хотя нет - надо же адрес дать!.. Так, так... Встретились, допустим... Но ведь тащить ее к нам нелепо... Ее самое и сажать-то не за что, пока не доказано соучастие в банде...