Hydrargyrum

— Неплохо, но словно кого-то не хватает, — неумело пытаясь подражать ему, отозвалась Джиневра Уизли. Затем коротко глянула в сторону другой пары, Флёр Делакур и какого-то старшекурсника со Слизерина, прежде чем добавить: — Не так уж это и страшно, но я хотела, чтобы сегодня в зале были все, кто собирался.

— Не буду спорить, однако всё могло обернуться куда хуже, — ответил маг, вслед за остальными делая необходимый разворот и заодно окидывая взглядом зал. Лавгуд, в своей яркой серебристой мантии выделяющаяся даже в тени за одним из небольших столов, с энтузиазмом помахала ему, встретив взгляд, прежде чем вернуться к наблюдению за музыкантами и кружащимися парами. Сама она ограничилась лишь первым медленным танцем, после оставшись сидеть со стаканом лимонада и с интересом изучать происходящее вокруг. Судя по всему, ведьма в самом деле хотела именно попасть на бал, чтобы посмотреть на всё самой, а не участвовать в нём.

— От того, что могло получиться и ещё хуже, легче не становится, — недовольно произнесла Уизли, впрочем, не повышая тона. Её тоже не слишком занимал этот разговор, но и отмолчаться было бы невежливо.

На самом деле внешне всё торжество выглядело вполне благопристойно, к организации подошли со старанием, а не откладывали всё на последний день. Весь замок был украшен гирляндами магических огней, ветвями омелы, нетающим прозрачным льдом, создающим разнообразные узоры на стенах и потолках коридоров. В большом зале с потолка падали иллюзорные хлопья снега, вдоль стен были расставлены десятки небольших круглых столов из «тёплого» магического льда, освобождая центральную площадку для танцующих пар, к тому же появилась сцена для музыкантов. Было и множество прочих украшений в том же стиле: ледяные скульптуры, целые картины, художественно нанесенные изморозью на стены и окна, висящие в воздухе голубоватые и белые огни. Всё это, даже с учётом помощи вновь приглашенной японским профессором юки-онны, требовало немало магической энергии, усилий десятков волшебников, применения чар, рун, трансфигурации и специфических артефактов, но Арчибальд за прошедшие полгода уже почти окончательно смирился с тем, на какие мелочи и даже глупости способны волшебники тратить свою магию. Разумеется, ей можно было бы найти сто одно куда более полезное применение в ритуалах, в исследованиях, просто в виде запаса накопителей для особенно сложных мистерий, однако не в его силах диктовать целому сообществу, как тому жить и на что тратить собственные ресурсы.

Так или иначе, в целом с организацией вечера проблем не возникло. Они начались, как только завершился праздничный ужин и был официально открыт бал. Двести лет назад торжество начиналось с танца трёх чемпионов школ, и чтобы не слишком отступать от традиций в этот раз бал открывали студенты, набравшие в турнире больше всех баллов за свою команду — Диггори, Крам и Делакур. Сначала, когда прошел подсчёт очков, и затем последовало объявление предварительного состава трёх будущих сборных, директора и чиновники министерства изо всех сил делали вид, что никакого шестого испытания не было и их с самого начала планировалось ровно пять, по результатам пяти и выводятся итоговые баллы. Потом, когда объявили первый танец, все присутствующие изображали, что не знают о том, что мадемуазель Делакур ещё месяц назад договорилась явиться на бал с Гарри Поттером, а нынешнюю замену она подобрала второпях, только потому, что так положено, и, вполне возможно, даже имени нынешнего кавалера не стала запоминать.

