Страница 8 из 22
- Ого, как можно убить древнего дракона, особенно если он еще и самый сильный из всех живущих? – тут же заинтересовалась я, и даже приподнялась на диване в ожидании пояснения.
- Энрике Сорель, тоже был древним и бессмертным по определению, однако это его не спасло, и он лишился головы. А без головы, даже драконы не могут жить, - ответил Ларкин. – Будешь слушать дальше?
- Я – само внимание!
- Так вот. Этому нашему дракону отрубили голову и соответственно, он умер. Но его жена, с ней там тоже темная история. Вроде как она совсем и не пара его была. Я нашел какие-то записи тех времен, и там говориться, что дракон пал жертвой чар, но как по мне, то это полный бред, - с иронией в голосе произнес Ларкин, - у драконов пары на всю жизнь и они почти невосприимчивы к магии и разного рода чарам, как и оборотни.
- Я все это и так знаю, - возразила нетерпеливо, - давай дальше. Нашего парнишу убили и лишили самого дорого. Что там с его женой?
- Она не захотела с этим смириться. Тут стоит отойти от темы и сказать, что безымянный и могущественный, женат был не на ком-то там, а на одной из древнего рода заклинательниц.
- Ого! – теперь я уже слушала очень внимательно. Как-то все это слишком сильно напоминало одну уже известную мне историю, с не очень хорошим концом.
- Угу! Не перебивай. Так вот, заклинательница эта, от горя устроила местный апокалипсис. Сравняла с землей несколько городов, осушила полморя и превратила все это в пустыню. Народу угробила видимо-невидимо. А затем вдруг поняла, что месть – местью, но мужа ей это не вернет и … - театральная пауза и Ларкин трагическим шепотом продолжил, - воскресила его.
- Чего?
- Того, неуч. Она использовала древний темный ритуал воскрешения и вернула своего ненаглядного из-за грани.
- Подожди, - я пыталась ухватить ускользающую мысль за хвост и оттого нервничала, и говорить начала быстро и сбивчиво. Зная Ларкина, можно быть уверенной, что он меня поймет, а если чего и не разберет в моем путаном рассказе, так сам додумает или переспросит. – Но она же была заклинательницей, ты сам сказал. А еще, если верить вашим же словам, то заклинательницы древности одним лишь словом могли вернуть к жизни целые армии, так зачем ей нужен был ритуал? И вот еще у меня вопрос, откуда у заклинательницы вообще доступ к ритуалам темных магов? Разве эта категория сверхъестественного населения не всегда жила замкнуто по своим законам и правилам? И если принимать во внимание все вышеперечисленное и то, что я упустила, а ты обязательно сейчас додумаешь, то встает еще один вопрос: она сама все это придумала или ей подсказал кто? - Я подскочила на ноги и заметалась по комнате.
- Ну, да, - неуверенно ответил Винс, явно не понимая, к чему я веду, но уже заинтригованный моей версией. Мне показалось, что я услышала через телефонную трубку, как у Ларкина в голове винтики и шестеренки завертелись – процесс пошел, наш гений стал думать. – Ну, могла заклинательница одним словом поднять целое войско павших воинов и что с того?
- А если она могла просто сказать своему муженьку: «Живи!» И он тут же принялся у нее в ногах ползать и с рук есть, то на кой ей понадобился темный ритуал? Зачем мараться в крови и магии темных, если можно сделать все тоже самое используя свою собственную силу? Которой она уж точно владела намного лучше, чем магией крови?
- Лиза, вот чем ты слушала? – укоризненно принялся увещевать меня гений психологии и криминалистики, - я ведь говорил, что дракону тому, мужу ее, голову отрубили. А даже заклинательница не может приделать обратно мертвому парню голову и потом оживить. Это знаешь ли, сюжет из фильмов про некромантов и чокнутых профессоров.
- Но если все так, и без головы она не могла его оживить своей силой, то как эта голова появилась у того дракона, после использования ритуала воскрешения? Или в результате этого ритуала недостающие части тела сами на место встают? Или, быть может, новые вырастают, получше прежних? – не сдавалась я.
А Ларкин замолчал. И молчал он долго, сопел лишь в трубку и все. Я забеспокоилась, слишком это было необычно.
- Винс? – тихонько позвала. - Ты где там? Уснул что ли?
- Нет, - глухо отозвался приятель.
- Тогда чего молчишь?
- А я не знаю, что тебе сказать. Не знаю я, как она смогла его оживить?! Не понимаю! Ты все правильно сказала, лиши мага или дракона - да кого угодно! – головы, и он уже не воскреснет, не оживет и не регенерирует. Без руки, без ноги, без половины туловища жить сможет, без головы – нет. Не вырастет она заново! – в конце Винс почти сорвался на крик.
- И что это значит? – очень тихо, предвидя огромные неприятности, поинтересовалась я.
- Что мы в полном дерьме, - вдруг жестко ответил Ларкин. – Мне надо подумать и еще почитать тут… я потом тебе позвоню…
И он отключился, а я осталась стоять посреди комнаты, недоумевая. Ларкин не знал ответа! Такого на моей памяти никогда не было. Винс Ларкин всегда все знает. Он может ответить на любой вопрос. Он – гений! А сейчас? Что это такое было-то?
Но мне, как того и стоило ожидать, никто ничего не ответил. Озарения не случилось и, чтобы не забивать голову ненужными мне пока мыслями, решила позаниматься медитацией. Лекс особенно настаивал, чтобы я не пропускала ежедневные тренировки и потому, я решила вести себя, как послушная девочка и потопала в спальню.
Когда мой дракон был дома, я медитировала обычно в гостиной, под его чутким руководством, а вернее, пока я сидела на ковре и изображала из себя не пойми что, Лекс обычно читал, слушал музыку или же просто спал, чем неимоверно выводил меня из себя. Но был неуклонно несговорчив относительно необходимости подобных занятий. А вот сейчас его не было и мне ничто не мешало расположиться с комфортом на кровати. Все равно толку от всех этих занятий было чуть. В нирвану я не впадала, никакого второго я - тоже не обрела, только ноги обычно затекали, да попа болела каждый вечер.