Страница 86 из 96
В руку Макса скользнул запаянный в пластик лист бумаги, он сунул его под куртку не рассматривая и попытался вернуться к остальным, но Агата его ни как не отпускала.
- Фаза, дай слово, что дойдешь! Помни, что люди заплатили за тебя жизнями!
В уголках глаз женщины Максим увидел слезы, горестно вздохнул и, положив руку на грудь - торжественно ответил: - Обещаю!
Пока Фенол вел вверенную ему группу в самый конец штольни, ход битвы снова развернулся на сто восемьдесят градусов. Дело в том, что как только появились дроны, радист Серпантина успел подать сигнал о помощи, который, на их счастье – был услышан сильным и хорошо вооруженным караваном стаба Крепость. Крепость в дружбе с Серпантином была заинтересована, караван находился недалеко и в помощь осажденным выступил отряд из трех десятков сталкеров на бронетранспортере, грузовике и тачанке с зенитной установкой. Отряд подоспел вовремя – продавшиеся внешникам муры уже обрушили взрывом центральную штольню и ждали, когда осядет пыль, готовясь броситься в последний штурм.
Заложенный ими фугас долбанул так, что покачнулся пол, а у Максима лопнула и потекла кровью перепонка в левом ухе. По глазам резануло дневным светом – кусок потолка штольни рухнул вниз и лежал на полу огромной кучей мусора. Как только пыль рассеялась, наверху раздались вопли и поднялась заполошная стрельба, а к ним в штольню сначала посыпались гранаты и на кучу с мусором начали прыгать и валиться люди. Впрочем, атаковали их не только люди – нападавших возглавлял огромный кваз, который съезжал на заднице в задранной шотландской юбке – килте. Кваз, на ходу – палил из пулемета трассирующими пулями и Макс упал под стенку, судорожно дергая со спины свой ВАЛ.
У нападавших не было другого выхода. Их оба танка догорали, а бронетехнику бойцы покинули, намереваясь атаковать штольню. И как только взрыв открыл проход под землю, то им в спину ударил КПВТ с бронетранспортера подоспевших сталкеров. Тачанка с зенитной установкой пролом в стене не преодолела, но это и не требовалась – она смерть несла издалека. Самые смышленые и расторопные прыгали вниз, а кто замешкался – умирали не успев поднять оружие. Окончательную точку в битве поставили опытные сталкеры из стаба Крепость.
Но то происходило на поверхности – внизу все было далеко не однозначно. Завал рассек штольню на две части, причем части не равные. В более длинной стороне остались выжившие защитники, госпиталь и командный пункт, а в более короткой – Максим с товарищами. Основная группа муров свалилась в длинную часть штольни, где нарвалась на сталкеров, которые немедленно их начали уничтожать. А вот Оливьер с Чомбой спрыгнули в короткую часть галереи, где завязался быстрый и неравный бой. Но бой неравный в пользу атакующих – работающие в паре кваз с кинетиком – дуэт почти непобедимый.
Чомба поливал штольню с пулемета ПКМ, и магазин с лентой на двести патронов ему позволял палить довольно долго - не перезаряжаясь. А Оливьер… Оливьер не стрелял, он занимался тем, что не давал стрелять другим. Он отводил в сторону стволы. Первым Чомба застрелил Фенола, потом свинцом начинил Чалого и выцеливал Гирю, который упорно не давался и крутился, словно волчок по каменному полу. Макс рухнул, спасаясь - в коматоз, а Сухроб, ревя как раненый медведь – пытался опустить ствол своего Корда. И – Маруська. Который уже раз? Маруська подбежала к телекинетику и цапнула того острыми зубами за лодыжку. Тот дернулся, от неожиданности, потерял концентрацию на одну секунду и этой секунды оказалось достаточно готовому к стрельбе Сухробу.
Длинная плотная очередь из пулемета Корд обоих сшибла с ног, а Оливьра просто вколотила в мусор. Сухроб прыгнул вперед, упал на Чомбу и они покатились, душа в объятиях друг друга. Оливьер приподнялся, но в руках Агаты громко ухнул Баррет и у кинетика исчезла половина черепа. Возня двух квазов прекратилась так же быстро, как и началась. Сухроб вогнал в глаз Чомбе сделанный под заказ нож, похожий больше на мачете. И пули с Корда свое дело тоже сделали – Чомба в рукопашный бой вступил с развороченной грудиной. Макс с коматоза вынырнул, подбежал к Сухробу, тот рухнул на колени и заплакал. Максим его обнял за низко опущенную голову.