Страница 22 из 94
Парк аттракционов остался далеко позади, Князь уверенно вёл нас по улицам мимо домов с разбитыми стёклами, раскуроченных автомобилей, куч мусора, всевозможных обломков. С остова скамейки на дорогу спрыгнул непуганый воробей, чирикнул и улетел.
- А вот и наша гостиница, - объявил Князь, указывая на четырёхэтажное здание, которое давно потеряло не только стёкла и двери, но и вывеску.
- Оно не рухнет? - спросил Вейцер.
- Не должно.
В холле, как и на улице, лежали груды мусора, осколков, ковёр давно превратился в тряпку, а на покрытой толстым слоем пыли стойке администратора каким-то чудом уцелела ваза. Мы поднялись на второй этаж. Повсюду всё те же грязь и разруха.
Князь толкнул одну из дверей и первым вошёл в номер:
- Ночуем здесь. Номера смежные, есть второй выход в коридор, рядом с окном пожарная лестница. Вейцер, специально для тебя: водопровода нет, канализации нет, по любым делам топай в комнаты подальше от этих. Ужинаем и спать, дежурим по очереди. Никта, накрывай поляну.
Вообще-то в кухарки я не нанималась, но да пусть. Я огляделась. Мебель сохранилась на удивление неплохо. Я сходила в соседний номер, выбрала не самую трухлявую наволочку, хотела вытереть стол, но получилось только размазать грязь кривыми кругами. Бросила наволочку вместо скатерти и выгрузила на неё консервы.
- Князь, завтра нам желательно пополнить запасы.
- Понял, сделаем крюк. Есть тут неподалёку один вкусный кластер.
- Не нарвёмся?
- Он мелкий, туда обычно только одиночки суются. Серьёзным ребятам там неинтересно.
- Хорошо.
Князь не отвернулся, а почему-то продолжал пристально на меня смотреть. Развернув стул спинкой к столу, Князь сел, подпёр голову кулаком и вновь принялся сверлить меня взглядом. Не знаю, что на него нашло, психов в Улье много. На всякий случай я приготовилась дать отпор. Может зря я его сразу не прибила? Князь смотрел и молчал. Наконец, я не выдержала и спросила, в чём дело, но Князь мотнул головой и не ответил.
За ужином разговор не клеился. Вейцер с непривычки давился консервами, Князь, напротив, лопал так, что за ушами трещало, видать, совсем оголодал, пока по лесу от преследователей бегал. Отшвырнув пустую жестянку в угол, Князь утёрся рукавом, поднялся из-за стола и объявил очерёдность дежурства. Мне выпало быть первой, и, чую, неспроста. Я не стала возражать. Чему быть, того не миновать. Уж лучше сразу разобраться, а остаток ночи спокойно досыпать. Я ожидала чего угодно, но не вопроса, который задал Князь, когда убедился, что Вейцер крепко спин и нам не помешает. Князь спросил:
- Слово «мозаика» он от тебя подцепил?
- Допустим, - осторожно согласилась я.
Отрицать всё равно бессмысленно.
- Значит, ты из этих, - с ноткой досады и разочарования произнёс Князь.
- Э? Не уверена, что я тебя поняла. Из кого? - сумерки давно сгустились, и рассмотреть выражение лица собеседника не получалось. - Князь?
- Из этих, - повторил он, и теперь в голосе отчётливо слышалась ненависть. - Из мозаичников. Только они так Улей называют. Как услышал, что кто-то говорит об адской мозаике, знай, что рядом завелись эти проклятые искатели добра, чтобы им в этом самом аду гореть до скончания веков! - мужчина с силой стукнул кулаком по спинке стула. - Знаешь, Никта. Я не допущу, чтобы ты затащила Вейцера в вашу секту.
Князь встал и отошёл к окну. Разговор окончен, а я так и не поняла, в чём именно меня обвинили.