Страница 35 из 36
Они переговариваются на немецком, уверенные, что я ничего не понимаю или сплю. Не получается разобрать слова и предложение, настолько тихо они говорят, настолько не работает голова.
Их голос убаюкивает и я больше не борюсь. Засыпаю, чувствуя себя до безобразия счастливой.
Глава 39. Утро
— Фак, Сэм, твой телефон.
Просыпаюсь от бурчания Алекс. Во сне всё поменялось. Я больше не лежу на Сэме, а зажата между двух мужчин. Одеяло сбилось на краю кровати, укрывая только ноги. Но мне совсем не холодно.
— Телефон твой, — Сэм даже глаз не открывает. Так забавно хмурится сквозь сон. — Алекс.
— Я отвечу.
Говорю и замираю, понимая, что мужчины общались на немецком. Это не самая страшная из моих тайн, но всё равно, почему-то, хочется утаить этот факт. Но мужчины внимания не обращают, не поняв из-за сна. Или решили, что я так их ругань непонятную обрываю.
— Лежи, — Сэм не только словами припечатывает, но и сильнее сжимает руку на талии. — Перезвонят.
— Может что-то срочное? Просто так не звонят в Новый год.
— Кто-то из друзей решил поздравить, — Алекс тоже не спешит вставать, прижимаясь бёдрами. — Спи, принцесса, не переживай.
Их слова кажутся лучшим снотворным, но заснуть больше не могу. Долго лежу, вслушиваясь в их дыхание и тихую мелодию с первого этажа. За окном начинает едва заметно светать. Снегопад прекратился, оставляя после себя заснеженные деревья.
Не выдерживаю, вставая. Мужчины крепко спят и даже не замечают мою продажу. Медленно сползаю к краю кровати, стараясь не задеть никого из них. Алекс начинает ворочаться, но цепляет пальцами подушку и успокаивается. Минуту ощущаю себя беглянкой, не двигаясь. Словно жду, что они сейчас проснутся и заметят мою пропажу.
Но всё спокойно, и я отправляюсь на поиски своей одежды. Она давно должна была высохнуть, а брошенная где-то в доме майка уже не подходит. Уверена, что даже свитер и доспехи не остановят мужчин, но попытаться можно.
А ещё, признаваясь шепотом самой себе, мне не хочется, чтобы они останавливались. У них прекрасно получается расправляться с моей одеждой и броней. Искусители, которые так легко разжигают во мне огонь.
Губы болят от долгих поцелуев и укусов. Сэм обещал, что они станут ещё лучше к утру. Мне теперь кажется, что ни одна гиалуроновая кислота так не справляется, как эти мужчины.
С легким румянцем вспоминаю, где бросила одежду. Как спасалась бегством от Алекса, который заглянул ко мне в душ. Наверное, ещё тогда нужно было понять, что он просто так не отступит. Сэм казался спасителем и защитником, а оказалось, что у него просто другая стратегия.
А ещё я была уверена, что они парочка.
Тихо смеюсь с этой мысли. Этой ночью Сэм и Алекс прекрасно доказали мне свою ориентацию. Как много я ошибалась с ними. Но то, что поддалась на их соблазнение, ошибкой не считаю.
Какие ошибки, когда так приятно тянет мышцы и до сих пор внутри тлеет удовольствие.
Включаю духовку, натягивая на ладони край кофты. Мне нечем заняться в одиночестве, а Алекс хотел круассаны. На других бы обиделась, что столько готовила, а в итоге почти не притронулись к еде. Но еда волновала в последнюю очередь.
Выпиваю стакан тёплой воды и развлекаюсь с тестом. Готовка всегда помогает очистить разум и убивает скуку. А ещё столько воспоминаний связанными с кухней, что хватает надолго. Только когда отправляю выпечку в духовку, жар смущения отступает.
Господи, да я с Архиповым столько не смогу моментов хороших вспомнить за два года отношений. Нет, нам было хорошо вместе, не смотря на все ссоры и разные характеры. Я ведь не настолько отчаялась, чтобы встречаться от безвыходности.
Или настолько?
Пытаюсь понять, почему мы били вместе два долгих года, но причин особых не было. Просто завертелось, а расставаться не хотелось. А теперь думаю, что нужно было это сделать давным-давно.
