Страница 220 из 253
Конечно, мне не следует судить о подобном, но просто иногда злость с обидой берут вверх.
Но сейчас совсем не время для такого.
Думать, нужно думать.
От даров от стен откалывается несколько камней, я беру один из них и аккуратно встаю, так как тут места едва ли хватит пройти одному человеку. Поворачиваюсь ко второй стене и начинаю бить её, но она практически не пострадала, поэтому пробить её хоть немного не получается, зато от звука ударов за пределами пещеры кто-то злится и начинает биться в стену сильнее. Я замираю, прижав к себе руки с камнем и зажмуриваюсь. Но удары достаточно быстро стихают, похоже, у кого-то сил, всё же, не достаточно для длительной атаки в подобном стиле.
Заставляю себя открыть глаза и с удивлением замечаю из трещины, появившейся в полу, пробивается свет. Внизу есть что-то!
Сажусь на колени, чтобы было удобнее бить, и на этот раз работаю не в своём режиме, а прислушиваюсь к окружающим звукам, и бью во время раздавшегося рёва. Конечно, попадаю я не всегда, но больше такой яростной реакции на звук со стороны наших незримых для меня соперников, нет.
От ударов начинают болеть руки, на них появляются ссадины, но я прикусываю губу и продолжаю бить, замечая, как раз за разом трещина увеличивается. А когда некто всё же наносит удары в стену, то трещина в полу расширяется ещё больше. Я не могу рассмотреть, что именно находится внизу, хотя сначала пытаюсь. Всё равно, только бы выбраться отсюда.
Я продолжаю бить камней по полу до тех пор, пока ни слышу тихий треск, извещающий о том, что что-то происходит. После этого, казалось бы, незначительно звука, последующий удар в стену и сопровождающий его грохот, практически оглушает. Но, несмотря на это, я неотрывно наблюдаю за полом, который покрывается паутиной трещин, которая только увеличивается и углубляется от удара со стороны. От страха горло сжимается спазмом, поэтому сказать что-либо не получается, только наблюдать.
С одной стороны, радость, что увеличивается возможность попасть туда, что находится под нами. Казалось бы, следует радоваться. Но я как-то, честно, только по глупости, не подумала, что трещины-то в поверхности будут распространяться, а не локализоваться исключительно там, где мне нужно. И именно это пугает, ведь эти самые трещины проходят уже под моими ногами и идут дальше. Я боюсь двинуться лишний раз, понимая, что после неловкого движения могу провалиться в неизвестность… И почему-то теперь свет кажется не спасительным, а каким-то устрашающим.
-Джоанна, не двигайся! – кричит за моей спиной Элайджа.
Похоже, от его внимания тоже не ускользает происходящее.
Может, мне уже кажется, но за пределами пещеры шум, словно, на несколько секунд исчезает. Я слышу только треск под ногами.
Я даже не знаю, что можно сказать в такой ситуации, поэтому молчу, только прикусываю губу до боли. Кажется, я могу закричать в любой момент, тем самым ускорим неизбежное. Но лучше иметь ещё хотя бы немного времени, чтобы постараться придумать выход, хотя мне уже не верится, что этот самый выход можно, в принципе, найти.
Слышу, как за стеной пещеры что-то собирается, я чувствую напряжение с той стороны. И в этой тишине шаги за спиной кажутся особенно громкими, но я продолжаю смотреть на трещины, которые начинают стремительнее расширяться, издавая неприятный треск. Не успеваю вдохнуть достаточно воздуха для крика, как оказываюсь на руках у Элайджи. Испугаться бы, закрыть глаза, но я продолжаю наблюдать за тем, как уже под его ногами распадается пол. Секунда, оглушительный треск, и мы вместе падаем. Вот тут-то у меня и получается закричать.
Но сколько ни кричи, а действительность не изменяется, только горло начинает болеть, поэтому приходится прекратить, но страх от этого нисколько не уменьшается.
Падение начинает постепенно замедляться, и я различаю странный золотистый туман, который, судя по всему, и был источником того света, который я заметила. Под туманом не видно земли, что вызывает страх, но вместе с ним и любопытство, что же там скрывается за этим туманным полотном. И понимаю, что, скорее всего, ничего хорошего, но почему-то этот туман продолжает внушать нелогичное в сложившейся ситуации спокойствие.
Элайджа прижимает меня к себе, переворачиваясь так, чтобы удар пришелся на него, чему я пытаюсь сопротивляться, но безуспешно. Издаю тихий всхлип, чувствуя вину. Ведь это из-за меня мы падаем! И…
Кстати, мы всё падаем и падаем, хотя и замедляемся. И это падение начинает уже надоедать.
А когда мы вовсе останавливаемся, я, не веря, осматриваюсь.
Мы замерли в тумане, в самом прямом смысле этого выражения. Просто замерли.
-Кхем, - растеряно.
-Скажи, ты знала, что так будет? – тихо спрашивает Элайджа.
-Д-да, - самым наглым образом лгу.
-Знаешь, я сделаю вид, что поверил, - вздыхает мужчина.
Он вместе со мной на руках переходит в сидячее положение, а после встаёт на ноги, одновременно погружаясь глубже в туман, но, похоже, найдя твёрдую опору.