Hydrargyrum

— И рисковать жизнью, оставшись безоружным в критический момент? Как говорят в Штатах, пусть лучше двенадцать судят, чем шестеро — несут.

— Да уж, теперь понимаю, как Юфи нелегко было в младшей школе, — заметил Саймон, посмотрев в сторону стола Слизерина, — когда о магии знаешь, но колдовать нельзя. Зато она, если что, успеет дать мне по рукам.

— Самому надо привыкать, — наставительно произнёс Арчибальд. К вопросу поддержания секретности он всегда относился предельно серьёзно. — Если ты после Хогвартса собираешься получать нормальное образование, то несколько лет проведешь среди обычных людей. Без магии.

— «Нормальное образование»? Но зачем? — искренне удивился волшебник. Что ж, не он первый, и наверняка не последний. — Колдовать и здесь научат.

— Ладно ещё чистокровные, но ты предпочтешь прожить сотню-другую лет, имея представления о математике и биологии на уровне начальной школы?

Оставив однокурсника размышлять над подобной идеей, маг оглядел зал, украшенный красно-золотыми флагами. Речь директора и подсчёт баллов уже завершились, в ежегодном соревновании победил «Гриффиндор», за счёт своей спортивной команды, второе место с не таким уж большим отрывом занял Рейвенкло, потом шел Слизерин. Впрочем, особого значения это всё не имело, разве что занятно было наблюдать, как Дамблдор раздавал баллы отличившимся в обороне Хогсмида ученикам, стараясь не объяснять явно, за что, а ограничиваться намёками. Полсотни досталось и Грейнджер «за демонстрацию гриффиндорского духа при защите своих друзей» — ведьма разозлилась, даже от неожиданности уронила что-то на пол, но встать и возразить директору у неё духу не хватило. Пока, во всяком случае. Даже интересно, что её так зацепило — в сентябре она явно придавала этому соревнованию куда большее значение, чем сейчас. Забавно ещё, что сегодня она за столом сидела, как бы не впервые уложив вечно растрепанные волосы в не слишком длинную косу — вряд ли сама, скорее всего, и идея, и работа Тейлор. Та вообще довольно активно взялась приводить учителя «в человеческий вид» после недель затворничества — хотя раньше Грейнджер явно не приходило в голову, что от учеников может быть ещё и такая польза.

Результаты экзаменов тоже сенсацией не стали, во всяком случае, для первого курса. По общим баллам Мерфи занял первое место, за ним шел Росс, Тейлор оказалась пятой, да и в целом первую двадцатку преимущественно разделили участники их «клуба», как в своё время и опасалась Гринграсс. Возможны ли последствия? Кто знает. Из-за «нападения» Блэка на матч и последовавшего штурма Хогсмида вопрос с официальным статусом учебных поединков ушел далеко на третий план, выпав из повестки обсуждения. Да и дуэли без разрешения всегда будут, как их ни запрещай и какими за это карами ни грози. Кажется, Лавгуд однажды излагала занятную версию от какого-то автора — что в двадцатом веке количество магических дуэлей в школе и вообще в Британии не снизилось, а даже заметно возросло. Потому что когда началось формальное уравнивание в правах волшебников разного происхождения, для многих чистокровных, помимо огромной родословной не слишком обремененных деньгами, влиянием и, честно говоря, умом, палочка оставалась единственным способом «отстоять честь древнего рода». Или единственным, который они могли придумать. Некоторым даже удавалось, а вот на некоторых таким образом этот древний род и заканчивался. В любом случае, если вызовы и последуют, ничего плохого тут нет — надо же детям будет где-то отрабатывать новые навыки, которые не всегда можно показать в дуэльном клубе.

Относительно самого Арчибальда — пока его демарш не имел последствий, да и не он первый вслух усомнился в значимости «Двадцати восьми священных». Однако шансы на нормальные отношения со старыми династиями он себе, скорее всего, окончательно свёл до нуля. С другой стороны, а были они хоть когда-нибудь? Разумеется, он собирался вернуться в высшее общество магического мира, вот только нынешнее происхождение не позволит. Кем он может стать, максимум консортом при какой-нибудь девчонке из старой фамилии, имеющей экзотические вкусы, без права на титул и управление делами семьи. Видимо, придётся окончательно смириться с тем, что ему всю жизнь придётся играть на стороне магов первого поколения, отстаивая своё положение за счёт старых родов. С другой стороны, здесь при наличии амбиций и головы на плечах действительно можно преодолеть разницу в количестве поколений. Всё это звучало как полнейший абсурд, но ради будущего положения принципами пока придётся поступиться. В который уже раз?

Что касается самих экзаменов, ничего особенно интересного там не происходило. Контроль левитации, временное превращение живого в неживое, создание зелья за отведенное время — всё по стандартной программе, как и пару лет назад и наверняка как будет и в следующем году уже у других первокурсников. Выделился разве что Люпин, впервые за три года устроивший по Защите практический экзамен, где заставлял учеников по очереди проходить свой «полигон» с разными тварями. Впрочем, учитывая все обстоятельства, он также предлагал альтернативу в качестве большого письменного тестирования по тем же самым существам и заклинаниям — для тех, кому «практики» хватило во время нападения в деревне.

На этом экзамене ухитрилась отличиться Лавгуд, каким-то образом сумевшая заболтать двух школьных призраков, игравших по просьбе профессора роль злобных фантомов, и пройти мимо, даже не продемонстрировав на них требуемых заклинаний. Впрочем, это было лучше, чем если бы она попыталась опробовать на них экзорцизм или ещё что-нибудь чересчур экзотическое, вроде «Чёрных ключей». Когда после одного из разговоров Арчибальд в деталях показал ей эту мистерию под местный мистический знак, странная ведьма пришла в полный восторг. Однако, как это ни странно, у неё хватало здравомыслия понимать, что вряд ли она когда-нибудь сумеет пользоваться ими как подобает, а тем более в качестве метательного оружия. Да и в целом она всегда предпочитала теорию практике, а чтение старых книг — отработке новых заклинаний. Так что интерес к подобным мистериям у неё был по большей части научный. До следующего крайнего случая вроде внезапно подкравшегося дементора, наверное.

Люпин, как и обещал, покинул школу неделю назад, едва только принял экзамены у последнего из своих классов и передал все результаты директору. Римус оказался прав в своих ожиданиях — к лету в прессе, в Министерстве и просто в обычных разговорах тема оборотней и вампиров поднималась всё чаще и во всё более негативном ключе. Некая мисс Амбридж, старший заместитель министра, развернула целую кампанию против «тёмных тварей», легко проведя сразу несколько новых законов и эдиктов — принудительная регистрация в отделе магических популяций, нанесение нестираемой метки, контроль перемещений через границу и переезда внутри страны… В случае малейшего сопротивления — вызов авроров, задержание, возможно, даже уничтожение на месте «по причине крайней опасности для общества». Под горячую руку досталось даже местным довольно безобидным и неразумным гулям, мало похожим на знакомых Кайнетту трупоедов, получающихся из тел особенно неудачных жертв вампиров. Что же до обладающих хоть каким-то сознанием, совсем неудивительно, что большая часть вампиров и оборотней предпочли скрыться среди обычных людей или на задворках магического мира, где не принято задавать лишних вопросов. Оставалось ощущение, что за всем этим стоит кто-то ещё — уж больно удачно в обществе была создана пусть и небольшая, но довольно опасная группа отщепенцев и изгоев, готовых на всё хотя бы просто ради прежней жизни. Если кто-то решит набрать себе недорогое пушечное мясо, долго искать не придётся.