Но тогда я бы не застряла на снежной дороге и не встретила самый необычный Новый год в моей жизни. Так что Архипов курва, но совсем убивать его не буду. Только душу вытрясу и заберу свои вещи. А потом буду думать, что делать с жизнью дальше.
— С Новым годом, — отвечаю на звонок, когда телефон снова оживает. Номер вызубрен до идеала, поэтому даже не сомневаюсь. — Хорошо отпраздновала, Мир?
— Сомнительно, — девушка шумно вздыхает, замолкая. Я хорошо её выучила за годы дружбы, так что понимаю, что у неё сейчас хаос в голове и чувствах. Как и у меня. — Нормально. Я несколько раз звонила, переживала.
— Мы спали.
— Да я уже поняла. У меня тут небольшой форс-мажор. Я скоро буду, но у меня не особо много времени. Нужно сразу уехать, сможешь собраться быстро?
— Что случилось?
— Царь.
Короткого имени хватает, чтобы понять всю ситуацию. Отношения Миры с этим мужчиной никогда не были простыми. Их личная история с болью и обидами длиною в пять лет. И даже дольше.
Поэтому когда подруга произносит это имя так — фыркая и раздраженно, но с оттенком грусти — мне всё становится ясно. Поэтому соглашаюсь и обещаю выйти, как только она подъедет.
Поднимаюсь обратно в спальню, чтобы попрощаться с парнями. И застываю на пороге, не зная, что сказать. Пожелать хорошего года и сбежать? Поцеловать на прощание или просто обнять?
Столько вариантов крутится, но ни один не кажется мне правильным. Неловкость сковывает и не даёт разбудить мужчин. Присаживаюсь на край возле Сэма и даю себе ещё одну минутку на раздумья.
Как полагается себя вести после случайной ночи на троих? Никогда не была в подобной ситуации, никогда не буду. Отчего-то уверена, что больше никто так не сможет на меня влиять, как эти двое. Разрушили все устои, перевернули мой мир.
Всё, что раньше казалось неправильным, теперь такое естественное. Разве плохо, когда мысли путаются, а кровь горит? Когда они касаются меня и всё перестаёт существовать?
Может для кого-то другого, но для меня — нет. Больше нет.
Я боролась с собой и проиграла. Только ощущения, словно выиграла главный приз. И этого хватает, чтобы не сомневаться. Приглаживаю растрёпанные волосы Алекса и поднимаюсь.
— С Новым годом.
Шепот кажется оглушительным в тишине, но никто не реагирует. Я направляюсь к выходу из комнаты, решая оставить всё на волю случая. Если они захотят ещё встречи — Алекс знает, как меня найти.
Достаю из духовки круассаны и оставляю записку с объяснениями, куда я пропала. Вымываю бокалы и прячу остатки вина в холодильник. Стараюсь двигаться тихо, но непроизвольно задеваю стул или роняю вилку. Будто в ожидании, что сейчас всё изменится и мне не нужно будет уезжать.
— Твоя шея, — Мира смотрит встревоженно, когда я усаживаюсь в машину. Даже не спешит уезжать, хотя вся на нервах. — Юн…
— Мы не будем это обсуждать, — произношу неожиданно твёрдо. — Потом. Не сейчас.
Сейчас это только для меня. Я уезжаю, оставляя позади дом, где произошло столько всего. Но не оставляю мужчин, как бы не выглядел мой побег.
Пускай это решение будет за ними. Сэм повторял, что мне нужно попросить и я получу всё, что захочу. Но об этом я просить не могу. Знаю, что эта ночь значила для меня, но не представляю, что творится в душе мужчин. Если они захотят большего — я приму это.
И буду ждать, конечно буду. Потому что наивная и глупая, как любит повторять мама. Но только сейчас её нравоучения не действуют и не задевают. Сейчас я счастлива и этого достаточно, чтобы дать нам шанс.
И, верю в это всей душой, мы ещё когда-то встретимся.
А пока я буду просто вспоминать об этой ночи. Хранить глубоко в памяти и никому не рассказывать. Не потому, что стыдно. Но это мой счастливый Новый год и ни с кем не хочу делиться.
Моя тайна, мой секрет.
Моя ночь, которой не было.