Страница 4 из 25
Каникулы в деревне для меня всегда были больше, чем просто отпуск. Я тут отдыхала душой, наполнялась силой. После возвращения всегда делала успехи в учебе, спорте и никогда не болела. Здесь был другой воздух, атмосфера, и нас с Юркой сюда тянуло, будто дом тут, а не в городе. Мы срывались в деревню даже на выходные, просто посидеть возле озера, на лыжах пройтись по лесу, погонять на великах по пригоркам, заросших высокой травой.
Вот и сейчас я возвращалась отдохнувшая и посвежевшая, утратив, однако, детскую припухлость. Во время болезни потеряла 5 килограмм и чувствовала себя тростинкой, как никогда привлекательной, юной, сильной.
Стоило на десяток километров отъехать от деревни, сразу загудел сотовый, наполняя память смсками и пропущенными вызовами. Связь начинала ловить только ближе к городской окраине. И именно ее отсутствие делало отдых каким-то запредельным, не облагороженным цивилизацией. А самое интересное, что ничего такого и не хотелось, ни пустых разговоров, ни чатов, ни интернета.
Зато едва зайдя в квартиру, сразу окунулась в атмосферу современного мира, с его микроволнами, чипами и телевизионным звучанием. Налетели родители с возгласами радости и крепкими объятиями.
Жизнь поменяла ритм и затянула в круговорот событий, эмоционального напряжения и современной коммуникации.
Я хотела сразу позвонить Юрке, но не заладилось. Замучили звонками одноклассницы, расспросами родители, даже тренер нагрянул на радостях, получив смс, что я снова в сети, благо жил в соседнем доме и был маминым другом.
В 7 утра следующего дня я уже была на пробежке и, борясь с понуканиями Сергея Михайловича (он же дядя Сережа), тяжело отдувалась за все 2 месяца безделья. Вот нельзя так с людьми поступать, особенно в воскресенье и осо-о-о-бенно после отпуска. Привычные 10 километров дались с огромным трудом и домой я просто ползла по ступеням, а на третьем этаже пересела на лифт. Надеюсь, камерами дядя Сережа еще наш подъезд не обвешал, иначе придется выслушать лекцию по правильному поведению после тренировок.
Кухня обняла меня ароматом овсяной каши с черникой и мятным послевкусием заваренного чая. Мама старалась как никогда, желая показать, что скучала. И ведь только вернувшись, я поняла, что мне их всех тоже не хватало. В деревне о таком не думалось, и от этого стало зябко. Поежившись, я отпустила мысль в свободное странствие, не желая анализировать странную отстранённость той жизни. Раньше ведь вообще такой реакции не было.
- Юра звонил, я сказала, что ты на тренировке, - мама проронила это между делом, а меня словно пронзило. Юрка! Почему же я о нем забыла, ведь хотела сообщить о своем приезде. По телу пробежал уже привычный холодок и сознание немного прояснилось.
Я машинально протянула руку к медальону и поняла, что его на шее нет. Потеряла. Подарок друга, который он хранил как зеница око и великодушно подарил мне! Как же так? Я старалась воскресить в памяти, когда последний раз ощущала на себе ключик, и не могла. Будто стерлось любое о нем воспоминание, кроме того, как повесила его на себя и ощутила огонь в теле.
Та-а-а-к, огонь. Я старалась поймать за хвост ускользающую мысль. У меня была температура, и мужчина снимал цепочку. Врач? Фух, наверняка, медальон у бабушки в комоде, и она просто забыла его отдать, а я и не спросила. Провалы в памяти не на шутку встревожили – то про ключик забываю, то про Юрку.
- Ма-а-а-ам, – я позвала, протяжно перекатывая привычное слово. – А могут после гриппа с памятью проблемы быть? – говорила легко, стараясь не акцентировать внимание родительницы.
- Лера, а кто болел? – мама, несмотря на мой безмятежный тон, сразу напряглась и как гончая взяла след. – Уж не ты ли?
- Ну хватит, хватит, – привычно приобняв маму за плечи, я постаралась успокоить. – Поболела чуточку, ничего страшного, у бабушки не разлежаться.
- А почему мы с папой не в курсе? Дочь там гриппом мучается, а мы дома ни сном ни духом, – мама ругалась просто так, прекрасно зная, как бабушка может быстро поставить на ноги, у нее к этим травкам прямо дар был. Сбор сделает и сразу облегчение, не болит уже ничего. – После гриппа все что угодно может быть! Давай мы с тобой в частную клинику сходим, анализы сдадим.
- Да нет, ничего страшного, просто после болезни как-то клочками некоторые вещи помню. Наверное, из-за температуры. Теперь все нормально.
Но мама уже завелась и убежала в аптеку за витаминами. Что было и к лучшему, хоть поговорить с другом можно в тишине.
- Привет, – я с облегчением слушала знакомый грудной, немного хрипловатый голос. – Как добралась?
- Хорошо…Юр, давай встретимся и поговорим, – я выпалила и сразу замолчала. Быть смелой не так-то просто, особенно когда не виделись почти 2 недели.
- Лер, я не смогу! У меня начинаются тренировки по боксу, да и вообще учеба с завтрашнего дня… Я в колледж перевелся, – Юрка это все будто выдохнул, с тягучим отчаянным сожалением.
Я не могла говорить, просто повесила трубку. Жгучие слезы обиды текли по щекам и капали на ткань спортивной футболки. Значит все. Конец нашей многолетней и чистой дружбы. Я не хотела понимать, почему он перечеркнул наше общение. Не спросив, принял единоличное, только ему понятное решение.
Перевелся! Чтобы не пересекаться в школе, ведь мы учились в параллели. Тренировки какие-то по боксу, а раньше он ничем кроме пробежек со мной и походов в тренажерку не занимался.
В сердце больно кольнуло, и подумалось, что раз он не может поговорить, это сделаю я. Схватив сумку, побежала на выход.