Страница 76 из 93
Повернув ручку замка, американец приоткрыл дверь на ширину ладони и, не говоря ни слова, вопросительно кивнул, мол - чего надо?
- Здрасьте! - поздоровался на родном языке Андрей и снова улыбнулся, на этот раз заискивающе. - Мне бы Воробья увидеть.
Агент, разумеется, не знал никакого Воробья, но отлично уловил главное: человек перед ним - действительно припозднившийся русский, явно лишний для их дела и с ним надо побыстрее разобраться. Поэтому он отворил дверь и сделал приглашающий жест левой рукой.
Хотя привратник повернулся боком, словно пропуская его, от Первозванцева не укрылось движение правой, скользнувшей под пиджак. Оперативник понял: как только он зайдет внутрь - в затылок ему упрется ствол. По правде говоря, майор не ожидал, что его встретят настолько агрессивно. Думал, что вероятнее будут стараться поскорее спровадить незнакомца, но оказавшись перед фактом, всем естеством ощутил - отдавать свою жизнь в руки этого головореза просто глупо.
Делать нечего - не переставая по-дурацки улыбаться, Первозванцев шагнул вперед и, оказавшись почти впритирку с широкоплечим молчуном, пробил ему в челюсть коротким и резким апперкотом, добавив затем для надежности туда же локтем. Забрав у потерявшего сознание здоровяка пистолет с глушителем, Андрей взял оружие наизготовку, закрыл входную дверь пяткой и, прицелившись в сторону коридора, из которого послышались торопливые шаги, на носочках отправился навстречу.
Ему на мгновение удалось опередить с выстрелом первого мужчину, резко выглянувшего из-за угла. Второй немедленно скрылся, а вместо него высунулся ствол, выстреливший несколько раз в то место, где стоял московский оперативник. Однако майор ожидал подобного и заранее присел, благодаря чему пули, летевшие на уровне груди, просвистели выше.
Противники на секунду затаились, но затем Первозванцев осознал свое преимущество: он находился в просторной комнате, а потому врагу теперь надо либо высунуться, либо стрелять наугад. Совсем другое дело узкий коридорчик, в котором засел его оппонент! Не теряя более времени, Андрей подскочил к углу и, высунув только пистолет, трижды нажал на спусковой крючок, целясь по ногам. В ответ раздался неподдельный крик боли и шум упавшего тела. Опасаясь хитроумной ловушки, Первозванцев выстрелил еще пару раз, ориентируясь на звук, и только потом рискнул выглянуть - неизвестный враг был мертв.
Быстро осмотрев помещения, Андрей обнаружил только части тела в ванной и несколько черных пакетов рядом с ней.
- Весело вы тут в Европе живете! - произнес он себе под нос. - Тихо и без грязи.
Вернувшись к только начинавшему приходить в себя привратнику, майор сунул ему дуло под подбородок и грозно спросил.
- Ты кто такой? Где монеты?
- Fuck you, faggot! Fucking communist!
Обескураженный таким неожиданным ответом, оперативник на секунду даже растерялся, но посмотрев в злые глаза пленника, определился с дальнейшими действиями.
- Вижу, каши с тобой не сваришь! - произнес он и спустил курок.
Осмотрев квартиру, Первозванцев ожидаемо не нашел никаких монет. Неприятным сюрпризом оказались дипломатические паспорта убитых им людей, принадлежавшие, судя по удостоверениям, сотрудникам американского посольства. Майор искренне чертыхнулся.
- Вот так съездил на разведку! Обещал же не ввязываться!
Подбежав к зеркалу, он стал оглядывать себя - нет ли пятен крови на одежде?
- Пора уносить ноги из этой страны! Если еще не поздно!
Поспешно покинув квартиру, Первозванцев не стал ловить такси поблизости, чтобы своими руками не создавать свидетеля. Он заставил себя взять размеренный шаг, прошел пару кварталов пешком, и только потом поймал машину до аэропорта. Несмотря на худшие опасения, отлет домой прошел благополучно.
***
В то время, как Первозванцев приземлился в Шереметьево, старший Хачатарян готовился к особенному, праздничному вечеру. Он вообще вел ночную жизнь и редко приезжал домой раньше наступления утра, что, кстати, случалось не чаще двух-трех раз в неделю. Давно устраивая личную жизнь на стороне, и меняя девиц из клубов, любящих деньги, как перчатки, Арсен не волновался, что думает по этому поводу его жена (вообще редко с ней общался), но в день рождения младшей дочери даже ему пришлось сделать исключение.
Было около шести вечера, когда Папа в сопровождении охраны спустился из офиса и отправился в свой загородный дом на Рублевке. Некоторое время кортежу, состоящему из трех гелентвагенов, везло по части пробок, но на МКАД он попал в плотный поток, и скорость упала до минимума. Один из телохранителей обратил внимание на мотоциклиста за рулем мощной Yamaha R1, который медленно лавировал между машинами, постепенно дрейфуя влево, однако по большому счету не стал сильно напрягаться. Впрочем, и сам обладатель двухколесного коня, похоже, беспокоился лишь насчет того, как бы поскорее добраться до узкой полоски вдоль бетонного разделителя и не уронить коробку с тортом, стоявшую у него на бензобаке.
Поравнявшись с Мерседесом Хачатаряна, байкер неожиданно поставил свою поклажу на крышу джипа над головой авторитета и поддал газу. Вот тут среди телохранителей первой и третьей машин, которые увидели и поняли происходящее, едва не началась паника. Из замыкающего кортеж автомобиля даже успел выскочить охранник, попытавшийся схватить и выбросить коробку, но трех секунд оказалось слишком мало, чтобы действительно что-то предпринять в такой ситуации. Раздался громкий хлопок, и в небо над МКАД устремилось черно-белое облако дыма. Движение на дороге окончательно замерло.