Страница 114 из 145
— Не люблю поликлиники, — вздохнул Антошка.
В любой другой день Андрей прошелся бы по его общинному прошлому. Удивился бы, что сектанты вообще ходят в поликлиники, предложил бы подождать на улице, чтоб от церкви не отлучили.
Но Андрей молчал.
Командор ненадолго остановился возле карты здания, потом решительно зашагал по темному коридору к не менее темной лестнице.
— Командор, мы за лекарствами для Брыся идем? — спросил Митя.
— Нет.
— Командор, всё в порядке? — спросил Василёк.
— Не сейчас.
Наверху было чуть светлее: в конце коридора красовалось огромное окно, выходящее на парк.
Командор подошел к третьей справа двери, подергал ручку.
— Заперто? — спросил Арсений.
— Отойдите.
Мальчишки послушно отступили, и Командор пинком вышиб хлипкую дверь. Электричка испуганно мяукнула. Стас поспешно зашептал что-то успокаивающее, обняв переноску обеими руками. Тушканчик зарылся лицом в бок Арсения.
Командор глянул на них раздраженно, потом исчез в кабинете. Вернулся с кривыми ножницами в руке, мотнул подбородком в сторону лестницы:
— Всё, пошли.
Мальчишки напряженно молчали, изредка перебрасываясь беспокойными взглядами. Указывали глазами на Командора и на Андрея, сходились в выводах.
Нетронутый супермаркет на углу следующей улицы их почти не обрадовал. Сосредоточенно нагрузились самым необходимым, не разбегаясь в поисках разных приятных ненужностей. Набрали питьевой воды, по приказу Командора сложив бутылки в тележку. Никаких гонок с ней не устраивали, не дурачились, не смеялись.
— Командор, мы вернемся в отстойник? — спросил наконец Василёк.
Командор окинул его долгим взглядом, почти решил ограничиться коротким «да», передумал.
— Отойдем. Арсений, ты тоже.
Он отвел старших в сторону и заговорил, понизив голос настолько, что остальные мальчишки не могли расслышать ни слова.
— Андрюха, что там? — спросил Антошка.
Андрей дернул плечом.
— Серьезно, Андрей, ты же в курсе, — сказал Лёлик.
Андрей промолчал. За него ответил Денис:
— Что вы пристали к человеку? Если надо, Командор сам расскажет.
========== Вынужденная мера ==========
— Есть хоть какой-то шанс, что он не знал? — спросил Арсений, когда Командор договорил.
— Теоретически. Может, есть другой вход, если бомбоубежище большое. Брысь говорил, что вход за насыпью, а тот, который мы нашли, не за ней, а в ней.
— Или он это и имел в виду, — задумчиво сказал Василёк. — Как «за дверью».
— Возможно, — кивнул Командор. — Но шанс в любом случае есть. Я не мог проверить.
— Даже если другой вход есть, это ничего не докажет, — заметил Василёк.
— А если нет, то докажет, — возразил Арсений. — То есть его вину доказать можно, а вот наоборот…
— Поэтому в суде всегда доказывают вину, а не невиновность, — серьезно сказал Командор. — Если вина не доказана, подсудимого отпускают.
— А мы можем себе такое позволить? — спросил Василёк.
— Просто так убивать тоже нельзя, — возразил Арсений.
— Я и не предлагаю, — покачал головой Василёк.
— Зря оставили вещи, — сказал Арсений. — Можно было просто уйти.
Василёк снова покачал головой, пристально глядя на Командора.
Командор стряхнул с себя этот пытливый взгляд, коротко сказал:
— Вернемся.
— Может, он еще что-нибудь заминировал, пока мы тут ходим, — предположил Арсений.
— Значит, вернусь один. Вы подождете с остальными.
— Андрей ждать не будет, — возразил Василёк.
Командор вздохнул, оглянулся на столпившихся у тележки мальчишек. Андрей безучастно разглядывал темные окна домов по ту сторону дороги, и взгляд его был серьезным, даже каким-то тоскливым. Обычно такое выражение на его лице удавалось поймать в те редкие моменты, когда он думал, что его не видят. А сейчас… Командор почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Сейчас ему, кажется, всё равно, смотрят на него или нет.
