Ураган

Однако больше мне никак не дают выразить своё возмущение, тут же целуя место, куда совсем недавно ущипнули.

-Видишь, - слышен насмешливый тон мужчины, - это не сон.

В отместку, пока у меня есть нужный стимул, я тоже щипаю несколько раз руку Элайджи, но тот даже слабое «ой» не издаёт. Только довольно улыбается, судя по голосу.

-И чувствительность руке вернулась.

-А во сне нельзя что-то прочитать, - вспоминаю, что когда-то вычитала.

Элайджа убирает руку, которую я недавно массажировала, одновременно поглаживая по плечам с лёгким нажимом. Легко поддаюсь и лажусь на кровати, подложив обе руки под подбородок, как удобнее. Мужчина не спорит, только хмыкет почему-то, но причина такой реакции мне не ясна.

Дальше начинается то, что и массажем назвать нельзя, слишком мелко. Поглаживания, сменяемые поцелуями, чуть более сильные нажатия, которые вызывают трепет. Без слов Элайджа доказывается, что всё, что сейчас происходит, реально. И в этой реальности хочется остаться как можно дольше. От его прикосновений тело становится невесомым, последняя сонливость исчезает, а на место всех эмоций приходит всепоглощающее счастье. Я не могу и не хочу переставать улыбаться.

А дальше идёт известная сем игра, когда кто-то пишет на коже, а ты должен узнать, что же там написано. Элайджа начинает с простым слов и за каждую узнанную букву награждает поцелуем. С такой мотивацией я быстро начинаю понимать, что он пишет на моей спине. Кажется, при каждом прикосновении кожа становится всё более чувствительной, и я ощущаю уже исходящий жар от Элайджи, его тёплое дыхание.

Я с трудом сдерживаю смех радости, потому что тут он кажется неуместным. Такая волшебная атмосфера, разве можно её дополнить смехом?

Элайджа ни разу не спускается ниже спины, что в такой ситуации меня только радует. Сейчас между нами что-то более нежное, трепетное, я бы сказала.

Очередное поглаживание после написанного слова всё же вызывает у меня радостный смех, в котором выражает всё то счастье, которое дарит мне мужчина.

-Тебе щекотно? – с усмешкой спрашивает Элайджа, при этом продолжая поглаживать спину.

-Нет, - честно отвечаю, - мне настолько радостно.

Дальше должен следовать ответ мужчины, но тут в дверь комнаты открывается.

Я замираю в нерешительности, даже зажмуриваюсь, хотя прятать нужно, как бы, не глаза, а обнажённую спину (хорошо, что одеяло прикрывает то, что ниже). В ожидании хоть чего-то я, кажется, и дышать перестаю.

-Завтрак, господа, - раздаётся спокойный голос дворецкого.

-Сильвестер! – вскрикиваю на радостях.

И как-то быстро мне удаётся оказаться сидячей на кровати, прикрываясь натянутым одеялом. Во все глаза смотрю на дворецкого, чей блеск в глазах выдаёт радость. Рядом со мной раздаётся смех, после которого меня прижимают к мужскому боку, нисколько не смущаясь. А я как раз только-только начинаю осознавать, в какую ситуацию ещё больше себя затянула.

По ощущениям, я всё становлюсь красной. Не уверена, насколько равномерно, но что полностью, точно, от корней волос до кончиков пальцев на ногах.

Я же голая! А тут Сильвестер!

Нет бы, мне спрятаться, укутаться в одеяло с носом и не показываться, так сама же на него уставилась, хорошо, что прикрыться догадалась, но то как-то само собой вышло.

Однако, видимо, только меня смущает такое положение дел, потому что оба мужчины так и светятся от радости. Сильвестер вкатывает небольшой столик на колёсиках, на котором, судя по всему, и стоит наш будущий завтрак. Дворецкий ловко снимает крышки, демонстрируя блюда. И там не оказывается блинчиков вафель и всего подобного, к сожалению. Зато в наличии две тарелки каши с сухофруктами (видимо, чтобы сделать её аппетитнее, из сухофруктов выложены узоры), чашки с горячими напитками, от которых веет далеко не приятным чаем с мятой и ещё что-то, но рассматривать подробнее мне не хочется.

Сглатываю и смотрю большими глазами на дворецкого. Мой взгляд явно должен передавать мысль: «А где все те вкусности, которые обычно бывают?»

-Завтрак для укрепления сил и здоровья, - с улыбкой заявляет Сильвестер.

Всё же не проникся он моим взглядом. Недостаточно выразительно или у дворецкого иммунитет на подобное, не знаю наверняка.

В надежде смотрю на Элайджу, но судя по его удивлённому взгляду, такой подставы на завтрак он сам не ожидал.

-Сильвестер, - наконец, справляется с собой мужчина и начинает говорить, - а что это такое?

-Повторю, - точно детям говорит дворецкий, - завтрак.

-Но ведь…

-Лекарь уведомил меня, какие блюда господам сейчас готовить. А теперь, - склоняется, - позвольте закончить.

Мы и поспорить не успеваем, как на кроватях появляется специальные столики для завтрака в постель в количестве двух штук. На каждом по комплекту еды, только у меня ещё добавлено, похоже, варёное мясо, в у Элайджи – рагу из овощей.