Страница 66 из 104
— А мне кажется ей лучше вовсе пропасть, все несчастья начались именно с неё. — Сказала Алита.
— Может ты и права, милая, даже, скорее всего и потому девочку действительно желательно найти как можно быстрее живой или мёртвой и убедиться в этом. Вы сможете выполнить мою просьбу? Завтра рано утром вам надо уезжать. Завтра день показательного суда и казни.
Девушки кивнули в знак согласия. Терхенетар оставила их, поцеловав каждую на прощание. Все свои ритуалы они проводили на природе, но рисковать и выходить за пределы резиденции Госпожа Ведьма им запретила, и для гадания выбрали висячий сад. Веды пошли к воде и там сели в круг, скрестив ноги и взявшись за руки. Девять молодых, красивых женщин в одинаковых зелёных платьях, расшитых растительным узором с изображением той травы, которую они собирали. Девушки смотрели друг на друга и крепче сжимали ладони соседок в сильно поредевшем кругу. Не сговариваясь, но, чувствуя, как усилилась за последнее время их связь друг с другом, они произнесли:
— Клянусь быть верной своим сёстрам ведам, клянусь защищать детей, клянусь не забывать никогда, клянусь сделать всё, что от меня зависит, чтобы помогать нуждающимся. Я не предам.
Солнце зашло и сумерки затопили всё вокруг, но они ещё долго сидели молча, словно боялись потеряться в темноте. Но вот Абангу произнесла:
— Надо приступать. Сегодня участвовать будем все. Карту я положу в центр круга, а те, кто не проводил ритуалов, просто думайте об Урсуле и королеве.
Веды, которые обладали даром, приступили к приготовлениям, а Мириам, зажмурившись, шёпотом повторяла имя подруги и сжала в руках медальон, подаренный когда-то Урсулой с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
Вскоре ритуал начался и, в свете свечей, заблестели глаза, сосредоточившие всё своё внимание на карте, лежавшей перед ними. Веды, снова взявшись за руки, задали вопрос. Янтарный камешек блеснул и покатился от ворот к лесной чаще в ночи пути от столицы. Никаких сомнений быть не могло, гадание было совершенно чистым. Но, для надёжности, те, кто практиковал магию, разошлись в разные стороны для проведения ритуала в соответствии со своей традицией. Остальные отправились обратно в юрту, где для них были расстелены постели, но никто не ложился, ждали остальных.
В середине уютно горел очаг. Веды расположились вокруг него и тихими голосами стали обсуждать всё случившееся с ними за эти дни.
Мириам сидела, обхватив руками колени, и немного раскачивалась, сосредоточенно вглядываясь в языки пламени.
— Значит, мальчики теперь начнут взрослеть? А что станет с нами? — потерянно спросила она.
— Ну, пока нас никто не гонит от них, многим мы ещё нужны. — Ответила Махтаб.
— Главное, чтобы не было бойни из-за суда. Для людей это может стать последней каплей. — Оглядывая подруг, сказала Тереза.
— Мы раньше не замечали веков, а теперь отсутствие девочек так долго тянется. Как думаете, во дворце нам ничто не может угрожать? — Выглядывая из юрты в ночь, поинтересовалась Агата.
— Если мы им помешаем, то можем сбить концентрацию и только всё испортим, да ещё девочкам можем навредить — ответила Линг.
— Думаете, Урсула ещё жива?
— Не знаю, Мириам, но, судя по всему, когда она найдётся Илорен всё равно сдерёт с неё шкуру.
— И поделом, она точно причастна к тому, что происходит.
— Махтаб, как ты можешь так говорить о сестре? — возмутилась Мириам, её подбородок задрожал.
— Ах, Мириам, ну сколько можно реветь из-за Урсулы? Ей действительно придётся долго оправдываться перед всеми, чтобы доказать отсутствие злого умысла в своих действиях, да и это может её не спасти. По крайней мере окажись она в руках Илорена сейчас и гореть ей синим пламенем, как и грозилась толпа. — Раздражённо сказала Агата и задёрнула полог, скрыв зелень сада, чернеющую во тьме.
— Мне больше жаль Терхенетар, к нам она всегда была искренне добра. Книга же может ошибиться, судьбу можно изменить. — Задумчиво проговорила Линг — Она так изменилась, больно смотреть на то, как её сила тает на глазах, а вместе с ней тает и уважение окружающих. Даже прислуга стала вести себя чуть ли не вызывающе.
— А Госпожа Ведьма, которая раньше могла и за меньшие огрехи выкинуть из резиденции, даже не обращает на всё это внимания. — Продолжила Тереза. — Может, Терхенетар нам что-то недоговаривает? Она так и не сказала о чём написано в Книге. Не верю, что ей вдруг стало так безразлично всё вокруг.
— Ну, нас бы она не стала подставлять — неуверенно протянула Линг.
— Почему бы нет? — удивлённо спросила Агата, подняв брови. — Её не сдадут ни Илорен, ни тем более Вёльф. А вот мы можем рассчитывать только на лояльность Госпожи Ведьмы и её заступничество, так что если она захочет нас зачем-нибудь подставить, то ничто ей не помешает.
— Это и на неё отбрасывает тень.
— В том всё и дело, что сейчас мы и есть её тень, которая находится под подозрением у всех, благодаря Урсуле и Катарине. Я смогу чувствовать себя спокойно только дома, здесь мне тревожно как никогда. Новых людей больше не появляется в Мире после смерти Анны и Магнуса и за королевами теперь не нужно ходить, так что и мы больше не понадобимся. Всюду, кроме Фьелы, есть дома с врачевателями и учёными. Мир на самом деле давно стал меняться, только рядом с Терхенетар всё ещё оставалось застывшим. Теперь он исторгает её, а вместе с ней и нас, как хранящих ненужные знания, которые делают этот Мир лишь тенью мира человеческого. Нам не жить, также как и нашей Госпоже. Мы — якорь, приковавший огромный лайнер к малюсенькому берегу, а Терхенетар — кормчий, предлагающий пассажирам гулять там по очереди и не больше двух человек.
— Не слишком ли мрачно, Агата?
— Скоро узнаем.
В юрту ворвалась Велеса и с порога заявила:
— Её нужно убить, как можно скорее. Агата, ты хорошо стреляешь и едешь со мной.
Вопрос ещё не был задан, когда ответ пришел вместе со стремительно вошедшей Абангу: