Hydrargyrum

О том, как всё это связать вместе, строилось множество версий. Официально Министерство утверждало, что виноват как минимум в последнем случае был одержимый преподаватель ЗОТИ, но это физически невозможно — произошла трагедия в августе, а профессор Локхарт попал под влияние неизвестного артефакта уже в школе, то есть не раньше сентября. Значит, у Волдеморта остались ещё подручные, которые пытаются исполнить его планы? Минимум один-два, а то и больше. Всё-таки инциденты были похожи на первый взгляд, однако почерк преступников сильно различался. Теперь к этому полтора месяца назад, сразу после побега Сириуса, прибавились странные случаи браконьерства в шотландских горах. Кто-то уничтожил небольшое племя горных троллей и забрал часть крови с собой, а ведь этот ингредиент входит во множество мощных зелий исцеления, и если это понадобилось тёмному лорду для восстановления тела при помощи тёмной магии, то у него имеются не просто планы, а он уже начал действовать? Возможно, Блэк потрудился ради его оживления, а не стал сразу бросаться на поиски Гарри?

— Люпин, — произнёс рядом мрачный голос.

— Уже пора? — спросил Римус угрюмо выглядящего зельевара. Затем быстро оглядел зал. Кажется, трапеза началась всего несколько минут назад — пустых тарелок ещё почти не видно. Вставать из-за стола совершенно не хотелось, да и он сам к еде не успел даже притронуться, занятый разными мыслями.

— У нас осталось всего десять минут до восхода. Идём, я покажу твой кабинет. Мы и так непозволительно рискуем.

— Я могу и сам его найти.

— А я не могу рисковать чужими жизнями, — отрезал Северус, не повышая тона. — Пошли, Люпин.

Негромко извинившись перед директором и другими преподавателями, Римус поднялся из-за стола и вышел вслед за торопливо шагающим Снейпом. Поскольку коридоры и этажи помимо тех, через которые ведут учеников к большому залу, были пока едва освещены, по пути зельевар молча подвесил рядом с собой пару синеватых огней, напоминающих болотные, и они беззвучно парили у него над головой. Люпин тем временем думал, что он может сказать этому человеку. Дементоры сегодня вновь заставили вспомнить немало из славных школьных лет, и за некоторые вещи ему сейчас было очень стыдно. Даже когда он ничего не делал, просто стоял в стороне и не мешал друзьям «развлекаться». Разумеется, во всех спорах между Снейпом и Поттером он всегда выступал на стороне друга. Тогда это казалось абсолютно естественным. А вот сейчас, когда вновь всё это вспомнил, было до ужаса неловко. Знакомые полутёмные коридоры, знакомые двери и портреты на стенах, знакомые звуки шагов по старому каменному полу. Словно и не было этих пятнадцати лет.

— Знаешь, Северус… — начал он неуверенно.

— Вы что-то хотели, профессор Люпин? — спросил тот, не оборачиваясь, не принял фамильярного тона.

— Наверное, нет. Нам на второй этаж?

— На третий. Ты сегодня уже принял зелье?

— Да, ещё утром, до поезда.

— Хотя бы это радует. Вот, твой кабинет, — сказал Снейп, толкнув нужную дверь. — Ключ на столе, изнутри закрыться сам сумеешь. Следующую порцию зелья я принесу завтра.

— Доброй ночи, — крикнул Римус ему в спину, так и не дождавшись прощания.

