Страница 233 из 247
-А куда? – кто-то из парней подаёт голос, но если бы не гробовая тишина, никто бы не услышал.
Что же такое о директрисе старшекурсники рассказали? Мне же любопытно теперь! Переглядываюсь с Ричардом, но не могу передать свой вопрос без слов, так как он смотрит поверх голов прямо в аудиторию. Всё же иногда удобно иметь высокий рост. Но лучше иметь такого товарища. Потому что смотреть самой иногда страшно, или хочется побыть незаметно.
Расспрошу его позже, время-то будет.
-По местам, адепты, - строже отвечает дедушка. – Вам что, мест не хватает?
Вопрос задан с такой интонацией, что ответь кто положительно, точно получил бы… что-то. Уж не знаю, какое наказание можно придумать в таком положении, но никто рисковать не хочет. Не стоит портить отношения с преподавателями, это каждый знает.
Поэтому вновь повисает тишина.
Преподаватель явно выжидающе смотрит на нашу толпу, мы всё так же стоим на месте и не шевелимся. Теперь и вовсе перестаём дышать. А меня всё сильнее грызёт любопытство. Но я так же не желаю привлекать внимания, больше положенного, поэтому предпочитаю отмалчиваться.
Больше смельчаков не находится, поэтому молчание всё затягивается, и, кажется, терпение нашего педагогического состава заканчивается. Если это тихое противостояние продолжится, кому-то точно не поздоровится. Хотя, почему «кому-то»? Именно нам, будущим первокурсникам и будет не сладко. Я осматриваюсь, но в поле моего зрения только спины.
Эх…
«Ступор, - констатирую я, - куда садится, на наши обычные места или туда, где мы писали работы»
Спереди послышался смешок, но его источник я определить никак не могу.
-Садитесь, как обычно, плошу, - слышится впереди с сильным акцентом.
Благодаря недолгому мыслительному процессу прихожу к простому выводу – говорила директриса. Голоса преподавателей я знаю, никто из адептов бы говорить в принципе, и тем более подобное не стал бы. Значит, остаётся только одна претендентка. Голос вступает в противостояние с внешностью. Не сказать, чтобы они друг другу не подходили, но от директора такого заведения я лично ожидала чего-то другого.
Адепты дружно вздрагивают, но начинают неторопливо продвигаться в аудиторию. Наши с Ричардом места остаются свободными. За время учебы у всех появились «свои» места, поэтому проблем с этим не возникает и сейчас. Зато вот другая проблема чувствуется тут же. Так как я и Ричард проходим последними, все тут же обращают на нас внимание, провожая до мест. Кажется, мы как последняя капля, которая может поменять устоявшееся равновесие. Хочется ускориться и скорее – скорее оказаться на месте. Но бежать не буду! Потому что страшно. Вот побегу и споткнусь. Лучше буду терпеть подобное внимание.
Сев на место, я смотрю на Ричарда, который дёргает плечами, видимо, не только меня смущает подобная атмосфера.
Но как только мы оба садимся, по аудитории, кажется, проходит вздох облегчения, который прерывается неожиданно со словами:
-Лада вновь видеть будущих пелвокулсников.
При этом директриса ещё и улыбается так, что не поверить её словам нельзя. Пусть и остаётся неприятное послевкусие, ожидание какого-то подвоха. Не знаю, наверное, на меня так действует атмосфера среди адептов, они всё нагнетают и нагнетают. Чего же они ожидают от директрисы такого?
Осматриваю аккуратно, не поворачивая головы, и замечаю, что все стараются держать лицо «кирпичом», и взгляды при этом такие бессмысленные, но мне страшно становиться, не забрала ли прошедшая работа всё серое вещество из голов моих товарищей по учёбе. Даже Ричард ведёт себя странно. Под столом бью его ногой, но в ответ получаю только убийственно серьёзный боковой взгляд.
«Не больно и хотелось, - обиженно проговариваю»
Надеюсь, хотя бы немного отражается во взгляде. Ещё бы и фыркнула, но даже столь невинный звук в такой тишине будет слишком громким.
Ощущение чьего-то взгляда пронзает неожиданно и заставляет вздрогнуть. Найти источников подобного внимания не составляет труда. Я как по натянутой ниточке провожу линию – и сталкиваюсь взглядом с директрисой. Первую секунду я в шоке, вторую – не знаю, что делать, а на третьей – начинается паника.
«Что делать?!»
И единственное, что я могу – это улыбнуться максимально вежливо и дружелюбно. Ведь я не делаю ничего ужасного, только вежливость. А дружелюбные улыбки у меня хорошо получаются, на зависть. Ведь дружелюбие – одна из принятых основ Нового мира, как принято считать. Действительно ли так или нет – это другой вопрос. Директриса наблюдает за моей реакцией с явным интересом. Наше переглядывание не длится больше пары секунд, но мне кажется, я вижу намёк на улыбку на её губах. И она сводит меня свой взгляд.
-Я ещё не пледствалялась. Я дилектриса этого учебного заведения, магистл Амелия Волкс. Поздлавляю, вы успешно написали пловелочную лаботу…
Аудитория тут же наполняется вздохами облегчения. Но адепты быстро вспоминаю, где находятся, и становятся вновь серьёзными – серьёзными. А я так же, то есть, серьёзно, задумываюсь: наша директриса Волкс или всё же Воркс, просто не может выговорить? Прямо спросить – смерти подобно. Нужно будет найти её кабинет и почитать табличку. А то мало ли, какие неприятности могут быть от незнания имени человека с таким статусом.
И кстати, у Элайджи тоже статус магистра. Получается, он одного уровня с нашей директрисой? Тогда его якобы обучение в этом месте кажется ещё более неправильным.
-С началом официального учебного года вас ласпледелят на плактиков и теолетиков, в каждом наплавлении есть лазнооблазные факультеты, поэтому не стоит думать, что вы куда-то не подходите. Пли поступлении с каждого делали слепок способностей, он заклеплён к документам, поэтому плоблем быть не должно.