Страница 6 из 253
Элайджа напевает и вводит код, но дверь не открывается. Спокойно повторяет все еще раз - результат тот же. Действие с напеванием и введением кода повторяется еще несколько раз, и в результате мужчина начинает злиться. Смотрит на преграду, которая от одного этого взгляда могла бы расплавиться, но почему-то еще держится. Может, ее специально делали устойчивой к убийственным взглядам? Или дверь просто не чувствительная попалась. Я думаю над другими вариантами попадания в подъезд, когда дверь открывается.
Не знаю, как Элайджа, я решаю сначала, что это запоздалая реакция на введенный пароль, но из подъезда выходит тумбочко-образный мужчины с такой щетиной, что за ней не разглядеть черты лица. И по взгляду легко определить какая эта щетина твердая.
Элайджа быстро оказывается рядом, прижимая меня к себе.
Ноги тут же начинают подгибаться, в первый момент от неожиданности, а в дальнейшем от удовольствия. Сама прижимаюсь к нему сильнее и вдыхаю... бе-е...
Или из подъезда так пахнет, или Воздушный город не отвечает своему чистому названию, но за ужасными запахами, от которых свербит в носу, я не чувствую Элайджи. И где же романтика? Эх...
-О-о, где такую девку нашел? Крас-сивая.
Вроде, и комплимент мне сделали, а совсем неприятно. И то, что на меня «девкой» обозвались, не добавляет очков галантности в копилку данного субъекта. Прижимаюсь еще сильнее к Элайдже, в поисках защиты. Еще и носом утыкаюсь в него, противные запахи никак не желают уходить, а такими темпами я потеряю обоняние. Вот, не нужно было глубоко вдыхать, но кто же знал.
-Тебе туда путь закрыт, - холодно отвечает Элайджа.
Но мужчина явно не проникается моментом.
-Что, думаешь, что денег не хватит?! - мужик орет, и я все же улавливаю запах алкоголя.
Ой, вот к чему приводит его чрезмерное употребление алкоголя. Лекций никаких не надо, только такого индивида показать, и достаточно.
Только потом я осознаю смысл сказанных слов. Он, что, считает, что я...?! У меня и слова подходящего не находится. Вспоминаю в чем я сегодня и начинаю закипать еще больше. На мне джинсы и свободная кофта. Это что за больную фантазию иметь нужно?!
Видимо, свое возмущение я выражаю явно, поэтому мужик начинает хохотать, а Элайджа поглаживать меня не выпуская из объятий. Да как он, то есть этот мужик, смеет?! В Новом мире не афишировалось, но я видела регулярно дела, с которыми работал папа, он не считал нужным прятать их от меня. Учив меня защищать себя, он уже дал понять, что Новый мир не самое безопасное место. Так вот, в наше время остаются те девушки и мужчины, которые зарабатывают себе на жизнь, так сказать, даря удовольствие другим своим телом. Это не запрещено официально, кажется, есть даже специальные учебные заведения, поэтому нельзя сказать, что люди этой профессии не прошли подготовки. Но лично я никогда не рассматривала подобный сценарий развития своей жизни, поэтому подобное сравнение меня злит еще больше.
Я же... Не знаю, как выглядят люди столь специфичной профессии, но точно, не как я сейчас!
-Замолчи, или глотку вырву, - холодно и резко говорит Элайджа.
Вздрагиваю от неожиданности, зато заслуживаю утешительный поцелуй в макушку. Головой понимаю, что мужчина обращался с такими словами не ко мне, но испуг не сходит.
Мужик прислушивается и точно не желает терять глотку, поэтому замолкает. Я не вижу, но четко слышу, как он уходит на непослушных ногах, шумит, шатается, что-то задевает (на таких узких улицах это не необычно), но уходит от нас на максимально возможной скорости.
-Испугалась? - совсем другим, заботливым голосом, но я прислушиваюсь и улавливаю напряжение.
-Нет, - мотаю головой настолько, насколько возможно в таком положении.
Мне же действительно не страшно, скорее, противно. У каждого свой внутренний мир, свои странности, но неприятно, когда человек окунает тебя в грязь собственного мировоззрения. Стоило бы остаться равнодушной к подобному, но у меня не получается. Не жалею я свои нервные клетки, совсем не жалею.
Элайджа поглаживает мою спину, но нужно продолжать.
Он держал дверь с того момента, как ушел мужчина, чтобы вновь не пришлось ждать удачного момента, когда кто-то будет выходить.
Мы проходим в подъезд, из которого, как оказывается, и шел этот противный запах. Я не успеваю на улице сделать глубокий вдох, чтобы задержать дыхание, поэтому теперь приходится прижиматься лицом к Элайдже, мешая ему идти прямо, но зато, не вдыхая полной грудью. Он не возражает, поэтому, таким образом, мы и идем. Доходим до нужной двери, которую мужчина открывает своим ключом, и мы заходим в квартиру.
Нерешительно, так как боюсь еще резких запахов, я отрываюсь от любимого. В квартире Элайджа просит остаться меня тут, не идти с ним. Опасаясь новых букетов запахов, я согласно киваю, и не слушаю любопытство, которое начинает завывать о несправедливости. Оставаться в коридоре, значит, оставаться в коридоре. На этот раз я послушаюсь.
Мужчина уходит, а я приступаю к изучению места, в котором оказалась. Руки специально убираю за спину, чтобы даже случайно ничего не тронуть. Интерес, разумеется, присутствует, но чутье подсказывает, что лучше ничего тут не трогать. И вновь любопытство возмущенно сопит и топает ногами, образно говоря. Чтобы его хоть немного успокоить я продолжаю осматриваться.
Мусор, мусор, мусор...
Вокруг только кучи мусора, которые не вызывают никакого желания копаться в них.
Я начинаю задумываться о том, что и в Неизвестных городах может быть что-то скучное, как эта квартира, но тут замечаю пыльное зеркало. Не знаю, говорит во мне чисто женская натура, или любопытство тихо вздыхает «ну, хоть что-то», но я подхожу к запыленной поверхности. Рукой стирать пыль не хочу, но во всем этом мусоре легко находится тряпка, даже копаться не нужно. Только протерев своей находкой зеркало я понимаю, что ткань мне знакома. Цвет, фактура... Из такой же у меня форма Академии.