Официально произошедшее неделю назад было классифицировано как «несчастный случай». Сбой на слишком сложной магической арене, пересечение множества наложенных заклинаний, неожиданно создавший совершенно непредсказуемый эффект или даже несколько сразу. Эдвард Аллертон получил благодарность от Министерства посмертно, ведь согласно общепринятой версии именно его действия не дали произойти худшему, ограничив магический катаклизм пределами арены и ослабив его мощность. Среди детей большинство отделалось лишь опустошенным магическим резервом и упадком сил, прошедшим за два-три дня. Только Грейнджер получила серьёзные ушибы при ударе об ограждение и сутки провела в больничном крыле. А сильнее всего досталось Поттеру — серьёзное магическое истощение и перенапряжение, за пять дней он так и не пришел в сознание, до сих пор оставаясь в лазарете. И теперь все старались делать вид, будто ничего не произошло. Такой была общая позиция Министерства и руководства школ: небольшой печальный инцидент не должен помешать важному международному мероприятию, к проведению которого готовились годами, вложив уйму сил и средств. Даже Скитер, по привычке попытавшуюся раздуть скандал вокруг недопустимого поведения отдельных участников, заткнули после первой же публикации.

Конечно, по поводу Поттера Кайнетту стоило бы побеспокоиться — ритуал был с высокой вероятностью направлен именно на него. Тем более что это уже далеко не первое покушение, да и преступник или как минимум заказчик нападений тоже давно известен. Однако Арчибальд с почти полной уверенностью считал, что мальчишка сумел очень легко отделаться. После того дня уже в спокойной обстановке он, исходя из всего увиденного, пересчитал неизвестный ритуал и пересечение с его собственным призывом. Конечно, данных для стопроцентной гарантии всё же не хватало, а в открытой части библиотеки книг по местной школе спиритизма оказалось совсем мало, не считая чисто исторические и биографические труды. Но все выкладки указывали на то, что для подселения чужой души или некой потусторонней сущности человеку, даже мальчишке без нормальной защиты, задействованной энергии никак не могло хватить. Величины отличались на порядок, неудивительно, что даже собственный резерв Поттера был опустошен за мгновения, а уже это привело к шоковому состоянию. Но ему очень быстро оказали помощь, так что даже никаких необратимых последствий быть не должно.

— С вами приятно было провести время, миледи, — произнёс маг формальным тоном, как только мелодия завершилась, и он повёл Джиневру к её месту, как предписывается правилами.

— Взаимно, — отозвалась та почти равнодушно. Судя по всему, ей вообще было всё равно, с кем танцевать, лишь бы как-то провести время. Второкурсник с Рейвенкло был не лучше и не хуже прочих.

Сам Кайнетт руководствовался не только тем, что из-за предрассудков у «предательницы крови» не будет большого выбора кавалеров, потому она согласится и на магглорождённого. Также, раз представилась такая возможность, он хотел расширить свою небольшую статистику по ровесницам Мерфи и их магическим возможностям. Потому собрался делать выборку, руководствуясь в первую очередь разнообразием как факультетов, так и происхождения. Полукровка (Лавгуд), магглорождённая ведьма, чистокровная в третьем поколении, и вот четвёртый танец достался единственной дочери древнего рода, пускай и растерявшего всё влияние и авторитет. А провести базовую диагностику магических цепей и общего состояния, не отвлекаясь при этом от разговоров и танцев, уже было задачей для дилетанта, отнюдь не требующей его мастерства. Что занятно, общий потенциал у младшей Уизли оказался очень даже неплох, Мерфи она значительно превосходила в этом плане — судя по всему, многочисленные разговоры о «предательстве» в итоге вызваны лишь нарушением неких общественных норм и табу, а не утратой магии семьёй, в противовес некоторым слухам. Другой вопрос, что ни о каких достижениях Джиневры на своём курсе или факультете он никогда не слышал, а значит, и потенциал пока практически не реализован. В случае чего, её придётся учить всему практически с нуля — далеко не самый лучший вариант из возможных.

Следующий танец пришлось пропустить — музыканты, в своём художественно изорванном и потрёпанном тряпье больше напоминающие скорее немного отмытых бродяг, наконец заиграли нечто хаотично-безумное, соответствующее их внешнему виду. Многие школьники пришли в восторг, а вот магу захотелось наложить на сцену заглушающий барьер. Или медленно вытягивающий воздух, а потом создающий ударную волну при схлопывании… Издевательства над музыкой требовали соответствующей кары, а хуже этой не попадающей в ритм мелодии был только плохо срифмованный текст, похожий на попытку переложить учебник по уходу за магическими существами на три ноты из семи.