Проклятые деньги

—Чего ж не понять? Дело житейское, случай жизненный

Михаил Успенский «Там, где нас нет»

Когда Андрея вывели из темного коридора в атриум, залитый солнечным светом, он мог смотреть только в пол, выложенный очень красивой мозаичной плиткой. Однако причиной тому служила не столько резкая смена освещения, сколько слабость и боль, терзающая спину. Пытаясь отвлечься от неприятных ощущений, Первозванцев стал вглядываться в повторяющийся рисунок, мелькавший под ногами, но смысл даже такой простой картинки странным образом ускользал от его понимания.

"Наверное, это сейчас просто неважно", - успокоил себя оперативник.

Несмотря на жару, он чувствовал, что его лоб покрывает холодная испарина. Одна из капелек сбежала по лицу и обожгла опухшие губы. Андрей машинально провел ладонью по лицу, утирая пот, и к своему удивлению обнаружил, что изрядно перепачкал руку в крови. Он совершенно не помнил, чтобы его били по голове, но саднящая левая скула, металлический привкус во рту и прогалина вместо одного из зубов, которую Первозванцев нащупал языком, говорили об обратном.

Римский легионер надавил ему на плечо и толкнул вперед, вынудив упасть на колени.

- Поклонись прокуратору!

Пришлось выполнить то, что от него требовали.

- Тот самый смутьян из Галилеи?

- Так точно! - подтвердил охранник.

- Хм, он не похож на бунтаря, - задумчиво произнес прокуратор, одновременно массируя левый висок. - Кто ты и как твое настоящее имя?

Андрей поднял  глаза на человека в богатой тоге, восседавшего в золоченом кресле с высокой спинкой, больше похожем на трон. Впрочем, это он и был, ведь претория, являвшаяся со времен царя Ирода Великого не только крепостью с толстыми стенами, но и резиденцией правителя, сохранила все прежнее убранство дворца, наполненное финикийской роскошью и статусными символами.

- Иисус из Назарета.

- Не тебя ли именуют Помазанником и Христом?

- Мое царство не от мира сего.

- То есть ты не собирался поднимать вооруженный мятеж?

- Я пришел свидетельствовать об истине и спасать души, а не губить их.

- Что есть истина? - усмехнулся Пилат, похоже, понявший, что судьба свела его с проповедником. - И о чем твое учение?

- Моё учение не моё, но пославшего меня, - ответил пленник, поднимая руки к небу. -  Оно о том, как жить и творить добро, как через милосердие приблизиться к Всевышнему.

- Хэх! - покачал головой прокуратор. - На что ты рассчитывал, объявляя себя Сыном Божьим? Один из уроков истории заключается в том, что все безоружные пророки неизбежно гибнут. Нрав толпы не постоянен, и если обратить людей в свою веру нетрудно, то удержать в ней очень тяжело! Когда боевой дух последователей ослабевает, надо быть готовым поддержать его силой, иначе любого лидера ждет одиночество и горький вкус поражения. Как тебя сейчас.

- Я пью чашу, которую мне дал Отец.

- Что делать мне с тобой? Редкий случай: фарисеи и духовенство, презирающие друг друга, теперь заодно. Все желают твоей смерти! Они ненавидят тебя больше, чем меня!

- От избытка сердца говорят их уста.

- Трудно с тобой не согласиться, - усмехнулся прокуратор и тут же с интересом спросил. - Ходят слухи, ты воскресил некоего Лазаря в Вифании?

- Да.

- Но, кажется, это ни сколько не повлияло на мнение твоих врагов.

- Один черствый душой богач, наказанный после смерти за грехи, забеспокоился об участи братьев и стал просить Авраама послать вестника, чтобы предупредить их. Однако тот возразил, что достаточно следовать наставлениям Моисея и пророков. Богач же продолжал утверждать, что их слов недостаточно, а вот если бы воскрес кто из мира мертвых - совсем другое дело!

- И?

- Если люди не слушают Моисея и пророков, возразил Авраам, то и пришедший с того света не убедит их. Когда неверие живет в сердцах, то любые чудеса бессильны.

- Забавно, а вот моя жена, узнав о том, что тебя привели ко мне, прислала слугу с просьбой пощадить праведника.

- Блаженны не видевшие и поверившие.

- Хм. Честно говоря, согласно римскому закону я не вижу оснований, позволяющих осудить на смерть за нарушение общественного порядка. Бичевания будет вполне достаточно. Центурион! Накажите его и отошлите тетрарху Антипе!

Андрей дернулся от боли после первого удара и... проснулся. За окном ночь, а он лежит на больничной койке и спина действительно ноет после ранения.

***

- Ох-хо-хо! - услышал Первозванцев в понедельник незадолго до полудня, поднимаясь по лестнице на Петровке тридцать восемь. - Кого я вижу! Бонд, Джеймс Бонд!

Он узнал обладателя хрипловатого голоса еще до того, как поднял голову - подполковник Стодольников, глава аналитического отдела, а по совместительству главный весельчак и балагур Управления.

- Да будет вам, Сергей Иванович! Не палите контору!

- Андрей, вам не нужна конспирация! О том, что вы выехали в город, можно узнать из телевизионных новостей! Перестрелки, трупы бандитов - без вас Москва была бы скучным городом! Кстати, я думал, вас из больницы не скоро выпустят!

- Разговоры о моем плачевном состоянии, нахождении в реанимации и тому подобное - сплошь слухи и домыслы. Вы лучше скажите, кто меня так страстно хочет на тот свет отправить!

- За вчерашний эпизод не скажу с гарантией, но рискну предположить, что тот же человек, что и в пятницу.

- Белковский?

- Нет. Киллеры, напавшие на вас в доме родителей, несколько раз общались с неким Максимом, и, судя по расшифровкам разговоров, дважды с ним встречались. Сим-карта, как обычно, числится за несчастным алкоголиком, непомнящим какой сегодня день недели, но нашим технарям удалось отследить телефон, в который ее вставляли.