Друзья

Одеяльцем укрыть…

Сейчас, сейчас, когда спит, мой Лимончик… кажется таким беззащитным, таким ранимым… маленьким мальчиком, за которым нужно только глаз да глаз.

… живой, вернулся домой живой и невредимый – а большего мне и не нужно. Плевать на испорченный вечер,

главное, что он теперь – вновь… со мной… рядом.

Так, почистить зубы, что-нибудь перекусить – и топать, топать на работку, тетке Эльзе помогать порабощать мир злосчастными фруктами…

 

Глава Двадцать Восьмая

***

- Привет, Патти. Тяжелая ночка? – игриво замигала бровями тетка.

- Здрасте. Тяжелая, ох, тяжелая…

- А чего так невесело? – удивленно скривилась Эльза.

- И не спрашивайте…

- Поссорились, что ли?

- Поссорились? … А. Нет, – (шумный вздох). – Задержался сильно на работе – нервничала.

- О. Так он – трудолюбивый?

- Хм. Думаю, чтобы всего того достичь..., что у него есть, нужно иметь не просто трудолюбие, а крайний фанатизм… необычайное терпение… и нескудный склад ума.

- Ой, ой… как мы заговорили? Умных слов нахваталась?

- Умных? Вы о чем?

- Дамы, взвесьте этот ананасик…

- Минуточку…

 

***

Эх, Марат, Марат, если я буду жрать столько, сколько ты меня просил это делать, то недолго, что я, просто-напросто, лопну… 

И что тогда? Кто из нас будет прав?

- Смотри, кто идет!

- Где?

- Да туда смотри! А ты куда вылупилась?

(невольно рассмеялась я на теткино возмущение)

Маратик. Мой милый ангелок шагал ко мне навстречу.

- Привет.

- Здравствуйте.

- Здравствуй, здравствуй, - язвительно запричитала Эльза.

(черт, ненавижу то, как она сует свой нос в чужие дела)

- Я хотел извиниться…

- Марат, давай отойдем…

- Прости меня, Патти.

- Я очень переживала…

- Прости. Дел было – по горло. Приходили кое-какие лица, предлагали крупную сделку… - один, уже существующий клуб хотят переделать под наш стиль, влить в сеть клубов «Е.Д.»

- Хоть бы позвонил, а то – «абонент не доступен», -

(дуюсь, дуюсь я

… но разве так честно? не начни он сейчас оправдываться – давно уже бы простила, забыла,   а так – а так нужно еще повыделываться, … причем невольно, неосознанно)

- Батарея села.

- Я так и думала.

- Честно, Патти. Я бы не отключил телефон, не предупреди тебя. А когда я кинулся – было уже слишком поздно, ты, наверняка, спала…

- Да ладно. Что уже там. Что было – то было. Рада, что с тобой всё в порядке.

- Я видел,… ты там наготовила разных вкусных блюд…

(криво улыбнулась)

- Договаривались поужинать… вместе.

- Ой, черт. Точно.

… забыл.

(болезненно скривился)

Прости.

- Да ладно… уже давно простила.

- Давай,… сегодня исправим… неудавшийся ужин?

- И снова… готовить?

- Зачем? Разогреем всё – думаю, ничуть не хуже будет.

- Всё же хуже, - криво улыбнулась я, изображая глубокое понимание, осведомленность в этом деле (уж кто, как не я, знает вкус «вчерашней», «позавчерашней», «позапозавчерашней» … еды)

- Так как? Во сколько ты заканчиваешь работу?

- В семь-восемь.

- Я зайду за тобой.

- За мной? … зачем? Тут до дома  идти - пять минут.

- Ну, мне будет приятно. Можно?

- Можно…

 

***

- Ну, и зачем это? - улыбаюсь, как дурочка; краснею от смущения – и соответственно несу чушь,…нет бы сказать: «спасибо».

- Пытаюсь загладить свою вину… - мило улыбнулся мой Лимончик и тут же протянул букет шикарных, белых лилий… мне.

- Не стоило.

- И тем не менее…

(рассмеялась я

больше от неловкости, чем от его слов)

- Спасибо… спасибо большое.

- Больше не обижаешься?

- Да я же уже говорила, что  нет.

- Вот и хорошо. Теперь, предлагаю, быстро добраться домой – и устроить пиршество.

 

Глава Двадцать Девятая

***

- И это… в микроволновку?

- Нет, пюре сейчас я на сковородке разогрею.

Кстати, вчера приятно была удивлена,

что ты хоть кушать и не готовишь – но набор посуды соответствующий у тебя иметься.

- То всё Оливия. Решила меня в такой способ подколоть – некая злая шутка.

Сначала, конечно, хотела было подарить кота – но потом пожалела животное. Вот и решила остановиться на бездушном, неживом объекте – но, тем не менее, уж точно таком же, безнадобном мне.

- А кот – безнадобный?

(рассмеялся)

- Патти, я люблю животных, если именно это ты сейчас спрашиваешь. Но куда… они мне? Я слишком часто в разъездах, и заниматься их судьбой – у меня нет желания.

- Но, а когда-то ж были… животные у тебя?

- В детстве… у нас была собачка Бьюппи.

- Юппи? Как напиток?

(рассмеялся)

- Бьюппи! А не Юппи.

В общем, неважно. Так вот – мы так часто с Оливией ссорились насчет нее, чья она, кого это бедное существо должно слушаться, кому подчиняться,  перед кем радоваться, а кого – кусать, что отчим не выдержал этих скандалов, и пристрелил. Закопал на заднем дворе – и поставил табличку «ссоры Оливии и Марата».