Hydrargyrum

— Благодарю вас, мэм. Всё действительно куда понятнее, чем в книге. Прошу простить, что отнял у вас столько времени, — произнёс он, поднимаясь с места.

— Не стоит, я всегда рада любопытству своих студентов. Вы просто иногда слишком спешите, и другие не поспевают за вами. Впрочем, я понимаю, что вы подходите к учебе серьёзно и обстоятельно, не ограничиваясь лишь базовой программой. И по этому поводу я бы тоже хотела с вами поговорить, раз представился такой случай, — добавила она, отрываясь от проверки заданий.

— Я слушаю вас, профессор, — вежливо ответил маг, оставаясь стоять. В «случай» он не поверил. Куда вероятнее, что заместитель директора и так собиралась с ним побеседовать, просто сегодня представился удобный повод. Не задай он вопрос, возможно, через пару дней получил бы отработку или совет зайти за какой-нибудь книгой, полезной опережающему программу студенту. С другой стороны, действительно, редкий урок трансфигурации обходился без вопросов и уточнений с его стороны, потому МакГонагалл достаточно было просто немного подождать.

— Скажите, мистер Мерфи, вы — азартный человек? — неожиданно поинтересовалась Минерва, отложив в сторону перо и очередной свиток.

— Мне сложно судить, — ответил маг, аккуратно подбирая слова. Подобного вопроса он не ожидал. — Я не участвую в пари и не играю в карты даже на кнаты, не слежу за тотализаторами в квиддиче и дуэлях, в обычном мире никогда не был на скачках… Вряд ли я подхожу под это определение, — скромно закончил он.

— Тотализаторы, говорите? — уточнила Минерва, строго глядя на студента.

— Говорят, что они есть. Но это только слухи, — Кайнетт не стал вдаваться в детали. Его это действительно почти не интересовало. Разве что он отслеживал рейтинг дуэлянтов и мнения о них.

— Разумеется, разумеется… — также не стала настаивать МакГонагалл. Вероятно, её разговор был важнее данного нарушения дисциплины. — Но что касается вас, я слышала, что вы также не посещаете матчи на стадионе, не следите за баллами и состязанием за кубок школы. Хотя своему факультету эти баллы стабильно приносите.

— Всё так, профессор. Но разве это плохо? — изобразил удивление маг.

— Вовсе нет. Подобная сдержанность, напротив, выгодно отличает вас от многих чересчур увлекающихся студентов. Однако я надеюсь, вы понимаете, что некоторые смотрят на вещи иначе?

— Разумеется, профессор. Люди имеют право на слабости, пока не проигрывают в казино всё семейное состояние и последние штаны, прошу простить за такую формулировку, — он даже смутился для вида.

— Грубовато, но верно. Вся повседневная жизнь Хогвартса уже много веков состоит из состязаний — за баллы, за кубок, за место в определённом клубе или команде… Но иногда соревнование между учениками и даже между факультетами выходит на уровень выше, когда игра ведётся уже на уровне школ. Если не сказать — стран.

— Вы говорите о будущем турнире?

— Да. Скажите, вы хотите увидеть, как на первом после долгого перерыва соревновании победу одержит именно наша школа? — прямо спросила МакГонагалл.

— Мне это безразлично, мэм, — так же честно ответил маг. — Я буду с интересом наблюдать за испытаниями, но считаю, что победить должен тот, кто искуснее и сильнее в магии. Если это окажутся ученики с континента — значит, их подготовка была лучше и трофей справедливо достанется им.

— Жаль. Я надеялась, что вы из тех, кто не следит за матчами премьер-лиги, но болеет за сборную страны, если можно провести аналогию, — разочарованно заметила декан. Кажется, вполне искренне.

— Извините, но я честно высказываю своё мнение. Да и в любом случае, если вы хотели предложить поучаствовать за нашу школу, мне ведь пока нельзя. Только если через пять лет, на седьмом курсе, — добавил он, тщательно стараясь не показать, что думает об этой идее на самом деле. И что он сделает с тем, кто ему нечто подобное предложит через пять лет.

