Страница 207 из 247
Выдыхаю и треплю шерсть Санни.
-Что случилось, Солнышко ты мой? Напугала я тебя, да?
Санни ещё раз скулит и садится напротив меня, перестав мучить лапы. Правильно, что в ногах, что в лапах правды нет, а посидеть всегда хочется. Таким образом, и вид становится несчастнее, и в глаза, мне такой бессовестной, смотреть легче. И собака смотрит на меня с немым вопросом, который я не могу разобраться. Во взгляде нет укора, Санни поддерживает меня, кажется, и, не заметив секундной низкой мысли.
Но есть в этом взгляде ещё что-то, что не даёт мне оторваться. В голове появляется тихий писк, как знак о потери сигнала, но в несколько раз тише и не такой раздражающий. Словно, нить, протянутая ко мне под напряжением. Взгляд Санни на секунду «отпускает» меня, и я прикрываю глаза, когда же открываю их, то понимаю, что уже не в своей комнате, и Санни рядом со мной нет. Темнота обступила меня, но почему-то не пугает, а успокаивается. Будто, я знаю, что должно произойти дальше, просто забыла почему-то.
Постепенно вокруг становится всё светлее и светлее, и вот я уже различаю предметы в комнате. Но это не дом Элайджи. Вещи проще и современнее. И знакомые стены, которые, я думала, уже никогда больше не увижу. Моя комната в Новом мире.
Воспоминания о последнем посещении собственного дома далеки от светлых и хороших, но сейчас я чувствую это странное спокойствие. Сейчас самое время перейти к панике, но на неё даже намёка нет. Что же это такое?
-Тебе будет полезно успокоиться и отойти от всех негативных мыслей.
Знакомый и родной до боли голос заставляет меня повернуть голову. Папа смотрит на меня с улыбкой, которую показывает только мне. И я срываюсь с места и бегу к нему, заключаю в свои хрупкие объятия и начинаю плакать от радости. Он тут, он со мной и с ним всё хорошо. Неужели, всё закончилось, и он вернулся ко мне? Мой папа…
Неожиданно, как звон стекла, лопнувшего стакана – это не мой папа.
Смотрю на незнакомца с родным лицом. И пусть внешность детально проработана, она даже меня обманула в первый момент, но сейчас, обнимая его, я понимаю, что этот мужчина – не мой папа. Какие бы внешние признаки ни были, но есть то ощущение, которое могут подарить только те, кто вырастили тебя и любили, его ни с чем не перепутаешь. И в этом мужчине есть доброта, толика нежности ко мне, но нет той теплоты, которая убаюкивает ребёнка после кошмара или успокаивает после неудачного дня.
Отступаю назад и стираю слёзы, хотя и понимаю, что этот мужчина уже увидел их, и мой поступок никак не мог остаться незамеченным.
Игра воображения или нет, но мне кажется, что «папа» чувствует вину за свой случайный обман.
-Вот мы вновь и встретились, Джоанна.
С этой копией своего папы я уже встречалась, после того, как в меня выстрелили. Но тогда мне показалось, что это всё только галлюцинация. Чего только не привидится на смертном одре. И я никак не ожидала повторно встретиться с этим… мужчиной? Почему-то в этом я сомневаюсь. Он не просто мужчина, но вычленить конкретно, что в нём не так, не удаётся не мне, не доктору, который не покидает меня и сейчас.
Киваю, но больше никак не отвечаю на его слова. С глаз ушли слёзы, а взгляд становится подозрительным.
Как-то вмешательство в мои сны приводило только к отрицательным последствиям, как те кошмары, которые меня мучили столько времени. И неизвестно, чем бы закончилось, если бы не удача, которая внезапно решила пойти со мной «рука об руку». Пусть это дело минувших дней, а осадок останется со мной навсегда. Хотя это помогло поверить – я не виновата в том, что произошло. Не я «козёл отпущения», и не надо винить только себя.
Кошмары тоже могут быть полезными, если выносить из них уроки.
-Я хотел попросить тебя кое о чём.