Командор снова перевел взгляд на Василька с Арсением.
— Хорошо, вернемся все вместе. Будем действовать по обстоятельствам.
— Командор, погоди. — Арсений будто бы заколебался на секунду, но потом продолжал: — Андрей.
— Что Андрей?
Командор вздохнул, надеясь, что ему не придется пороть еще и Арсения. Конечно, можно до последнего уворачиваться, но если он прямо выступит против наказания… Это правило нарушать нельзя, иначе рухнет вся дисциплина.
— Не лучше разобраться с этим сейчас? — спросил Арсений.
— С каких пор ты за порку?
— Я не за нее. Просто… — Арсений задумался, подбирая слова. — Просто его это гнетет. И тебя тоже. Лучше сразу со всем разобраться, а не наказывать ожиданием.
Командор задумчиво покачал головой, вспоминая, каким Арсений был раньше, как он кидался защищать младших от заслуженной порки, отказываясь понимать необходимость таких мер. Взрослеет, становится рассудительнее и — жестче?
— Это не наказание, — наконец сказал Командор. — Это вынужденная мера. Мне нужно остыть, а то убью.
— Не убьешь.
========== Я буду тебя слушаться ==========
— Командор, ты его убьешь.
— Не убью.
Командор говорил очень ровно, спокойно, сосредоточенно, не глядя на Арсения.
— Командор…
— Помолчи.
Арсений оглянулся на остальных, но поддержки не нашел. Только Василёк посмотрел с сочувствием — и тут же отвел взгляд.
Ремень снова взвился над распростертым на кровати Андреем, хлопнул противно, прочертил полосу, сразу потонувшую в общей красноте.
Арсений отвернулся.
Командор — не человек. В нем нет ни капли жалости, ни капли сочувствия.
У Андрея уже не получалось сдерживать стоны, хоть он и давился изо всех сил одеялом, а Командор всё стегал и стегал его ремнем, сочные хлопки становились, казалось, громче, сильнее.
Не может это быть необходимостью. Арсений вспомнил Витю, который за все эти годы его не то что ни разу не ударил — даже голос не повышал. А ведь было за что…
— Сколько уже?
— Семьдесят девять, — ответил Командор. — Восемьдесят. Восемьдесят один.
Еще почти триста.
Арсений закрыл уши руками.
Витя всегда говорил, что младших нужно защищать.
— Хватит! — воскликнул Арсений, перехватывая руку с ремнем.
Командор осторожно расцепил его судорожно сведенные пальцы, высвободился и велел:
— Сядь.
— Хватит, — повторил Арсений. — Ему уже хватит.
— Двадцать, — сказал Командор.
Арсений не сразу понял, что он имеет в виду. Когда понял — не поверил. Командор собирается его пороть? За что?
— Я за вас отвечаю, пока вы со мной, — сказал Командор, очень медленно оборачивая ремень вокруг руки. — Я решаю, что с вами делать. Идти со мной или нет — дело ваше, но если вы со мной, мои методы не обсуждаются.
Арсений сглотнул. Снова оглянулся в поисках поддержки. Увидел, как поспешно отворачивается Стас.
Андрей, как раз успевший отдышаться, приподнял голову и примирительно сказал:
— Арсений, чего ты грудью на амбразуру? Всё нормально, переживу. — Он подумал немного и добавил: — Наверное.
— Переживешь, — заверил его Командор и с силой опустил ремень на самый низ ягодиц.
Андрей сдавленно охнул, вжимаясь в одеяло. Арсений почти почувствовал его боль. Теперь, когда такая же судьба ждала и его, отвернуться или закрыть глаза не получалось. Ритмичные взмахи ремня гипнотизировали, завораживали. Арсению казалось, что он точно знает, каким будет ощущение от удара. Он четко представлял себе обжигающую боль, вспыхивающую сильнее и сильнее с каждым разом. Пропускал ее через себя, готовясь, понимая, что выбора нет. Витя был добрым и человечным, но Витя умер. А Командор здесь, и с ним есть шанс выжить.