Песчаная буря

Элайджа

По всем соглашениям с Новым мирам я не имею никакого права вмешиваться в это дело. Преступление совершенно на территории Нового мира, человеком, проживающим в нём, и должно быть расследовано там же. И не имеет значения, что теперь Джоанна магичка с открывшимся талантом, пусть для окружающих он и скромный. Если бы это была не она, я бы и не думал вмешиваться, было бы то, что было бы, не моё дело. Но здесь это личное. Эта девушка моя, я её никому не позволю тронуть. А эти идиоты из полиции, мало того, что уже стреляли в неё, так теперь и арестуют при малейшей возможности!

Меня по закону должны арестовать за вмешательство в дела другого мира, но меня это не то, что не беспокоит, мне глубоко плевать на глупые правила. С умалишённым спорить – себя не уважать и слова зря тратить, поэтому я буду действовать.  Сам предоставлю им преступника, могу и ленточкой обвязать, главное, при этом не задушить на радостях. Прослежу, чтобы с Джоанны сняли все обвинения и освободили тех, за кого переживает девочка. Тогда она будет спокойнее и ещё счастливее. А счастлива она – счастлив и я. Поэтому никакие глупые законы мне не указ. Только бы девушка была спокойно и могла жить настоящим.

Я готов их уничтожить только за то, что они посмели подумать о том, чтобы прикоснуться к ней, не то, что за выстрел. Девочка слишком добрая, ничего, я буду компенсировать. В нашем случае противоположности действительно притягиваются. И буду честным, Джоанна может защитить себя кулаком, но и то, только при неожиданности и используя природную ловкость. С магами её нельзя поставить на бой, как и с профессиональными бойцами. У меня смелая и сильная девочка, но сила её не в том.

Но как закончится вся эта история, я с удовольствием дам ей уложить себя на лопатки. Моя маленькая леди. Скоро не будет всей этой Тьмой проклятой мерзости, которая постоянно отравляет. Она улыбается и смеётся, учиться, но я чувствую, что весь этот кошмар не прошёл бесследно. Совсем немного – и Джоанна вновь приобретёт отца, а я смогу отомстить и тому мальчишке, который осмелился проклясть её. Не важно, знал он или нет, за поступки надо отвечать. Он уже мужчина, поэтому будет отвечать за свои поступки. Не один мужчина не имеет никакого права поднимать руку на девушку, каким бы то ни было способом. На мою девушку, тем более.

Собственническая тёмная сторона моей натуры воет диким волком, при одной мысли, что девушке причинили вред. Я и сам виноват, понимаю. Сам, пришибленный, не пришёл к ней в тот же момент. Но что было? Испугался? Неужели. Чтобы я и испугался чувств? – Но это вполне возможно, как бы смешно ни звучало.

Тёмный маг, практик и теоретик, граф и испугался чувств к девушке. Но, учитывая мои способности, можно было предположить, насколько сильной будет наша связь и зависимость. Я сначала думал, что это всё глупости, в которых я не нуждаюсь, но теперь понимаю, насколько бы слеп и наивен. Разве может быть что-то лучше того, как она засыпает рядом со мной, обнимая своим ручками и прижимаясь во сне. Или когда просто смотрит и улыбается, и в глазах девушки появляются огоньки радости. А если вспомнить наши ночи, можно выйти из реальности надолго. Её тело, ответы на ласки и стоны, которые прокручиваются в памяти.

Будущая графиня Де’Лэнтур.

Хотя она будет злиться, что я не взял её с собой. Но я не мог подвергнуть её таким переживаниям. К тому же, Ченг может узнать её – и тогда несдобровать, ещё испугается и побежит, здесь ни в чём нельзя быть уверенным. Он маг, как уже известно, но не слишком сильный, что облегчает задачу, но, всё равно, подвергать девушку лишней опасности я не намерен. Лучше я сам поймаю этого паренька, заставлю его говорить, для верности пусть ещё посидит в темнице, что спрятана под полом моей лаборатории. Думаю, с некромантскими экспериментами под боком парниша быстро не просто заговорит, запоёт.

А Джоанна и без того будет нервничать, к тому же, ко всей этой истории присоединиться ещё и то, что произошло с учительницей на рынке. Вот ведь, змеюка ледяная! Клыки бы вырвать, да заставить проглотить, чтобы неповадно было. Но не об этой хладнокровной особе речь. Пока я закрыл для моей девочки воспоминания о том инциденте, как и у её закадычного друга, но это только временная мера. Ещё предстоит «разбор полётов» и объяснения произошедшего.

Уйти далеко в размышления мне не удаётся, перед глазами появляется Ченг. Обзавестись его фотографией я, разумеется, додумываюсь, как только занялся этим делом. И сейчас этот парень заходит в холл. Отлично, игра началась.

Джоанна

Сильвестер был со мной до победного конца над моим запасом слёз.

Всё же они могут быть разными. Нельзя сравнить слезинку радости с потоком, который вызывает боль. Слёзы столь же многогранны, как и эмоции. И никогда нельзя сразу судить, по какой причине плачет человек. Иногда он сам не может понять причину, но слёзы реагируют быстрее, чем мысли. Кажется, эмоции не в пример живее мыслей, реагируют явно быстрее. Зачастую помогая самому человеку понять, что с ним происходит. И пусть женские слёзы пугают или вызывают шок у мужской половины, но они искренние и куда многозначительнее, чем может казаться.

Дворецкому-таки удалось уговорить меня поесть. Правда, кормил он меня практически с ложечки, но я не возражала, поэтому конфликта не возникло. На успокаивающий травяной чай я согласилась сама, кивком, но согласилась. И вместе с чашкой села в кабинете графа, в котором без хозяина слишком одиноко. Но это место передаёт особенности своего хозяина. Такой же таинственный, могу поспорить, здесь есть ещё множество тайников. Не знаю, это сама комната или то, что она принадлежит Элайджи, но я всё равно чувствую, что нахожусь под защитой. Этот дом вообще напоминает нашу личную крепость, за стенами которой нам ничего не может грозить априори.