Враги

- Ничего. В общем, только Геер – шанс спасти Марата, при этом… фактически, твое вмешательство в дело  Малого будет полностью скрыто. Оправданием всегда сможет послужить то, что Дюан в веденьи Берна,… и именно поэтому, по каким-то собственным убеждениям, тот решил вступиться.

- Мне вот очень интересно, чем же этот ваш Берн… такой крутой? Что все вечно прям дрожат при упоминании этого имени? А?

(ухмыльнулась; немного помолчала, подбирая слова – а затем все же решилась на ответ)

- Всё просто, милочка моя,

если бы не его заскоки, то он давно бы уже заседал в Совете. Хотя, как я, и, в принципе, многие другие считают, Берн и так негласно там состоит.

… иначе бы всё то, что он творит,… просто так бы с рук не сходило.

- Не поняла, так в чем дело? Зачем…

- Лив, Геер не хочет покидать пост Смотрителя, уходить в скучные заседания Совета, потому что его очень воодушевляет мысль о том, что ему принадлежит конкретная, огромная территория на этой планете, где он фактически если не Бог, то Пан…

- То есть, участник Совета просто резвиться, играется в Смотрителя?

- Фактически да.

- Идиотия.

- Как говориться, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало…

- Жуть какая. И … теперь я должна буду… этому недоразвитому упырю…

- Не беспокойся, я буду рядом, и если что… всегда пресеку его наглость.

- Неужели?

Вы так близки?

(игриво замигала я бровями, нелепо (совсем не считая подобное за правду) намекая на пошлости)

- Одно время были неплохими друзьями.

- А  сейчас?

(и снова коварно улыбаюсь, хотя внутри застыло немалое удивление)

- А сейчас… я замужем, - многозначительно улыбнулась Дани и тут же пристыжено закусила нижнюю губу. – Ладно, красавица. Собирайся, если хочешь успеть …

 

- Эм, Даниэлла, … а если проиграю?

 

- А ты  не проигрывай.

И потом, не забывай,

ты – Женщина, а значит такого понятия, как «проиграть мужчине» - просто не существует…

 

Глава Девятнадцатая

***

Мне страшно, мне было очень страшно… увидеть его снова…

 

И пусть прошло с  той, нашей (далекой, короткой, но такой… яркой) встречи уже больше семи лет, я до сих пор не могла  ничего забыть: каждый миг, каждая минута, каждое слово…

И теперь  мне страшно,… теперь я боюсь... взглянуть в глаза своего злейшего врага, взглянуть -  и … увидеть там

… «придуманного Принца».

Боюсь, что …

 

Черт! НЕТ!

ДА СКОЛЬКО ЖЕ МОЖНО ВРАТЬ?! ... самой себе

СКОЛЬКО?

Не того я боюсь. НЕ ТО-ГО!

 

Страшно мне … взглянуть в его глаза – и … НЕ УВИДЕТЬ там … его, моего «Принца», понять, что ошибалась, что всё, нарисованное отчаянной фантазией, что тот единственный, который всё это время противостоял Лорду, - … лишь выдумка (был ею, и останется такою навсегда)…

…и ничего, ничего, кроме внешнего облика, у них,… у настоящего Берна и моего, «придуманного», – ничего общего нет.

Я боюсь,… боюсь … что того, кого люблю… - не существует:

… не существовал… и никогда, НИКОГДА существовать… уже не будет.

 

 

Я попалась в собственную ловушку… и теперь отчаянно (молча) кричу,  (немо) молю… спасти. Спасти – или добить, добить, чтобы не мучилась…

Но никто не слышит.

Никто.

 

И уж тем более… он.

Мой Берн…

 

***

- Я не поняла, Лив, ты священника идешь соблазнять, или Геера?

- А я уже иду его соблазнять?

- Ну,…  не так выразилась. В общем, платье – дерьмо. Ищи что-то другое. Более открытое, и покороче, можно даже яркое, красное.

- Дани, и ты мне еще будешь советы давать?

- А кто еще? Так, марш назад в примерочную, а я тебе принесу парочку мной примеченных.

 

***

- Да?

- Берни? Здравствуй. Это Жако. Помнишь еще таких?

- Безусловно, моя дорогая. Как жизнь?

- Отлично. Я звоню тебе по делу.

- Слушаю.

 

- Мы вот с подругой в твои края погостить  приехали. Но скучно как-то, некуда даже пойти развлечься… сам знаешь мою нелюбовь к ночным клубам…

- И? Что от меня требуется?

- Ты же сегодня снова устраиваешь у себя прием?

- Прием? Хе-хе. Девочка моя, игра в покер, да и то - в чисто мужской компании. Вот тебе и вся программа.

- Так мы придем?

 

(долгая, удивления пауза)

- А подруга хоть красивая?

(едко захихикал Берн, но тут же осекся – прокашлялся)

 

- Тебе понравится. Так как, к скольки нам подходить?

- К восьми. Правда, сразу предупреждаю, ребята у меня голодные на женские тела. Так что все претензии об их пристальном внимании и возможных нескромных намеках - оставьте при себе.

- Но ты же нас в обиду не дашь?

- Не дам, сладкая, не дам.

- Тогда жди.

- Непременно…

 

Глава Двадцатая

***

Каждый шаг давался не то, что с трудом, а с такой болью и страхом, что внутри все немело, а конечности лихорадочно дрожали от волнения.

- Ты ли… и замерзла?