Страница 11 из 15
На следующее утро повелитель снова прислал за мной прислужника. С большой неохотой и плохими предчувствиями я пришла на аудиенцию прямо в личные покои его величества.
Наян Армусский встретил меня в небольшой роскошно обставленной гостинной. Он стоял у окна и сразу же обернулся, глядя прямо в глаза.
- Шания, дорогая моя, присядь.
И он жестом указал на массивное современное кресло, выдержанное в зелено-золотых тонах. От обращения «дорогая моя» пробрала внутренняя дрожь. Хотелось отказаться от столь любезного предложения повелителя, но я не посмела этого сделать.
Присев на краешек кресла, перевела ожидающий взгляд на повелителя. Тот некоторое время молча разглядывал меня, а затем поинтересовался:
- Как продвигается наше дело?
О звезды! Какая идиотская ситуация! Не хочу я никаких «наших дел» с этим человеком. Что же ему ответить? Попробовать притвориться дурочкой?
- Вы имеете в виду, узнала ли я что-нибудь интересное об императоре?
Наян Армусский раздраженно прищурился и через мгновение ответил:
- Я имею в виду, что ты не стараешься выполнить то поручение, которое я тебе дал.
Ничего себе поручение! Это самое настоящее самоубийство! Да уж, влипла!
- Мне пока что не удалось остаться и поговорить с императором наедине.
- А ты хотя бы попыталась это сделать?
- Дело в том, что я…
- Шания, ты не понимаешь,- раздраженно перебил меня повелитель. – Все это очень серьезно. Он пробудет здесь еще два-три дня, не больше. Ты обязана втереться к нему в доверие. Мне нужна любая информация. Мне нужен свой человек в его близком окружении. Шания, завлеки его, заинтересуй! Ты же красивая молодая женщина. Думаю, ты вполне в его вкусе, ведь в тебе течет манульская кровь. Не мне же учить тебя всем этим женским штучкам, которые вы применяете для соблазнения мужчин!
От его монолога я просто потеряла дар речи. Я была в ужасе! Неужели он и правда рассчитывает на то, что я затащу императора в постель?! Да он чокнутый на всю свою величественную голову! Мне надоело слушать этот бред!
- Я не смогу этого сделать! Найдите кого-то другого!
Взгляд повелителя потемнел от злости. Он некоторое время молчал, а затем прозвучал его резкий ответ.
- Это исключено. Ты закончишь то, что начала.
Я поняла, что это явная угроза. Но меня она не напугала, а почему-то неимоверно разозлила.
- Я не смогу сыграть эту роль!
Повелитель неторопливо подошел ко мне почти вплотную. Я ощутила от него мощную волну негодования и презрения. Он долго сверлил меня задумчивым взглядом. А когда заговорил, в голосе слышались всевозможные оттенки злости.
- Шания, неужели ты хочешь стать предателем Самиры?
От шока я не сразу нашла, что ответить, а Наян Армусский продолжил свою речь:
- Ты знаешь, что ожидает предателей?! Могу рассказать.
И он хитренько и злорадненько улыбнулся.
- Дорогая моя, тебя арестуют и отправят на П-113. Ты знаешь, что это?
О да, я слышала!
- Это планета-колония для особо опасных заключенных: маньяков, убийц и… государственных предателей. Ты хочешь туда попасть?
Об этом месте ходили страшные легенды. Оттуда мало кто возвращался живым и здоровым.
- Но… за что? Я ведь не совершала ничего противозаконного. Я всего лишь переводчик…
Взгляд и тон повелителя были пропитаны ядом:
- Радость моя, я только что узнал, что ты украла у меня важную информацию, чтобы продать ее манульцам. Представляешь, что тебя ожидает?!
Конечно, я была полна возмущения! Конечно, мне хотелось кричать, что все это ложь. Но я, конечно же, понимала, что моя правда никого не интересует. Если повелитель объявит меня врагом государства, меня никто не будет слушать. Моя участь будет предрешена без суда и следствия. Я лихорадочно пыталась найти выход из ситуации, мысли лихорадочно сменяли друг друга, страх бежал по венам с сумасшедшей скоростью.
Не знаю, сколько прошло времени, пока я безмолвно сидела и размышляла. Но все закончилось тем, что мне сообщили:
- Ты можешь идти и готовиться к собранию, которое состоится через два часа. Сегодня вечером у тебя будет последний шанс доказать свою преданность Самире.
Не помню, как я оказалась потом в коридоре. Не знаю, когда успела сползти по стене и сесть на пол. Все было, как в бреду. Я не понимала, где нахожусь и куда идти дальше. Меня трясло. Сотни голосов гудели в голове. Внутри накапливался какой-то ком из эмоций и ощущений. Он становился все больше и больше, грозясь взорваться и измельчить меня на осколки. Хотелось выть, рвать на себе одежду, биться головой о стенку. Никогда в жизни не ощущала ничего подобного. Никогда не сталкивалась с такой несправедливостью. Да, после смерти мамы мне пришлось несладко, но даже тогда я не чувствовала себя такой беспомощной. Как я должна поступить?! Мысль о предательстве манульцев приводила меня в ужас. Но еще больше я страшилась участи несправедливо осужденной арестантки.
Не знаю, сколько я просидела в том коридоре на полу. Очнуться мня заставил звучный голос Триксена:
- Эла Шания, что с вами случилось?
Заставив себя хоть как-то собраться в единое целое, подняла голову вверх, натянув на лицо маску спокойствия.
- Здравствуйте, эл Триксен.
Он стоял в двух шагах от меня и внимательно смотрел прямо в глаза. Что же ему ответить, чтобы не показаться безмозглой идиоткой, сидящей в коридоре на полу и пускающей нюни?! Хотя, к счастью, я не плакала. Или это мне только кажется?!
- Ммм…
Да уж, хороший ответ!
Глаза Триксена замерцали, но истинные эмоции этого человека так и оставались для меня тайной за семью печатями. Хотя то же самое можно было сказать и о других манульцах. Они были слишком толстокожими в плане проявления эмоций. Видимо, их учили этому с рождения. Эмоции моей мамы также часто оставались для меня неразгаданными.