Страница 75 из 87
— Понятно, — сказал Джордж.
— Оставь птицу здесь, пожалуйста. Я постучу, если ты нам понадобишься. — Сериза повернулась к Одри, выпятила нижнюю губу и выпустила воздух изо рта. — Привет.
— Привет.
— Когда-нибудь у нас с Уильямом будут дети. Это то, чего я должна с нетерпением ждать.
— И тебе страшно, — предположила Одри.
Сериза хищно улыбнулась.
— Я не могу дождаться.
Прежние подозрения Одри подтвердились. Все Мары были безумны.
Сериза сделала небольшой глоток.
— Джек действительно плакал?
— Да.
— Не могла бы ты рассказать мне всю историю с самого начала?
Пятнадцать минут спустя Сериза допила почти весь свой лимонад.
— Значит, мальчишки надрали задницы. Дома им придется расплачиваться за свой поступок, но Деклан и Роза будут гордиться. И, честно говоря, Джорджу сколько, четырнадцать? К тому времени большинство членов моей семьи впервые почувствовали вкус крови.
Жестокие, психотические, болотные люди. Да, именно оттуда вышел Кальдар. Это многое объясняет.
— А Кальдар и этот его план с проповедником, просто бесценен. Он просто гениален. Он знает про это, что делает его невыносимым, но он все равно гениален. Я бы никогда до такого не додумалась.
Тему Кальдара следовало избегать любой ценой. Одри наклонилась вперед.
— Что вы с Уильямом здесь делаете?
— Ты видела юношу в очках?
— Тот, что ходит за тобой по пятам, как щенок?
— Да, — вздохнула Сериза. — Фрэнсис. Он создает картины, сложные, богато украшенные картины. Они вызывают головокружение, если смотреть на них слишком долго. И если ты посмотришь на них под определенным магическим освещением, ты увидишь интересные вещи, такие как подробные чертежи стратегических зданий. Герцогский дворец, например. Замок Ордоно, который является Адрианглийской крепостью на северной границе Луизианы. У него фотографическая память, и как только он на что-то смотрит, он это запоминает. Он думает, что трюк с чертежом делает его картины особенными.
Да, они были особенными.
— Как он получил доступ ко всем этим чертежам?
— Когда его таланты были раскрыты, Адрианглийские военные идиоты в своей бесконечной мудрости решили, что из него получится хороший шпион, поэтому они начали пихать ему сложные чертежи и обучать его воспроизводить их. Он делает именно то, чему его учили, только, видите ли, он не хочет быть инженером или шпионом, он хочет быть художником. И он сбежал. Мы выследили его до Мореля, который выставит на аукцион одну из его картин. Фрэнсис думает, что люди покупают его чертежи из-за искусства. Он не понимает, что они покупают его чертежи, чтобы использовать их в своих целях. Мы с Уильямом должны вытащить его и забрать обратно.
— Что с ним будет?
— Они запрут его. Не убьют, но поместят в контролируемую среду, возможно, в Лона-рет. Это военное здание, очень красивое, как курорт, за исключением высоких стен, магически способных охранников и проводников, которые следят, чтобы гости не уходили. Он не болен и не умственно неполноценен. Фрэнсис знает, что совершает измену. Его предупреждали, и он знает, что кто-то может использовать его искусство в гнусных целях, но он настолько высокомерен, что смеется над этой идеей. Он убежден, что художественная ценность его работ превосходит все эти глупые правила национальной безопасности. Ему просто все равно. Ему повезло, что он талантлив, иначе они посадили бы его тощую задницу в какую-нибудь темницу и забыли бы, что он вообще родился. — Сериза наклонилась вперед. — Агентам «Зеркала» не разрешается обсуждать друг с другом характер своих миссий. «Зеркало» предоставило нам приглашение, и мы прибыли сюда. Уильям — контрабандист из Луизианы и ревнивый головорез. Я мелкая аристократка и нежный цветочек, нуждающийся в спасении. Фрэнсис романтик. Он очень быстро заполнил пробелы. Мы понятия не имели, что Кальдар окажется здесь. Теперь мы должны скоординировать наши действия.
Без шуток.
— Ты все еще думаешь выходить ли за него замуж, верно?
Что это с ними обоими, и что они привязались с браком?
— Сериза, он шутит. Кроме того, я не выйду за него замуж, даже если он мне заплатит.
