Страница 8 из 26
— Хочешь сказать...
— Да. Это было послание.
— И что этим хотели сказать? — поинтересовалась Машери.
— Этого я не знаю, — покачал бармен головой, — но убийца определенно хотел, чтобы тела нашли не мы, Охотники, а простые люди.
Обычные граждане, конечно же, знать не знают о существовании как Охотников, так и Теней, все это держится в строжайшей тайне. Даже смерти простых горожан, которым не повезло оказаться на улице после наступления комендантского часа, тут же засекречиваются, и их родственникам и друзьям приходится писать заявление о пропаже человека. Конечно же, этого человека обычно никто не находит, ни живым, ни мертвым.
Если общественность узнает о происходящем в ночной тьме, вопреки логике, жертв станет только больше, а люди начнут бояться выходить на улицу даже днем, а ночью будут спать при свете всех ламп в доме, а на случай отключения электроэнергии позажигают миллион свечи, что приведет к пожарам. Истерия охватит весь мир быстрее, чем тлеет фитиль, и последствия окажутся катастрофическими. Джон, однако, не совсем был с этим согласен.
— Вокруг места убийства Майлза собралась целая толпа зевак, — подтвердил Джон слова Бобби.
— Вот-вот. Кто-то специально выставляет все это напоказ, но вот зачем?
— Хочет рассекретить Охотников? — предположила девушка.
— Это не имеет смысла. Мы считаемся городской легендой. И даже если кто-то во всеуслышание заявит о нашем существовании, правительство все будет отрицать, а мы на некоторое время заляжем на дно. В толпе нас невозможно вычислить.
Помолчали. Бобби выглядел изнеможенным, даже для того, кто сейчас должен спать, а не разглагольствовать, Машери дергала себя за край теплой кофты, уперев взгляд в пол и не зная, что еще сказать. Зато Джон знал:
— Не обязательно раскрывать Охотников.
— В смысле?
— Охотники с виду ничем не отличаются от обычных людей, даже если показать на одного пальцем, никто не воспримет это всерьез и ничего не сможет доказать, а того, кто показал, сочтут психом. Но вот если показать что-то более необычное.
— Теней, — прошептал Бобби, кивая головой. — Но что даст убийство одного Охотника?
— Смятение, — пожал плечами Джон.
Все снова помолчали.
— Ладно, — ударил себя по коленям Бобби, вставая со стула, — сейчас мне следует последовать собственному совету и отправиться спать. Тебе тоже, Машери. Вечер утра мудренее.
— А, и еще, — обернулся Джон в дверях, — Бобби, ты не мог бы узнать, кого именно убили и настолько сильными они были?
Бармен задумался, а потом безмолвно кивнул.