Страница 119 из 134
- Энжи, здравствуй, какими судьбами! – молодой человек встал со своей мягкой лежанки и, взяв девушку за руки, усадил рядом с собой, расцеловав ей ладони, – ты, как всегда, превосходна, ослепительна, очаровательна…
- Полно, полно. Я тут уже несколько дней, а ты только соблаговолил обратить на меня своё зоркое око.
- О, прости! Прости меня, – вспомнив, что тут кроме него и его товарищей ещё и «малолетняя» сестра с такими же подругами, он прекратил поток излияний и стал посдержаннее, – да, я ведь на самом деле сам только второй день как тут, вернулся от Дональда.
- Дональда? Сколько же ему исполнилось? Когда я его видела в последний раз, был таким мальчишкой.
- Что ты, он серьёзно возмужал! Ему стукнуло двадцать, настоящий мужчина. Очень хотел приехать и присоединиться к нам, но отец так строг с ним, что без его ведома бедный Дональд не может и шагу ступить.
- А как его разбитое сердце? Его рана зажила, или он по-старому не спит ночами, вспоминая глаза прекрасной герцогини Южных Ветров?
- Нет-нет, из этого он тоже вырос, хотя страдал довольно долго. И его несчастная любовь была такой трогательной, что дама его сердца обещала, если у неё родится племянница в Южных Ветрах, непременно обручить её с его племянником.
- Вот так дела, какое будет странное родство! Захудалый королишка женится на герцогине ди Фьяцо.
- Да что мы всё об амурных делах, как будто кроме этого ничего интересного вовсе нет!
- Помимо есть, а более интересного – нет. Что ты так засуетился, Робин? Я тебя смущаю или ты уже забыл, как я выгляжу, и не можешь узнать?
Энжел вела себя так непринуждённо и естественно, что Беллона не понимала, почему её брат начинает вести себя рядом с ней, как школьник, почему его друзья смотрят на неё не так, как на неё с Габи и Марией? Она излучала женственность, обладала шармом, но писаной красавицей не была, хотя и бросалась в глаза. Но это скорее внутренняя энергетика была настолько сильна, что перехлёстывала все внешние черты, как положительные, так и отрицательные. Пока принцесса разбиралась в характере наследницы Гиганта, она заметила краем глаза, что виконтесса пытается перенять повадки и облик Энжел, незаметно растягивая своё декольте до размеров декольте старшей подруги, у которой оно было фантастически открытым. Ткнув Габи локтем в бок (на девушек всё равно пока никто не обращал внимания), Беллона цыкнула ей, чтобы та не увлекалась в своём идолопоклонничестве.
- Так что же ты, Робин? Предложишь обсудить мне коллекцию оружия твоего батюшки? Или, Сториан, Рикардо, может мне поговорить о банковских делах ваших родителей? Сантьяго, а твой отец увлекается собаками, насколько я помню? И что же вы, заставите меня говорить о вещах, в которых я ровным счётом ничего не понимаю?! Жестокие, и не доставите мне удовольствия, поговорив о чём-нибудь дорогому моей душе.
- Дорогая Энжел, – придвинулся к ней старший МакДжойн, – поскольку я не страдаю плохой памятью, то разговоры никогда не доставляли тебе особого удовольствия, а наслаждения ты всегда получала от другого. Я замираю в испуге, предположив, что что-то поменялось!
- Нет, Сториан, со мной всё в порядке. И я потому здесь, чтобы быстренько разделаться с делами и продолжить эти дни, которые должны быть праздниками и нескончаемой чередой веселья. Робин, а я, кажется, угадала причину, по которой ты так охотно избегаешь тем супружества и брака. Уж не нашёл ли папаша Робин тебе невесту?
- Ой, Энжи, давай не будем об этом!
- Угадала, угадала! – девушка от всего сердца засмеялась, уже практически демонстрируя свою пышную грудь мужчинам. Ещё она перекинула ногу за ногу и обнаружила тем самым разрез в своём платье, который обнажил одну из них чуть выше колена, смуглую и стройную, – дай подумать, кто бы это могла быть!
У Беллоны и Марии челюсть хотела опуститься почти до ковров на полу. Им была совершенно дика культура Гиганта с её откровенностью, бесшабашностью и такой вседозволенностью. Или это могла себе позволить только принцесса той планеты? Девушки залились краской от шеи до ушей, даже Габриэль, которая смотрела на Энжел с истинным обоготворением и светлой завистью, смутилась, но с жаром захотела уметь вести себя так, и иметь право вести себя так!
- Это малышка Эмма! Ну конечно! Как я могла сразу не понять! Сестра Дональда!
- Ну, всё, хватит, Энжел, моё терпение сейчас кончится!
- Робин, прости, я так давно тебя не видела, не могу сдержаться и не расшевелить тебя. Ну, назови меня Энжи и перестань дуться. Мир, мир, мир!
- Хорошо, Энжи, я тебя простил.
- Так, когда свадьба? – В салоне поднялась такая кутерьма, смех и веселье, что всем пришлось долго успокаиваться. Никак не предполагавшая такого поворота событий Беллона, сидела в полном недоумении. Она думала, что будет натянутый сухой разговор, выяснение отношений, упрёки, укоры и, в конце концов, компромисс, после которого все разойдутся сердитые и неудовлетворённые, хотя ничего не выиграют и не проиграют. Но Энжел сумела превратить диалог в забаву, а договор в игру. Толком никто и не понял как, но как-то между делом, все сговорились, что Мартина Бенка отпустят на свободу, а через неделю он покинет Феир на неопределённый срок, пока судьба его не прояснится здесь, Беллоной, Бенвором Эскорини и принцем. Всё прошло как нельзя лучше! «Как бы мне хотелось научиться манере Энжел заводить со всеми дружбу! Глупости придумывают, когда говорят, что всем хорош не будешь! Видимо эти люди не были знакомы с Энжел! Она даже с моим братом отличные друзья, а я думала, что он девушек всерьёз не воспринимает, а они с ней, как на равных. И даже не ясно, кто главнее. Она просто задавила Робина своим лидерством». И пока Мария с Беллоной находились в роли наблюдательниц и рассуждали о чём-то своём, делали соответствующие выводы, Габриэль всё глубже вовлекалась в кокетство и заигрывание наследницы Гиганта и принца Феира с друзьями. Она начала чувствовать себя среди этого, как сыр в масле. И только ужин смог отвлечь молодёжь от увлекательных рассказов и чудного времяпрепровождения. На него почти все пошли с неохотой, потому что трапезничать предстояло всем совершенно другими компаниями.