Страница 107 из 173
Вот только эльф, казалось, не слышит Вальмира.
- Что же ты Элиана не убила? - продолжал с ненавистью говорить он. - Ведь он такая же тварь!
Я опустила голову, разжала кулаки и еле слышно прошептала:
- Я думала, ты будешь рад, узнав, что Элиан жив.
Молчание давило на уши. Я хотела, чтоб он, хоть что-то сказал, но... лишь громкий хлопок двери был мне ответом.
Когда-то я, Мориган, Изабель и Элиан были друзьями. Пока Изабель не постучалась в дверь замка графа Ванден'лайн и не потребовала бой за освобождение Акона. Спустя два месяца исчез и Элиан, а Мориган так и не смог простить мне то, что я не помешала дедушке. Но он ведь не видел то, что видела я. Как на месте миниатюрной, голубоглазой эльфийки, которая большее всего любила запах хвои, пасмурное небо перед грозой и вареники с клубникой, появляется здоровенное, зеленое чудовище, которое хочет лишь одного - смерти моего дедушки. Тогда я, застывшей статуей стояла на хребте стены, со страхом, ужасом и болью наблюдая за боем на сожженном пустыре. Потом я много раз перекручивала тот случай в голове, уверяя себя в том, что поделать я ничего не могла... Но это всего лишь жалкая попытка оправдания.
Никогда не забуду, как Мориган посмотрел на меня, когда узнал о кончине Изабель. В его газах не было ни злости, ни ненависти, ни боли. Лишь ужасная пустота, пожирающая все его чувства и эмоции. А затем он спросил: "Кто ты? Темная или дроу?".
Темные ненавидят драконов из-за того, что они встали на сторону людей, а род Лайна держат их короля в клетке. Но дроу относятся к драконам приемлемо, а эльфы так и вообще помогают обретать новые тела.
Так кто же я? Несуразный вид с внешностью дроу и душою темной? Или что-то большее, зарытое на дне непонимания?
- Юэнн, ты в порядке? - ласково спросил брат, положив мне руку на плечо и тем самым выводя меня из задумчивости. - Мориган знает правду и понимает, что ты не виновата. На самом деле он злиться на себя, ведь он любил ее, а на тебе только вымешивает свою злость. Так что не нужно его ненавидеть за это.
- Кто еще кого должен ненавидеть, - ответила я, а потом, чтобы сменить неприятную мне тему, с раздражением спросила: - Оборотни, теперь эльфы. Какие еще существа я могу повстречать в Лэстэрине?
Брат если и заметил мое раздражение, то виду не подал.
- В Лэстэрине находятся еще делегации с главами вампиров, рефаимов и валькирий, - ответил он, а потом со смешком добавил: - И светлых, благодаря тебе.
- И что за повод? - спросила я с удивление.
Чтобы к нам решили приехать в гости делегации с монархами аж четырех стран, было странно, но чтоб мать их впустила, было, вообще, на грани невероятного и абсурдного!
- Юбилей нашей матери, - с непониманием ответил Вальмир, а потом как посмотрит на меня прищуренными глазами. - Ты не поэтому вернулась в Лэстэрин?
Светлый! Я совсем забыла о дне рожденье матери! Ей ведь сегодня триста лет исполнилось.
- Поэтому, - солгала я, смотря на брата честными-пречестными глазами. - А какая еще может быть причина?
Вальмир грозно сложил руки на груди и улыбнулся такой улыбкой, которую обычно использую я, когда злюсь на Илиса и Мейгиру.
- Юэнн, я же чувствую, что ты врешь! - Брат дал мне звонкий подзатыльник, а затем как разорался: - Как ты могла забыть? Я понимаю, что в Лэстэрине ты появляешься нечасто, да и мать ведет себя неправильно. Но ведь она дала нам жизнь и к ней должна быть хоть капля уважения! Ты хоть число моего дня рожденья помнишь? - Увидев мой насмешливый взгляд, он запнулся и с улыбкой добавил: - Да, глупый вопрос.
- Вальмир, извини!
Я знала, что стоит перед братом состроить расстроенную мордашку с поджатыми губами и раскаивающимся взглядом, и он все простит, поэтому не раз пользовалась подобным приемом.
Брат вздохнул, покачал головой, а после ответил:
- Главное, что ты пришла. - И указав рукой на кушетку, сказал: - Присаживайся.
Я присела в кресло, брат напротив меня, скрестив руки в "замке", указательными пальцами стукая друг об друга.
Хоть мы с братом и были близнецами, но он родился на пару минут меня раньше. Поэтому, по правилам, именно он и должен занять трон после матери. По внешности мы с ним почти ничем не отличались (не считая наличия женских и мужских признаков), даже рост, ширина плеч, походка были одинаковы и волосы у обоих коротко стрижены. Правда в талии я была тоньше и то, что пониже было побольше. Да и лица, если приглядеться были разные. Во-первых, глаза у брата более открытые, у меня же форма миндалевидная. Во-вторых, нос у брата широкий, у меня более удлиненный. В-третьих, форма лица у брата треугольная, но более выделяющиеся скулы и удлиненный подбородок, а у меня лицо овальной формы, скулы не так выделены и не такой четкий подбородок. И не смотря на наличие стольких отличий, некоторые нас порой путали.
- Что случилось в Лэстэрине? - спросила я, так как брат, упершись взглядом в свои пальцы, молчал.
Вальмир вздохнул и, откинувшись на спинку кушетки, принялся рассказывать:
- Вчера мы завтракали в Общем Доме. Мать, я, Юриэнна и монархи с наследниками остальных делегаций. Все случилось мгновенно, Юриэнна схватила нож со стола и... - брат замолчал, вновь устремив взгляд на руки. - Я думал, что мне просто повезло. Успел, заслониться рукой и нож вошел в плечо. Но оказалось, что главным было не мое убийство. Пока все всполошились в попытке найти Юриэнну...