Hydrargyrum

— Мой дядя служил Сам-знаешь-кому, — спокойно произнесла Тонкс, делая вид, что не замечает попыток друзей заставить Поттера замолкнуть. — Люциус Малфой женат на сестре моей матери, то есть он мой дядя, а Драко — мой кузен. И что с того? Или предлагаешь подозревать тёмного колдуна в каждом, кто в родстве с семьёй Малфоев?

— Я-я… Я не знал, извините, — по-настоящему растерялся Поттер. — Я не думаю, что можно говорить за всех. Но ведь родство есть родство…

— Тогда тебе придётся подозревать уйму народа. Где-то четверть магической Британии. Включая самого себя.

— Кого? Но почему? — кажется, он перестал уже понимать что-либо.

— Дорея Поттер, в девичестве Блэк, вышла замуж за Карлуса Поттера, брата Флимонта Поттера, который был отцом Джеймса Поттера и дедом Гарри Поттера, — меланхолично произнесла Луна, глядя в окно. — Иначе говоря, ты ей приходишься внучатым племянником. Дорея Поттер-Блэк также была сестрой Поллукса Блэка, деда Андромеды Тонкс, в девичестве Блэк, и Нарциссы Малфой, в девичестве Блэк. Гарри, в любой книге о тебе всё это есть, краткая биография и список ближайших по родству семей. А книг про тебя написано немало.

— То есть Нарцисса Малфой и моя мать приходятся тебе дальними кузинами, а я и Драко — пусть и каким-то пятиюродными, но племянниками, — улыбнувшись, пояснила Нимфадора явно шокированному Поттеру. — Почти все старые семьи волшебников — родственники друг другу, ближние или дальние. А значит, родственников у тебя много и самых разных. И поверь, Драко — ещё не самая худшая твоя родня.

Тот ошарашенно кивнул, затем замер и медленно обернулся к сидящему рядом Уизли. Прежде чем он смог подобрать слова и задать вопрос, Лавгуд подошла к книжному шкафу, взяла с полки потертый толстый том, открыла на нужной странице и объявила:

— Цедрелла Уизли, в девичестве Блэк, кузина Поллукса Блэка и Дореи Блэк. Мать Артура Уизли, бабушка Рональда Уизли. Так что вы пусть и дальние, но кузены.

— И ты молчал? — только и смог спросить Поттер у друга.

— Веришь или нет, сам не знал, — ответил тот искренне. — Да и какая разница? Вообще, всей этой гене… как там её, короче, вознёй с семиюродными братьями заморачиваются только те, кому делать нечего, — он как мог выразительно посмотрел на Луну. — У нас, по-моему, кроме Перси эту книгу и в руки-то отродясь никто не брал.

— То есть Джинни не в курсе? — без выражения поинтересовалась Грейнджер.

— Мне кажется, её фанатизм бы не остановился, даже окажись они родными братом и сестрой, — ответил Рональд, пожав плечами.

— При чем тут?.. Ладно, не хочу знать, мне и так новостей на год вперед хватит с такой роднёй, — Поттер растерянно помотал головой, потом почти в панике огляделся по сторонам. — Сейчас же не окажется, что вообще все в этой комнате… Джим?

— Не имею ни малейшего представления, — усмехнувшись, ответил маг. Паника наследника древней магической семьи, не удосужившегося за полтора года даже узнать о собственном родстве, его по-настоящему забавляла. — Но исключать ничего нельзя.

— Г-гермиона?!

— Я… — судя по выражению лица, она хотела пошутить. Но потом поняла, что в его отношении шутки про родственников явно будут неуместны, и потому просто отмахнулась: — Мимо, гарантированно ни одного волшебника или ведьмы за три последних поколения. А то и за четыре, но насчёт одного прапрадедушки я не до конца уверена, о нём почти ничего не удалось найти в семейных архивах.

— Вообще-то в позднем средневековье жил довольно знаменитый зельевар Гектор Дагворт-Грейнджер, — возразила ей Луна, даже не заглядывая в книгу. — Хотя о его родстве с Поттерами доподлинно ничего не известно.

— Мало ли Грейнджеров в Великобритании…

— Луна, а ты? — обернулся к ней Поттер.

