Песчаная буря

Но подбадривая Ричарда на меня уже не действуют. Упасть бы прямо тут, но моей маленькой мечте вновь не судьба свершиться.

Подходя к двери аудитории, я сразу понимаю, что что-то не так. Там слишком громко. Обычно во время лекций слышно только голос преподавателя, а сейчас такое чувство, что говорит все присутствующие в аудитории, причем одновременно и пытаясь друг друга перекричать. У меня усталость, как рукой снимает, а любопытство усиливается.

Я, на всякий случай, смотрю на табличку, висящую на двери, проверяя номер аудитории. Она точно наша. Тогда все становится еще интереснее!

Перегладываюсь с Ричардом, и понимаю, что он меня понимает без слов. Парень быстро, но при этом без лишнего шума, открывает дверь, а я в нетерпении выглядываю из-за него, осматривая аудиторию. Те, кто со мной учился все это время внезапно приобретают лица. Теперь это не просто первокурсники, адепты, с которыми я обучаюсь. Та группа что-то активно обсуждает, жестикулируя, а та девушка смотрит на всех свысока, поправляя волосы цвета меди. Парень и девушка целуются без стеснения, а другая парочка смотрит на них, и девушка явно завидует. Парниша собирает спрыгнуть спиной вперед со второго ряда парт под одобрительные крики своих товарищей.

-Что происходит? - с нотками шока в голосе спрашиваю я, поднимая глаза на друга.

-Или всеобщий психоз, или наркотики. Или... занятие просто отменили.

Первые два варианта веселее, но последнее реальнее всего. Хотя...

-Почему тогда они не ушли до сих пор? - озвучиваю я вопрос, который выражает мое сомнение.

Ричард успевает открыть рот для ответа, когда за нашей спиной раздается кряхтящий, но невероятно сильный голос преподавателя:

-Потому что занятие не отменено, к нам прибудут гости. Где вас двоих носило?

Мы одновременно поворачивается к старичку, который без повышения тона может пригвоздить кого угодно к полу. Один его взгляд чего стоит - сразу начинает казаться, что в интеллектуальном плане ты не обходишь и инфузорию-туфельку.

Да, способность говорить при обращении учителя напрямую к тебе куда-то бесследно пропадает.

-Дополнительное задание, обоим. И чтобы больше не думали опаздывать.

Покорно опускаю голову и не возражаю. Я разворачиваюсь и направляюсь к своему месту, Ричард за мной. Хорошо, что свидетелей нашей минуты позора не было. Небольшой, но всё же позор. А когда он такой вдвойне обидно. Мелочь, а так обернулась.

Я сажусь на свое привычное место, не высоко и не низко, середина, а место крайнее, чтобы не мешали писать и, честно признаюсь, быстрее сбежать после занятий. С детства не люблю, когда меня окружает много людей во время работы, а когда еще и локтями пихаются, я готова забыть о цивилизованной стороне своей натуры. Мало того, что личное пространство, которое нужно уважать, нарушают, так ещё и пихаются. В результате сейчас с одной стороны у меня боковой проход, а с другой Ричард, который умудряется писать и вообще работать так аккуратно, что легко забыть о его присутствии. Точно, вор. Он у меня и карандаши уже воровал, а я и не заметила, а это прямо из моей руки! Мастер. Или я такая невнимательная... Успокоюсь на мысли, что факты так сложились.

Мы с другом переглядываемся, и я понимаю, что вот-вот готова рассмеяться. В качестве украшений в волосах и на одежде парня ветки и листва. А судя по выражению его лица, у меня так же появились новые аксессуары. Хорошо, что волосы, хоть, заплетены, а то было бы совсем худо. Касаюсь пальчиками волос и, точно, чувствую веточку. Веточка тонкая, но такая кривая, что из волос ее так просто не вытащить.

«Подумаю... потом...»

В мыслях побороть смех никак не выходит сдержать.

Ричард, чтобы было не так заметно, кладет голову на сложенные на парте руки, скрывая лицо. Я стараюсь повторить за ним это действие, но почему-то мне все мешает: и руки не так лежат, и платье натягивается, и еще что-то, что я еще не знаю. В результате я вновь поднимаю голову с рук и осматриваюсь. Юные адепты, как я, все еще веселятся, кто во что горазд. Учитель, похоже, вновь ушел куда-то.

Стараюсь выяснить, что тут происходит, но никто ничего толком и сказать не может. Но занятие еще не начиналось, что делает факт заданного дополнительного задания тем более неприятным и несправедливым. Мы же ни на что не опоздали, так за что нас наказывать? А зная задания, которые мы тут выполняем, уже хочется утопиться (а это с моим-то страхом воды!). Одновременно я понимаю, что спорить – себе дороже, поэтому лучше молча вытерпеть несправедливое наказание и стараться больше не опаздывать.

Мыслями возвращаюсь к лабиринту, который на этот раз не желал вести меня, словно, он живое существо. И я не чувствовала свитки, их там будто не было. Но куда они могли деться? Нельзя спрашивать прямо у Элайджи, мало ли, как он отреагирует на то, что я нашла свитки (хотя, кто там кого нашел еще вопрос). Можно поинтересоваться и выбить информацию о том, где, в принципе, они находятся. Надежному человеку он их отнес. Значит, не сам прятал, а этот надёжный человек из Академии. И точно не из первокурсников. Пока я видела лишь двух преподавателей, но должны же быть и другие. Ждать, пока они будут что-то вести - я от любопытства лапки откину. «Прочесывать» список всех знакомых Элайджи так же не вариант. Поэтому буду выяснять все из первых рук, то есть от мужчины.

Мне нужно знать, где эти свитки. Потому что... просто нужно, на этом все.

-Приятно видит, что будущим первокурсникам настолько удобно в стенах Академии.

Этот голос вызывает у меня бурю эмоций, и далеко не все из них приличные и достойные скромной девушки. Быстро поворачиваю голову в направлении, откуда он донесся - и сама начинаю улыбаться. Элайджа стоит в нашей аудитории. На нем идеально сидящий костюм, который с его выправкой выглядит еще лучше. Мужчина осматривает зал, а когда наши взгляды встречаются - сначала улыбается одними глазами, потом удивленно изгибает бровь, а затем явно сдерживает смех. Я стараюсь передать немой вопрос, но сама быстро нахожу ответ. Мой внешний вид сейчас далек от того, который был с утра. Я как из леса вышла! Хотя так, практически, и есть на самом деле.