Страница 10 из 25
- Товарищ подполковник! - услышал Беспалый за спиной голос замначальника колонии майора Кротова. - Еле вас нашел! Слава Богу, что вы живы. Они вас отпустили?
- Как видишь, - самодовольно заметил Беспалый и улыбнулся, вспомнив конец своего разговора с Муллой.
- В нашем деле, Кротов, главное - хитрость. Военная хитрость. И смекалка. Что у тебя? - с этими словами Беспалый, с уверенностью человека, привыкшего к оружию, небрежно перебросил автомат омоновцу.
- Из Москвы звонил генерал-лейтенант Калистратов. Спрашивал обстановку. Просил срочно перезвонить.
- Ладно, теперь можно и позвонить, - кивнул Беспалый, весьма довольный собой. - И вот что, майор, передай нашим и прибывшему подкреплению мою команду - всех зеков бросить мордами на плац, продержать их так до самого утра. А затем я сам побеседую с самыми непримиримыми: у меня свои методы.
- А что делать с покойниками, товарищ подполковник?
- Со жмуриками у нас никогда проблем не было. Эти-то уж бунтовать не станут! Перетащите их в покойницкий барак и сегодня же к вечеру закопать на зековском кладбище.
- Слушаюсь, товарищ подполковник!
Беспалый двинулся было прочь, но остановился и, строго поглядев на Кротова, добавил:
- И вот что. Среди наших есть потери. Срочно раненых к Ветлугину, и тех, кому не повезло, будем завтра хоронить с почестями.
Майор вздохнул и понимающе кивнул подполковнику Беспалому. Потом, опомнившись, вытянулся, козырнул:
- Так точно. Вас понял. Все сделаю! - Беспалый криво улыбнулся и про себя сказал: "Я бы на твоем месте сделал! Это точно!"
Оказавшись у себя в кабинете, Беспалый плотно затворил дверь и рухнул в кресло перед письменным столом. Только теперь он понял, что жизнь его висела на волоске. Он почувствовал, как взмокла спина от холодного пота. Даже ладони вспотели, что бывало с ним крайне редко. Последний раз года два назад когда ему устроил выволочку генерал Сазонов из краевого УВД. Грозил под трибунал отдать. А делов-то всего было - какой-то ихний важный древний зек помер. Старик сел в середине 80-х, проходил по узбекскому делу о взяточничестве. Потом, когда кремлевская машина потихоньку стала давать задний ход, дело его пересмотрели и вроде как готовили выпускать условно досрочно. Но чинуши из краевого управления, суки паршивые, до последнего момента играли в молчанку, боялись, видно, напортачить, никаких указивок не давали, дескать, поступай сам как знаешь, а старик-то возьми и заболей пневмонией. И в три дня окочурился. Генерал Сазонов, блядь трусливая, визжал да слюни пускал. Ногой топал... Кулаки до крови об стол поразбивал. Ситуация тогда была нешуточная: запросто могли Беспалому срок за халатность припаять, и сидел бы как миленький.
Да, интересно, что сейчас выкинет Калистратов?.. Разговор предстоял тяжелый. Не прошло и пяти часов после их последней беседы. И теперь подполковнику Беспалому придется докладывать в Москву, что Владислав Игнатов, законный вор и хранитель всероссийского бандитского общака, убит в перестрелке во время бунта на зоне. Так или примерно так он это сформулирует. Что также погиб еще один старейший вор в законе по кличке Мулла, отмотавший по зонам всю свою сознательную жизнь. Беспалый снял трубку, вышел на межгород, набрал московский код, потом служебный номер Калистратова.
Генерал ответил на втором звонке.
- Товарищ генерал! - Беспалый почувствовал, как подрагивает трубка в вспотевшей ладони. Нервы, нервишки... - Это подполковник Беспалый из...
- Слушаю, Александр Тимофеич! Что там у тебя? - Беспалый уловил незаметную перемену в тоне и голосе Калистратова. Видно, за эти пять часов в Москве что-то произошло. Что-то, малость осадившее горячего генерала. Может, все переигралось? Может, смерть Варяга теперь им даже на руку?
- Товарищ генерал. Я лично сам проверил. Объект... заключенный Игнатов убит в перестрелке, завязавшейся в ходе бунта заключенных. Убит Мулла... - Беспалый сделал паузу. - Бунт подавлен, - зачем-то добавил он. Видно, дало о себе знать инстинктивное чувство самосохранения. Успокоил начальство на всякий случай. - Ситуация нормализуется.
Он замолчал в тревожном ожидании. Калистратов, вопреки его предчувствию, заговорил спокойным ровным голосом.
- Значит, так, Александр Тимофеич. Напишешь подробный рапорт о случившемся. Да, но сначала проведи служебное расследование. Установи, если сможешь, из какого оружия произведены выстрелы. И после этого пиши рапорт. На имя начальника управления исполнения наказаний.
- То есть не на ваше? - уточнил Беспалый.
- Нет. На мое теперь будешь писать разве что новогодние открытки.
Беспалый заволновался. Он почуял что-то неладное. И, набравшись смелости - или наглости, спросил напрямик:
- У вас неприятности, товарищ генерал-лейтенант? - Калистратов ответил не сразу.
- Да, теперь это так называется. Вспомнили, родные, вдруг, среди ночи, что мне шестьдесят в марте исполнилось. Предложили подать рапорт об увольнении. По выслуге лет. К осени сдам дела. Если только теперь с твоим Варягом катавасия не начнется.
С "твоим Варягом" - нет, ну каков прохвост! Сам мне его сунул "на сохранение", под контролем содержать, а теперь "твой". Нет, товарищ генерал, это не мой, а "ваш Варяг"! Хотя, конечно, теперь и мой.
- Значит, гарантию даешь? - донесся до его слуха неуверенный голос московского генерала.
- Простите, товарищ генерал. Связь прервалась. Что вы сказали?
- Говорю, даешь гарантию, что Варяг убит?
- Даю, товарищ генерал. Сам лично видел труп.
- Ладно, - и Калистратов, не прощаясь, повесил трубку.
Беспалый долго сидел набычившись и думал. Думать было о чем. Теперь его служебная карьера, а по сути и вся жизнь, обещала круто измениться. Он чувствовал, что смерть Варяга еще должна была сыграть с ним ох недобрую шутку...
ГЛАВА 5
Шрам посмотрел в окно. Мимо пролетели ростральные колонны. Сейчас он рванет на Васильевский остров, намеренно поплутает по Василеостровским линиям и остановится у невзрачного ветхого домишки с вывеской "Леноблкнига". Там и состоится его очередная встреча с генералом МВД Калистратовым, курирующим Северо-Западный регион.