Ураган

Расписание кажется не таким и сложным, обычно я записывала список дел, которые нужно выполнить, а тут основные «точки», так сказать. Своими мыслями я делюсь с Элайджей, на что он усмехается и поясняет, что это временно, пока я привыкну к распорядку. А позже будут записываться более конкретные вещи, к примеру, темы, которые я должна пройти в установленное время.

Что-то такая перспектива меня не слишком радует, но я стараюсь держаться и мотивировать себя на хорошее. Я же справлюсь, точно-точно… С таким контроль, который обеспечивает Элайджа, я точно смогу следовать плану. Может, там со временем и сама научусь управляться с собственным расписанием.

Вскоре уже накрывают ужин, на котором мы собираемся все вместе в одной из столовых.

-А я возвращаюсь домой, - заявляет радостная Скай.

Своими словами она вызывает у меня бурю удивления, но выразить её я могу только явно вытянувшимся лицом и хлопающими глазами. Подруга явно оценивает мою реакцию и ободряюще подмигивает.

-Я уже в норме, лекарь сегодня сказал.

-Почему не хочешь остаться? – всё же я не понимаю, зачем ей уходить отсюда.

Скай весело улыбается, не чувствуя и капли напряжения.

-Там всё же свой уголок, как-никак.

-А…

Я не успеваю оформить вопрос, как меня под столом слегка бьёт ногой папа. Он так и раньше делал, когда я забывалась, а сказать вслух было нельзя. Прикусив язык от неожиданности, я киваю и сглатываю, чтобы не всхлипнуть. Как же неудачно я рот закрыла! Лучше бы вообще не открывала, наверное…

-Не забывай нас, - с улыбкой говорит папа, - рад, что у моей дочери есть такая подруга.

Скай нисколько не смущается, только задирает нос и смеётся. А то, её же хвалят. Что же мы делаем, когда оказываемся вместе, лучше не знать, целее будут отцовские нервные клетки.

Илай так же за столом, но я стараюсь не смотреть в его сторону, чтобы не портить себе аппетит, но при этом не отводить откровенно взгляд, иначе могут возникнуть ненужные вопросы.

После ужина я отхожу вместе с папой. Устраиваемся в одной из комнат, в стороне от остальных. Кажется, папе всё же ещё непривычно здесь, и дома нас всегда было только двое, а тут столько народу, если сравнивать.

-Я хотела тебя ещё спросить о маме, - честно начинаю разговор.

Папа кивает, хотя за секунду по лицу проходит волна боли. Не представляю, как он всё это пережил. Я вспоминаю свои чувства, когда думала, что Элайджа умер, и тогда сама была готова умереть, но папа живёт, и меня воспитал, при этом, никогда не жаловался и продолжал улыбаться, несмотря на боль, которая не утихла за все эти годы.

-Понимаю, - тихо и спокойно говорит он.

-Скажи, - стараюсь подобрать нужные слова, - почему мама не попыталась перебраться в Магический мир, хотя у неё были способности? Вы могли бы вместе жить тут…

-Она пыталась, - на губах мужчины появляется горькая улыбка, - мы вместе пытались, но нас не пропустили.

-Странно, - искренне удивляюсь.

Я точно не знаю, как происходит официальный переход из одного мира в другой, но почему-то не представляю, чтобы там были какие-то запреты. Конечно, преступника разыскиваемого не пропустили бы, но тут явно не этот случай. У мамы были магические способности, к тому же, пусть и не такие сильные.

Не понимаю…

Ещё думая о сказанном, я благодарю папу, да так и замираю на месте, погрузившись в свои мысли. Но сколько бы ни пыталась, я не смогу разобраться без Элайджи. Нужно будет рассказать ему. Может, мужчина знает причины, по которым кого-то не будут пускать в Магический мир, а моё удивление – это только результат моей неосведомлённости.

-Ты не думала о том, чтобы переехать отсюда? – неожиданно спрашивает папа.

Я выныриваю из своих мыслей и крайне удивлённо смотрю на него.

-Нет, - отвечаю честно. – Думаю, это мой дом…

Пусть в мыслях я иногда проговариваю «дом Элайджи», но чувства не обмануть, и здесь я чувствую себя на своём месте и в безопасности.

-Но ведь…

-Простите, что вмешиваюсь, - раздаётся от двери голос Элайджи, - надеюсь, простите меня.

Папа кивает, хотя по нему могу сказать, что он не в восторге, что кто-то решил прервать наш с ним разговор. Но Элайджа, похоже, не восприимчив к таким взглядам. Он встаёт рядом со мной.

-Не хочу и не люблю ходить вокруг, да около, - начало речи от Элайджи у меня уже вызывает лёгкую нервную дрожь, - я люблю Вашу дочь больше жизни и чего бы то или кого бы, то ни было. Хочу провести с ней свою жизнь.

-Вы знакомы месяц, - строго говорит отец. – Что можно говорить на таком сроке?

От его слов у меня мурашки бегут вдоль позвоночника, вызывая судорожное желание сжаться, только бы стать меньше.

-Сколько Вы были знакомы с её матерью, когда поняли, что любите её? – невозмутимо спрашивает Элайджа.