Проводив зельевара взглядом до угла, Люпин вошел в комнату, где ему теперь предстояло жить. В самом деле, для начала закрыл дверь и убрал ключ в дальний ящик стола. Потом устало опустился прямо на пол и оперся спиной на диван. Этот долгий день для него почти закончился. А ведь, садясь утром на поезд, он никак не ожидал, что дойдет до такого. Да, директор предупредил, что ему навязали в охрану дементоров, но никто не говорил, что они будут останавливать и досматривать поезд, полный подростков. И тем более что некоторые из них «слишком увлекутся», распробовав свежий страх и отчаянье детей, не похожие на много раз уже пережеванные и обглоданные эмоции узников, часть из которых за годы сошла с ума или превратилась в едва шевелящиеся полутрупы. Даже в том купе, где ехал он сам и где оказался сын Джеймса с друзьями, реакция подростков оказалась очень показательной. Когда дементор начал «давить» в полную силу, Гарри почти сразу упал в обморок. Сидевшая рядом с ним девочка вдруг закричала, словно видит перед собой нечто ужасное или падает с большой высоты, а затем выхватила палочку. В ту же секунду третий, судя по цвету волос — один из семейства Уизли, так же быстро достал свою и использовал «Экспеллиармус» прежде, чем она успела что-либо сделать. Уже немного позднее, когда Римус отогнал дементора, и они все вместе начали приводить Поттера в чувство, рыжий пояснил ему: «Извините, профессор, но Гермиона в прошлом году вместе с моими братьями изобрела новое заклинание. Если бы она его применила здесь, то нас бы всех покрошило ломтиками». И главное, девочка не попыталась ничего отрицать, просто отвела глаза и молча забрала у него палочку. Надо будет позже уточнить, чему это такому теперь учат второкурсников, что по описанию не всякое непростительное сравнится…

Но вообще, как Люпин успел понять из разговоров на станции, почти в каждом вагоне нашлись те, кто не выдержал давления дементоров и попытался их выгнать. Сложно винить детей за это желание, вот только патронус вызывать умеют далеко не все даже на последнем курсе, да и просто в справочники по существам и тварям заглядывать многие ленятся, в результате тёмных духов били всем подряд, у кого на что хватило знаний. Большая часть заклинаний против них была малоэффективна, но подростки брали энтузиазмом и числом. Возможно, стоит с этого и начать первые занятия, с разбора инцидента в поезде? Что они делали правильно, а в чём ошиблись, как вообще нужно поступать при встрече с подобной угрозой.

За прошедшие два месяца, готовясь к роли профессора в Хогвартсе, Римус составил общий план и программу занятий. Упор он собирался делать как раз на противостояние различным волшебным существам, которые могут встретиться волшебнику в обычной жизни и стать для него определённой угрозой. Доставку некоторых небольших тварей, которых нельзя наловить поблизости в Запретном лесу, он уже успел заказать. Конечно, он мог поступить иначе и сосредоточиться на своём основном задании, то есть защите Гарри от Блэка, а значит, и его, и остальных детей можно было бы учить противостоять другим волшебникам, благо «Защита» — предмет с весьма расплывчатой формулировкой целей и задач, где каждый преподаватель сам определяет, что именно будет основой его изучения. Но были два весомых довода против. Во-первых, даже если он полностью устранится от всей работы, от остальных курсов и всех учеников, а станет весь год лишь натаскивать Поттера в искусстве магических дуэлей, тот всё равно ничего серьёзного сделать Сириусу не сможет, чересчур велика разница между ними в опыте и навыках. Во-вторых, как бы ни был важен для него сын друга, Люпину доверили и обучение всех остальных детей, а значит, он должен готовить их к тому, что может им реально понадобиться и что поможет сдать экзамены, а не к тому, чего хочет сам или считает более нужным в данный момент для собственных целей. Угробить целый год обучения у нескольких сотен будущих волшебников только ради того, чтобы преподать урок одному ребёнку — насколько паршивым учителем он бы оказался, если бы так поступил?

А ведь есть и другая проблема — отсутствие системы в обучении. Два последних года практически можно вычеркнуть, то есть те, кто сейчас на седьмом курсе, остались в своих знаниях где-то на уровне пятого, а третьекурсники по предмету не владеют почти ничем вообще. С ними начинать придётся практически с нуля. А ведь в этом году, как и всегда, в июне будут неизбежные министерские экзамены у пятого и седьмого курса, которые им нужно как-то сдать и по Защите тоже. Да, его ждёт очень много работы и помимо необходимости защищать Гарри от Блэка.