Страница 103 из 247
Доктор.
За языки появляется привкус энергии, которая хранится в этой маленькой девочке. Подозревает ли она, что скрывает в ней? Сколько она может сделать и дать этому миру? Одному магу, который сможет подпитываться от неё. За собственные ошибки плата была высокой, но пришло понимание того, что доктора не стоит убивать. Да, смерть вызывает взрыв выходящей энергии, но в ней есть яд, который отравляет того, кто посмеет использовать эту энергию. И этот яд отравляет не только мага, но и его жизнь, всех вокруг. Как ужасная цена за то, что посмел уничтожить проявление самой магии жизни.
Куда мои годы, поздно уже входить в партию, а вот советовать легко и полезно. Сейчас новые игроки. Молодой ещё парнишка, который не желает слушать дельные советы. Ничего, пробудится ещё истинная чёрная кровь. Он – охотник по рождению. А она – добыча, которая сама идёт в лапы хищника. Некоторым просто не терпится быть пойманными, и не думают они о будущем.
Что же, это не моя забота.
Жертва сама выбирает своего палача – не в этом ли главная прелесть? Открытый выбор того, чьей жертвой станешь, кому сдашься в плен.
Но это далеко просчитанная партия, которую я помогу ему выиграть, желает он того или нет, а сейчас маленькая девочка-доктор ищет приключения. Только знала бы она, насколько сильно у некоторых желание запереть её. Это только первый шаг. Пока же пусть веселиться, время и возможность есть. И меня повеселит.
Джоанна
Дверь, как я и предполагала, была на том самом месте. Но я и подумать почему-то не могла о том, что она окажется закрытой. Стучаться я, разумеется, не стала, но так же решила, что отступать не буду.
Я осматриваюсь ещё раз и останавливаю взгляд на собаки. Картина, которая мне открывается, вызывает армию мурашек. От испуга я теряю контроль над способностями – и краски резко возвращаются в мир, сбивая меня с ног от такой неожиданности. Я теряю равновесие, но успеваю опереться рукой о стену, чтобы не испортить платье пятнами земли. Чтобы там ни говорил противный гном, а платье красивое и приличное. Мне нравится, а для меня это самый важный фактор.
Вдох-выдох… Сохранять спокойствие…
Сердцебиения вокруг я всё же слышу, но на заднем фоне.
-Собачка, милая, ты погуляй, - тихо бормочу я.
Она обычно без проблем исполняет мои приказы, но тут собака садится и смотрит на меня своими умными глазами, словно, интересуется: «Мне, действительно, уйти? А кто тебя ловить будет?». Умная собачка, понимает, что я ещё не до конца оправилась. Улыбаюсь и перестаю держаться за стену для опоры.
-Что же, тогда давай вместе искать другой вход. Если есть два, значит, где-то есть ещё.
И следующая мысль оказывается такой простой и гениальной, что самое время кричать.
-Будем лезть в окна. Не сидят же они все летом с закрытыми окнами.
Приступая к осмотру стен на предмет открытых окон, я подозревала, что это не самое интересное занятие, но тут ещё и окно подходящее никак не находится. Они что, все из принципа задыхаться будут в своих комнатах? Жалко, что ли, открыть одно окно? Собака ходит вместе со мной по кругу, правда, судя по всему, считает свою хозяйку больной, что ходит туда-сюда и ждёт какого-то другого результата.
В очередной раз я захожу за угол и готовлюсь уже ругаться, когда слышу что-то необычное. Отступаю тихо назад и вновь заглядываю за угол.
Окно открылось! Разумеется, не само собой, но всё же.
А дальше всё ещё удивительнее: из этого самого окна выпадает верёвка из связанных вместе предметов спального белья, а именно из простыней и пододеяльников. Уже на этом моменте я ошарашенно моргаю и не могу поверить в реальность происходящего. Тут ещё из окна начинает кто-то вылезать! Вот это страсти, точно. А подростки везде одинаковые. Хотя у меня одноклассница, которая так сбегала (слухи, но мало ли, а память у меня как-то тут хорошо сработала), имела всегда приготовленную верёвку.
Однако тут всё так куда интереснее и интригующе. Тут же ещё из окна вылезает... девушка. И по сравнению с её нарядом, моя – монашеская. Это же надо. Оказывает, бывают настолько короткие юбки. Или это всё же пояс? А фигурка у неё какая потрясающая. Там что, в той комнате какой-то мачо местного разлива живёт? К сожалению, других вариантов у меня не появляется, поэтому я решаю воспользоваться предложенным вариантом.
В это время девушка спускается по самодельному канату вниз, поправляет свою юбку-пояс, осматривается, поправляет короткие чёрные волосы и идёт в сторону женского общежития. Значит, Мистер Уолфрид не за всем может уследить – это очень хорошая новость для меня. Я срываюсь с места и бесшумно бегу к самодельной верёвке.
-Останься здесь, будешь на стрёме.
Собака быстро реагирует и садится на месте, в сторонке. Правда, а то упаду на неё, такая большая. Еще и придавлю, как будто у бедной собаки без этого неприятностей было мало.
Лазить по веревке я умею кое-как, лучше всего в данном деле я выполняю роль груза. И не люблю я этот предмет казни, который можно использовать и без мыла с табуреткой. Но стоит поблагодарить моего папу, кое-как, а научил меня лазить по этому агрегату. Тут же еще и стена есть в помощь, для опоры ног.
Однако я все же с волнением подхожу к импровизированной веревке.
«Раз решила, надо действовать, - пытаюсь мысленно мотивировать себя»
Падать же я хорошо научилась, верно?
То, что веревка сделана из постельных принадлежностей, убеждает меня в том, что на улице ее бросать не собираются, поэтому я начинаю свое восхождение с некоторым подобием уверенности и искренней благодарности к местному Казанове.
Сначала лезть трудно и непривычно, поднявшись на один этаж таким способом я начинаю задумываться о том, что зря упрямлюсь. Утро вечера мудренее же. А зачем мне на ночь глядя конспекты и другие источники знаний. Но стоит только такой мысли появиться в моей голове, как упрямство и уязвленная женская гордость начинают в один голос убеждать, что все делаю правильно, а на обратном пути можно и стекло разбить. Последнее предложение я быстро отбрасываю и замечаю, что восхождение идет со временем все лучше.