О традициях не спорят!

   Илис даже в шутку подтрунивал надо мной: "Когда список гостей на свадьбу составлять?", но я от него лишь отмахивалась, отвечая: "Вот докаркаешь и, действительно, заставлю список составлять. Вот только для нашей свадьбы!". На что он закатывал глаза и говорил: "Скорей Мейгира совершит самоубийство, чем ты решишь выйти замуж!". Друг знал о колдуне, поэтому понимал, как мне трудно кого-то вновь полюбить. У меня были чувства к Илису, но я никогда не давала этой слабости помешать нашей дружбе. Лишь однажды я, напившись, не сдержалась и поцеловала его, но он свернул все это в шутку, после чего часто надо мной из-за этого подшучивал. И я ему за это была очень благодарна. Он как никто мог меня понять.

   - Хейса, ты тут? - вывел меня из мыслей тихий шепот.

   - Да здесь я, - ответила я и, выкинув все ненужные мысли из головы, отдалась во власть чувств.

   Его губы взяли в плен мои, омутом наслаждения окутывая их. Я, почувствовав его руки у себя под рубашкой, подняла руки вверх, позволяя снять ненужную одежду. Он ласкал руками и губами мои плечи, шею, спину, живот. Словно в первый раз и в тоже время знакомыми движениями. Я дернула его за волосы, заставляя откинуть голову назад, и провела языком по горлу, прикусив кончик заостренного подбородка. Он тяжело вздохнул и попытался поцеловать меня, но я слегка отстранила его от себя и, запустив руки уже под его рубашку, стянула мешающую вещь. Теперь пришла моя очередь его ласкать, целую шею и грудь.

   Вдруг Мотылек резко прижал меня к своей оголенной груди, от чего я почувствовала сумасшедшее биение его сердца, и еле слышно прошептал:

   - Я скучал.

   Как всегда  я промолчала, не давая хрупкой линии сместиться с привычного места. Я понимала, что эта линия была словно песчаная полоса, которая когда-то должна будут смыться волной. Но пока в наших отношениях было затишье, и я надеюсь не перед бурей.

   Громко вздохнув, инкуб выпустил меня из объятий, затем опустился передо мной на колени и принялся развязывать подпоясок на штанах. В скором времени они полетели к нашим рубашкам, как и остальные детали одежды... И тут - в самый, так сказать, пикантный момент! - в комнату бессовестным образом постучали.

   Мотылек отстранился от меня и радостно воскликнул:

   - О, мой заказ пришел!

   - Очень вовремя, - хмуро буркнула я, не разделяя его радость.

   Меня нежно поцеловали в носик и проворковали:

   - Не злись. У нас вся ночь впереди. Лучше иди, в простынь закутайся, а то возможно это пьяный посетитель к нам забрел, и мне бы не хотелось набить ему морду за подглядывания!

   Я усмехнулась, вспомнив тот случай, когда к нам случайно завалились три пьяных темных. И все бы ничего, но мы были уже без одежды, да и свечи никогда не тушили. Так что полет с третьего этажа парням был обеспечен.

  Мотылек надел штаны и направился открывать дверь, а я быстро обмоталась в стянутую с кровати простынь. 

   - Ваш заказ, - пролепетала суккуба, как только дверь открылась.

   - О, превосходно! - с обворожительной улыбкой ответил инкуб. - Поставь, пожалуйста, на стол.

   Суккуба, кинув на меня быстрый завистливый взгляд, прошла к столу.

   Мотылек, подойдя ко мне, нежно обнял и со смешком сказал:

   - Вот и все, а ты хмурилась.

   И тут послышался треск стекла. Мотылек резко схватил меня за плечи и повернул. Он дернулся, прохрипел и попытался что-то сказать, но не успел... Кроваво-красный огонь мгновенно охватил его.

   Секунда и Мотылек всполохнул.

   Пепел оседал на пол.

   Мои плечи, волосы, лицо.

   Суккуба испуганно закричала, а я стояла в непонимании, замотанная в простыню. С еще не сошедшей улыбкой на губах.

   Стояла не в силах осознать, что, вообще, произошло.

   И лишь когда в комнату на крик суккубы влетел Эйрос с Котеной и хозяйка, я все поняла.

   Улыбка спала, а глаза наполнились слезами.

                                                                    Глава пятая

                                                                      Похороны

   Оцепенение наступило мгновенно, стоило только хозяйке положить руку мне на плечо. Я положила свою руку поверх ее и, пару раз хлопнув по ней, отстранилась. Сейчас не время было для слез, они все равно делу не помогут. Этот факт я осознала еще в детстве.

 - Что произошло? - спросила меня хозяйка.

   Я только взглядом указала на дверь, где стала собираться любопытная толпа из персонала и посетителей.

  Хозяйка поняла меня и, подойдя к двери, грозно сказала:

   - Тут не на что смотреть, так что прошу всех вернуться в свои комнаты!

   Закрыв дверь, она наложила на нее заклинания "тишины", чтоб никто не смог нас подслушать.