— Нет, речь идёт не о вас, хотя я буду рада, если вы окажетесь в делегации от Хогвартса на следующем турнире. Кроме того, на данную тему с вами бы общался профессор Флитвик, как ваш декан. Однако сейчас я говорю о мисс Грейнджер, а она уже моя студентка, — перешла МакГонагалл к сути. — Я считаю, что её участие в турнире пойдет на пользу школе и Гриффиндору, однако до начала отборочного тура меньше двух недель, а она ещё не подала заявку в сборную. Более того, когда я предложила это сделать, она крайне вежливо отказалась. И я хочу, чтобы она изменила своё мнение.

— Я высоко ценю успехи мисс Грейнджер в изучении магии, но неужели она на самом деле настолько ценная кандидатура для команды? — удивился маг вполне искренне. — Гермиона только начала четвёртый курс и, думаю, ещё многого просто не знает, а на вашем факультете есть мисс Джонсон, мистер Уайт, мисс О’Донелл, мистер Миллер — студенты шестого и седьмого курса, которые подготовлены к подобным состязаниям намного лучше.

— Вы так много знаете о старшекурсниках? — пришла очередь Минервы удивляться услышанному.

— Я стараюсь равняться на лучших учеников. Вне зависимости от их факультета, — добавил маг. Только после этого он подумал, что последнее могло прозвучать как дерзость на фоне слов декана Гриффиндора.

— Похвально, но вам следовало бы знать, что на турнире далеко не всё решает количество выученных заклинаний или чистая магическая сила, иначе бы и среди наших гостей были лишь студенты последнего курса. Однако не меньше значат и умение быстро думать или находить нестандартный подход к проблеме, применять и логику, и интуицию. И так далее. Решение привлечь именно её родилось не на пустом месте.

— Вам виднее, профессор, — скромно ответил маг. — Но…

— Но я прошу вас переубедить её, — неожиданно попросила МакГонагалл. Или всё-таки приказала?

— Прошу прощения, но почему именно я? Поттер и Уизли будут только рады затащить её за собой, они уже пытались. Лавгуд точно захочет увидеть её там. Возможно, Тейлор тоже. У неё достаточно знакомых, которые окажутся готовы вам помочь.

— Но именно из-за вас она отказывается участвовать. Из-за вашего столь негативного отношения к турниру. Ваших слов о его бесполезности и опасности. Это вовсе не секрет.

— Не секрет, разумеется, — согласился маг. Действительно, он говорил об этом вполне открыто, ещё когда узнал о возможности проведения турнира прошлой осенью. Но всё равно данная формулировка, отсекающая источник информации, была слишком уж удобной. — Но разве не покажется странным, если я после всего сказанного вдруг резко изменю своё отношение и стану зазывать её к участию? Это будет выглядеть подозрительно.

— От вас не требуется её уговаривать, — последовал ответ. — Всего лишь не мешать больше. Проявить равнодушие к вопросу.

— Допустим, — медленно произнёс Кайнетт. Не столь давно он уже слышал почти такое же предложение «просто не мешать». Случайное ли это совпадение? — Но главный вопрос — зачем?

— Слов заместителя директора вам недостаточно?

— Я прошу прощения, но нет, — вежливо возразил он. — Я всё ещё считаю эту затею напрасной тратой времени. И совершенно ненужным риском. В прошлом много раз случалось так, что ни один из трёх чемпионов не переживал последнее испытание, а победу той или иной школе начисляли по набранным ранее баллам. В «лучшие» годы погибал всего лишь один участник, а два других получали ранения, травмы, проклятия и отравления. Почему я должен отпускать на подобные состязания девушку, которая научила меня в магии почти всему, что я знаю? — последнее тоже звучало достаточно дерзко в присутствии преподавателя. Однако Минерва не обратила внимания, или предпочла проигнорировать это, ответив:

— Так всё происходило двести лет назад, мистер Мерфи. Тогда было иное отношение к жизни отдельного волшебника, пусть даже ещё школьника. Сейчас всё изменилось. Турнир будет настолько безопасен, насколько это вообще возможно. Особенно в сравнении со столь любимыми вами «поединками» без присмотра взрослых. Даже в сравнении с дуэльным клубом и уроками профессора Грюма. Вы совершенно напрасно придумали себе какие-то гладиаторские бои на выживание, где нет правил и всё дозволено. В конце концов, двести лет назад дуэли на шпагах в Англии были вне закона и обычно заканчивались смертью, а сегодня фехтование — часть олимпийской программы и за ним наблюдают миллионы.