— Нашей семье всего двести лет, и мы ни разу не пересекались ни с кем из знатных родов, — ответила она, пожав плечами. — У нас почти все в роду являлись полукровками, так что было не по чину.

— Ладно, стало немного легче. Мне ещё до конца каникул нужно как-то смириться с тем, что Драко Малфой — мой племянник. У-ужас!

— Ладно, а теперь всё-таки предлагаю вернуться к главной теме, — вновь взяла беседу в свои руки Тонкс. — К нападениям. Учитывая всё сказанное, про проклятье можно даже не вспоминать. А значит, есть две версии — другой волшебник или волшебники, либо магическое существо. Гарри, скажи, на каникулах с тобой ведь ничего подобного уже не происходило?

— Что? Нет, не было ничего такого. Ну, один раз я уронил тарелку на ногу, но она была скользкая и я… Короче, обычное дело, никакой магии. А больше никаких взрывов, падений и рассыпающихся под рукой перил.

— Именно так. Призрак или иной дух последовал бы за тобой даже сюда. Если только его целью не было прогнать тебя из школы, что для подобного существа звучит абсурдно. Если его на тебя не натравили, но опять же, кто и зачем? Это всё похоже на полтергейст, но в школе такой всего один, и он всегда вредит в открытую, а не исподтишка, к тому же не заходит так далеко даже с младшекурсниками.

— А не мог ли это быть домовой эльф? — спросила Грейнджер, подняв руку, будто на уроке. — Гарри говорил, что один такой приходил к нему летом, тоже бормотал что-то непонятное про угрозу и даже воровал у него письма.

— Технически они на такую магию способны, но домовой эльф не может причинить вред волшебнику. Они просто не в силах, думают они по-другому. Письма — это, конечно, неприятно, но не страшно. А вот переломы и падения с лестницы — совсем иной разговор. Ни один эльф на такое не решится, они слишком сильно зависят от волшебников, чтобы так сильно подставлять себя и всех сородичей.

— То есть это всё-таки волшебник? — обреченно решил Поттер. — Кто-то со Слизерина… Или с двух других факультетов.

— Гриффиндор ты исключаешь? — с сомнением уточнила Нимфадора.

— Во всех наших я уверен. Они бы такого делать не стали, ни со мной, ни с другими. К тому же со Слизерина пострадал всего один полукровка, а у нас — сразу трое, почти подряд.

— Странная логика, но допустим, что ты прав. Даже так, три факультета на семь курсов — это четыреста с лишним человек. Каждого вам не проверить, особенно из старших, а если вы и дальше будете по одному преследовать Малфоя, Нотта или любого другого «подозрительного» ученика, то вас начнут опасаться ещё сильнее, когда кто-нибудь это заметит. А заметят непременно, хитрых заклинаний для слежки в коридорах придумана уйма, за столько-то лет.

— И что, нам ничего не делать, просто ждать? — спросил Уизли разочарованно.

— Отчего же. Вам в первую очередь стоит не подставляться — не ходить после отбоя и по одному, как самое первое. Быть готовыми к опасности — отрабатывать защиту, и, как верно заметил Джеймс, озаботиться подготовкой. Можно наложить на свои вещи чары, которые помогут смягчить удар или падение, к примеру, — со знанием дела заметила Тонкс, — или даже выдержат одно-два заклинания в спину. Можно носить с собой пару флаконов лекарственного зелья на случай, если надо будет остановить кровь или вылечить сотрясение. Хуже от всего этого не будет, а пользы может оказаться немало. Правда, профессор МакГонагал или профессор Снейп не станут менять план занятий ради пары учеников, а вот профессор Флитвик может показать вам полезные заклинания, если его попросить, ещё и похвалит за энтузиазм. Вы — не авроры и не маггловские детективы, вы пока ещё ученики школы. Искать преступников — не ваша работа. Вам нужно в первую очередь беречь себя и по возможности помогать сокурсникам. Но я обещаю, что поговорю со своими наставниками. Мы попытаемся провести в школе проверку, в идеале — возможно, удастся назначить одного-двух человек для охраны. Но это если я смогу их убедить, что всё достаточно серьёзно.