Последний вздох

Как же было приятно вытянуться в полный рост. Маленький Форд не позволял этого сделать и, избавившись от машины, Джимм первым делом с удовольствием потянулся до хруста в спине. Это и был огромный минус высокого роста. Только вспомнить, как во время тура по Японии он частенько вынужденно наклонялся, чтобы не въехать головой в очередной дверной косяк. Что уж говорить о потолках и санузлах вне дорогого отеля. Маленький городок, казалось, спал, не обращая никакого внимания на двух своих гостей. Кое-где, конечно, слышались веселые голоса блуждающей полночной молодежи, но им не было дела до чего-либо еще, кроме своей молодости.

Долгое время они шли молча. Джимм опять пытался проскрести хоть какой-то путь внутрь головы Саманты, но со времени их отъезда из Риджтауна девушка закрылась так сильно, что даже эмоции он был понять не в силах. Этернель вдруг почувствовал себя глухим и слепым рядом с ней.

Возможно, дело было в ее, мягко говоря, не лучшем отношении к представителям жителей ночи, а может все из-за серьезных переживаний, что сейчас, должно быть, испытывала девушка. Все же выкинуть прошлую жизнь не каждому по плечу.

Но, внешне она никак этого не показывала, кидая в небольшой костерок, который они устроили за городом, свои карточки и избавляясь от смартфона. Ни один мускул на ее лице не дрогнул, когда все связывающее с прошлой жизнью исчезло. Она и сейчас шла с немного отстраненным выражением лица.

Мужчина хотел завести разговор, но вдруг передумал. Не стоило сейчас лезть с глупостями или наоборот ковырять ножом душу.

Пара домов в этом тихом районе еще светила окнами, в одном из них даже творилась какая-то неразбериха.

– Да мне насрать! – выплюнул подросток, обуянный сильными эмоциями. Он ненавидел весь мир, его бесила жизнь, которой он живет с родственниками. Бесил отчим, который не уважал его дуру-мать. – Уйду от вас!

– Ты сдохнешь жалким бомжарой, мелкий! – рассмеялся мужчина в доме. – Роз, твой сынок, думает, что он сможет жить без моих деньжат.

Джимм явно услышал громкий топот паренька. Тот, кажется, намеревался выбежать из дома.

– Давай сосунок, вали нахрен!

– Натан, перестань, – слабо возмутилась мать. – Руперт, стой!

Но ребенок уже захлопнул за собой дверь и сердито зашагал прямо на встречу к Саманте и Джимму. Его неряшливо взлохмаченные синие волосы вместе с желтоватым светом от уличных фонарей создавали какое-то свое мистические свечение, черная футболка с логотипом группы «Last Breath» смотрелась мешком на его тощей фигуре, а черные потертые штаны с одинокой серебристой цепочкой довершали образ неформального подростка. Он шел, опустив худое лицо вниз, глядя себе под ноги, и бормотал о том, как еще всем покажет, и какие все кругом придурки.

– Привет, – просто сказал Джимм, и они с Самантой чуть посторонились, так как ребенок даже не подумал поднимать голову.

– Ага, – буркнул он и прошел мимо.

Секунд десять он продолжал идти, а потом резко остановился, обернулся и удивленно уставился на позднюю парочку.

– Не может… – изумление молниеносно превратилось в восторг.

Парень внутренне засиял и судорожно начал подбирать какую-нибудь крутую фразу, для приветствия с басистом известной группы. Бледные щеки тут же покрылись густым румянцем, когда он понял, что от охреневания не может ничего толком сказать и выглядит сейчас, скорее всего, как идиот.

– Как дела? – так же просто-добродушно спросил музыкант.

– Э-э…неплохо, – слегка замялся парнишка. – Сами как?

– Да хорошо. Как Роз поживает, то есть, твоя мама?

Руперт на секунду потерял дар речи.

– Откуда вы ее знаете?

– Вообще-то, она моя старшая кузина, – нахмурился Джимм. – Разве она тебе не говорила?

Через пятнадцать минут вампир и Ходящая были уже внутри дома и мило беседовали с самой Роз. Чуть полноватая светловолосая женщина в леопардовых лосинах, все не могла простить себе то, что «забыла» своего любимого кузена, с которым они в детстве весело играли в охотников за приведениями. Ее муж, обладатель достаточно симпатичного лица, но мелочной душонки, недоверчиво косился на «звезду» в своем доме и, заткнувшись до поры до времени, тихо допивал свое пиво из алюминиевой банки.

Дом у родителей Руперта был самым обычным одноэтажным, с небольшой гостиной-кухней, спальней, комнатой подростка и крошечной ванной.

Поправить воспоминания смертной было легко, разговаривать еще легче, только вот Саманта иногда бросала косые взгляды в его сторону. Кажется, ей не нравилось, как играет с людьми Джимм. Впрочем, он старался не замечать колкого взора спутницы и непринужденно болтал с Роз и ее сыном.

Руперт не верил своему счастью и все пытался подмазаться подписать ему диск с последним альбомом группы.

– Слушай, – хитро прищурилась женщина, – ты ведь так и не сказал, что вас с Самантой объединяет.