Страница 172 из 247
-Не мы, а те, с кем мы работаем. Знаешь ли, трупы и нежить обычно не настроены на разговоры.
Я демонстративно фыркаю, и тут моя главная ошибка – перестаю смотреть, куда прыгаю.
И вот тот самый неудачный прыжок: нога попадает точно на осколок плитки, похожий уже на простой камень, равновесие теряется, и восстановить его маханием рук не выходит. И вскрикнуть успеваю перед тем, как падаю. Колени подгибаются, и я вскоре чувствую силу удара. Приземляюсь на колени и руки, обдирая до крови, судя по сильному жжению. Хотя, левая рука только слегка задета, крови нет, а вот правой – не повезло.
-Я же говорил, - судя по голосу, Скотт продолжает идти вперёд.
-Почему не помог тогда?
-Предупредил же – чем тебе не помощь? – ещё дальше раздаётся его голос.
«Предупреждение – предупреждение, - мысленно передразниваю я»
Это-то ясно, но почему нельзя просто подойти и помочь встать? Или предупредить падение? Элайджа и даже Ричард всегда ловят и поддерживают. Здесь же я сталкиваюсь с таким холодным парнем! Надо же, я ещё думала о том, что он не так плох. Что же получается?
А получается… что Скотт прав, судя по всему. Он предупреждал, я продолжала прыгать. И кто же виноват в таком случае? Здесь полностью моя вина. Сама прыгала – сама упала, но какая-то обида оседает в груди. Появляется постыдное желание сесть здесь просто и расплакаться в голос. Самой стыдно за такие мысли, но они есть, и от этого не уйти. Главное, что я не поддаюсь им и встаю. Припоминаю ещё Духов и осматриваю ладони. Вновь испачкалась, так и кровь проступила, как я и предполагала. Прикусываю губу и провожу руками уже по внешней юбке. Платье больше не надену, точно, а ходить с такими руками я не намерена. Про колени не думаю, с ними и сделать ничего не могу, если только протру аккуратно.
Выходит, зря я выбросила ту бывшую юбку!
«Там песок, - напоминает мне холодный голос доктора»
Меня передёргивает от неожиданности и неожиданного холода, который волной проходит по всему телу, касаясь каждого нервного окончания.
«В организме человека около…»
Я затыкаю, прямо говоря, свой внутренний голос. Не хватает ещё лекции от второй своей личности на предмет нервных клеток и полной – системы в организме человека.
Так, возвращаюсь к насущным проблемам. Точно, из-за песка, налипшего уже на ткань, я не могла бы ею протереть свежие ссадины. Значит, нужно найти что-то новое. Кто же мог подумать, что понадобится запас различных тряпок. Обдумывая возможности, которые предоставляет платье, по его разрезанию на тряпки дальше, я всё же замечаю приближение Скотта.
-Что…?!
И придумать не успеваю, что высказать, когда перед моим носом оказывается обрывок ткани.
-Откуда…?
Но вскоре сама поднимаю глаза и вижу, что Скотт отрезал кусок от своей рубашки. Принимаю ткань и начинаю аккуратно проводить по ладоням. Смочить не в чем, но хотя бы убрать большую грязь. Принимаюсь за работу упорно молча, для верности и губы сжимаю плотнее, чтобы сосредоточиться на действиях. Разрываю ткань на две части, одну протягиваю парню, а второй аккуратно вытираю руку, смахиваю немного с колен, и всё время не обращать внимания на жжение. Затем следует приступить к перевязке руки. Их двух вариантов: ходить с открытыми ссадинами, которые продолжают кровоточить, или перевязать не совсем надёжной тряпкой, - я выбираю второе. Если что, по возвращении возьмусь пить витамины для иммунитета или даже антибиотики.
Хм… а второе есть в магическом мире? Я, в общем, до сих пор без понятия, как там всё обстоит с медициной. Вот и будет повод, чтобы узнать все детали процесса лечения.
Забираю кусок ткани у Скотта, бурча благодарность, и приступаю к перевязке. Доктор внутри меня тут же «просыпается», желая захватить управление над телом. Сначала я думаю, что следует послушать голос разума и дать доктору сделать то, на что он способен, но быстро вспоминаю о том, что перед Скоттом лучше помалкивать о своих способностях. Мало ли, что может произойти. Мы уже на кладбище находимся, поэтому моё бездыханное тело будет легко спрятать, засунул в какой-нибудь ящик – и готово.
От подобной перспективы у меня начинают дрожать руки, что совсем не облегчает процесс наложение перевязки.
-Давай сюда, помогу, - неожиданно врывается голос Скотта в мою реальность.
Он забирает у меня тряпку, аккуратно берёт пораненную руку и осматривает сначала. Похоже, оставшись довольным осмотром, приступает к наложению повязки. У парня всё выходит легко, будто, он постоянно занимается подобным. Или некромант должен уметь всё?
Раз – два, раз… Уверенные движения, и вскоре у меня перевязана рука, причём так хорошо, что ей так же удобно двигать, но повязка не сползает.
-Я-то уже подумала, что ты советом вновь помогать будешь, - не сдерживаю колкость и тут же прикусываю кончик языка, хотя уже поздно.
Осторожно смотрю на парня, не обидела ли. Но он уже поворачивается, чтобы продолжить путь. На этот раз я иду вместе с ним, только немного позади. Мало ли, может, мне ещё предстоит познать силу настоящего гнева некроманта. Правда, его всё не следует и не следует. Однако стоит мне только подумать о том, что моё высказывание осталось незамеченным, Скотт начинает говорить:
-Совет поможет только в том случае, если его слышат, ты пока этому не научилась.
В грудь набираю больше воздуха, чтобы разразиться тирадой, но один взгляд Скотта – и всё желание спорить куда-то испаряется. И приходит неуверенно осознание того, что я, действительно, советов не слушаю. И папа повторял, что я всегда сделаю так, как решила, упорная, как баранчик (не использовал слово баран, чтобы не обидеть). В результате сама зарабатываю шишки и синяки. Но чем дальше, тем болезненнее становится.