Страница 14 из 19
После отъезда называющими себя рейдерами мародеров – друзья первым делом затащили в подсобку продукты и минералку. Психи их больше не беспокоили – обезглавленная туша рубера действовала магически и ближе чем на пятьдесят метров они не приближались. Приблудившуюся собаченку, Сухроб щедро накормил китайской лапшой, и она их принялась охранять, взлаивая на каждый посторонний шум или движение. Максим назвал ее «Маруськой» и коллектив пополнился еще одним членом.
Не обошлось и без сюрпризов. Отрезанную башку монстра рейдеры по неизвестной причине забирать передумали, и она торчала рядом, нанизанная на воткнутую палку. Сухроб перевесил страшный трофей на кусок стекла в окне торгового зала, и сейчас она скалилась зубастой пастью на улицу. Располосованный затылок от темени и до основания шеи зиял огромной раной и Максим пришел к выводу, что мародерам изначально требовалась не вся голова, а всего лишь кусок мозга твари. Кто знает, может за него платят хорошие деньги?
Перенасыщенный событиями день, тем временем заканчивался и на улице быстро темнело. Что-то тут опять не правильно. Блин! Да тут все не правильно! Время полдевятого вечера, на улице быстро темнеет, но мы находимся вообще-то в Архангельске и сейчас ноябрь месяц. А в ноябре солнце садиться в три часа дня и при отсутствии уличного освещения уже в четыре должна стоять полная темень. И как это прикажете понимать? Магнитные полюса земли сместились, и его северный город оказался на широте Сочи? Еще один такой большой и жирный вопрос без ответа. И голова, ну как же у него болит голова!
Зайдя в подсобку, он застал таджика за весьма необычным занятием. Тот кормил Маруську. Необычность кормежки состояла в блюде, которое ей предлагалось, и Максим с заинтересованным видом встал рядом. Сухроб взял пластиковую банку от лапши, накрошил в нее тушенки и сейчас поливал мясо лекарством мародеров из бутылки. Маруська стояла рядом повизгивая от возбуждения и готовая приступить к трапезе немедленно.
- Все, Максим – я нимагу больше, сыл нет! – Жалобно простонал он. – Башка балыт, жрат нада, а жрат – рвать будет!
- Я, Сухроб сам такой. Консервы видел? Мясные, рыбные, печенье, сок.
Ответом ему послужил протяжный жалобный вздох. - Сыроколбас там тоже есть! Нет, как правильна? Колбас капчоный целый палка! Маруська кормить – час ждать. Ни сдохнит, с ума сходить ни будиет – я ликарства випью!
Любая собака, из предложенного ей блюда первым делом выхватит и сожрет куски мяса и только потом начнет поедать другие продукты, тщательно сортируя их по степени «вкусности». Так вот – Маруська, не обращая внимания на смачные куски говядины, первым делом выхлебала «Живчик». То самое лекарство, которое им оставил Цыган. И не просто выхлебала, а принялась облизывать смоченную им тушенку!
- Три глотка, не больше! – Закричал Максим, выхватывая бутылку из рук припавшего к горлышку Сухроба и добавил:
- Три глотка. Цыган предупреждал, что много нельзя – травануться можно.
Сам тоже выпил, но аккуратно и соблюдая рекомендованную дозу.
Лекарство помогло быстро и конкретно – все в точности, как обещали рейдеры. Поужинали с аппетитом, без последствий, а вот ночь прошла ужасно. Не смотря на аномально теплую для ноября погоду - Макс замерз. Одел на себя все что можно и укрылся всем, чем можно и все равно замерз. Да и обстановка в окрестностях, мягко говоря – не убаюкивала. Периодически вспыхивала разнокалиберная стрельба, невидимые твари издавали противные чавкающие звуки, а под самое утро рядом с кафе так страшно закричал человек, что друзья вскочили и схватились за оружие. Но крик оборвался на высокой ноте, захлебнулся в предсмертном хрипе - и наступила тревожная тишина.
А еще предательница Маруська. После принятия живительного эликсира вечером, подлая собачонка тихо смылась и появилась утром. Пришла, вяло помахала хвостиком, отказалась от предложенной Сухробом лапши и свернулась калачиком в уголке, явно не желая, чтоб ее тревожили. Ночью оба напарника не выспались, завтрак прошел в гнетущем молчании, и только после ударной дозы растворимого кофе - завязалась вялая беседа.
- Максим, брат - уходить нам нада. Не знаю куда но уходить. Я утром ходил хезать на улица – далеко два новый тварь видел. Очень быстрый тварь – как кенгуру прыгал.
- Ты, Сухроб еще раз в туалет захочешь – меня зови. Нам теперь все время надо держаться вместе. Чтобы один не делал – второй стоять рядом и охранять должен. Новая тварь как выглядит?
- Новый тварь как псих только одежды мало. И быстрый тварь – очень быстрый. Быстрей чем собака бегает. А как вместе ходить, почему вместе? Если ты рядом – я не могу хезать. Если Сухроб хезать – стоять рядом никто не должен!
Содержательная беседа могла продолжаться еще долго, но в небе загрохотали винты вчерашних вертолетов и они, забыв обо всем - выскочили на улицу. Увиденное, однако - не порадовало. Даже более того - испугало и заставило пугливо отойти назад, в темноту торгового зала. Вертолеты оказались такими же неправильными, как и закат солнца в полдевятого вечера, метающий урны монстр и прыгающие, подобно кенгуру - психи. Низко, над самыми крышами высотных домов, над ними прошли три «Ирокеза» с установленными в широких дверных проемах станковыми пулеметами.
Машины пришли с севера, сделали пару кругов над их кварталом, немного постреляли и ушли в южном направлении. Туда, куда им советовал уходить Цыган.
- Красивый вертолет – амириканский. Я такой многа в кино про Ремба видел.
- Да уж - точно не спасатели. И на вооружении нашей армии я такой техники не помню. Зря, мы, Сухроб – вчера не уехали с рейдерами. Ой, чувствую зря…..