— Почему нет?
— Потому что Кальдар не из тех, кто женится. Он из тех, с кем можно весело провести время.
Сериза нахмурилась.
— Ты должна признать, что он отличный агент.
— Да. Он умный и способный, и хорошо делает свою работу.
Сериза взглянула на нее.
— И он хорошо соображает.
— Да.
— И красивый.
— Ну, конечно, он красивый. Он великий вор. Он также сделал тот трюк с мечом, который делает ваша семья, и убил одну из фехтовальщиц «Руки». Но ничто из этого не делает его хорошим кандидатом на брак. У него блуждающий взгляд и шаловливые руки. — И он врет. Постоянно и с большим мастерством.
— Он всегда очень хорошо владел клинком. Он хороший добытчик, — сказала Сериза.
Забавно, как она полностью проигнорировала слова про блуждающий взгляд. Одри спрятала улыбку.
— Наш клан действительно очень большой. На болоте нельзя рассчитывать ни на кого, кроме семьи. Кальдар был нашим сватом. Он организовал большинство союзов для семьи.
Что ж, это многое объясняло. Она спросила его, женаты ли его друзья. Конечно, он знал, что его друзья женаты. Вероятно, он женил их на своих родственницах. И она ткнула его носом в то, что он сам не связал себя узами брака. Это объясняло его внезапное желание жениться.
— Чтобы тебе не пришлось беспокоиться, — продолжила Сериза. — Кальдар знает все о том, что требуется для того, чтобы начать основательное хозяйство.
Она на самом деле поднимала Кальдара в ее глазах. Одри чуть не рассмеялась. Сериза любила своего кузена. Но ее сватовство было таким же деликатным, как бульдозер.
— Мне бы хотелось, чтобы ты прекратила попытки свести меня с твоим кузеном.
— У меня это не очень хорошо получается, не так ли? — Сериза поморщилась. — Кальдар сукин сын. Он ворует, строит дикие планы и нарочно сводит с ума моего мужа, потому что это его забавляет. Но Кальдар также добр, храбр и предан. К нему трудно подобраться, но те, кто это делает, обретают друга на всю жизнь. Я люблю его как родного брата. Он всегда присматривал за мной. И ты должна знать, что когда мы проходили мимо него и Мореля, он смотрел на тебя так, словно ты ходишь по воде.
Одри отпрянула.
По лицу Серизы пробежала тень. Она посмотрела в сторону, в окно на облака в далеком небе.
— Моя семья достаточно настрадалась. Кальдар достаточно настрадался. Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Дай ему шанс. Если ничего не получится, ты всегда сможешь найти меня потом и ударить по лицу.
ОБЕД был накрыт в большой столовой. Кальдар решил, что не очень-то любит замки, и особенно этот. Обеденный зал с его огромными стенами, богато украшенными арками с искусной красно-золотой каймой, и резными белыми колоннами был прекрасен. Даже величественен. Но он казался холодным и безличным. Кальдар всегда предпочитал веселый хаос кухни Маров, где места не хватало, и все разговаривали за едой. Он сидел в конце стола, Джордж был слева от него, а Джек прямо напротив. Справа от него сидел долговязый молодой человек в очках. По словам Джорджа, этого парня звали Фрэнсис, он был предателем Адрианглии, и при первой же возможности Уильям с Серизой должны схватить его и утащить обратно в любовные объятия королевства.
Обед состоял из пяти небольших блюд. Фрэнсис почти ничего не ел. Он ковырялся в еде, перекатывая помидоры-черри вилкой, и бросал грустные взгляды на Серизу, сидевшую через стол на четверых слева от них.
Сериза выглядела прелестно. Ее платье было выкрашено в характерный закатный узор, популярный в прошлом году: почти сливово-красный на рукавах с открытыми плечами и с плиссированным отложным воротником, который оставлял большую часть ее декольте открытым, ткань вспыхивала красным там, где обхватывала ее грудь, освещалась почти оранжевым на талии, а затем проливалась великолепным каскадом плиссированного румянца, оттенка слишком провокационного, чтобы его можно было назвать розовым. Это был хороший выбор, хотя платье было немного не по сезону. Требовалось время, чтобы стили одежды просочились с севера на юг. Жена солтликёра не должна была иметь доступ к последней моде. Красный сигнализировал о чувственности, и Фрэнсис пожирал ее.