Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 152 из 178

— Похоже на то, — хмыкнул Дульбрад, подтвердив мои предположения.

— Но как?!

— Не знаю, — задумался он, — но выясню.

Опасение, что во дворце затевается нечто дурное, оказалось не напрасным. Я оглянулась и увидела приспешников Олава. Веряне, ставшие князьями Льен, выглядели под стать своему повелителю.

Первый, Арне Зоркий, нынешний хранитель Вижского града, особенно впечатлил. В детстве мои способности ещё не раскрылись, и я не знала его истинного облика. Я видела тогда лишь крупного человека с чёрными, словно ночная высь, волосами и непроглядными глазами, похожими на базальт. Теперь же он предстал передо мной совершенного другим. Его голову украшали белые рога с множеством ветвей, а изо рта торчали два острых клыка, делая похожим больше на зверя, чем на человека. Приплюснутый нос втягивал воздух, и я обрадовалась предусмотрительности Ловкача, на всякий случай отбившего мой запах. Одно присутствие нового хозяина Вижского града заставляло меня трепетать от страха.

За ним следовал Дааро Крайс, захвативший замок Ристрих. Половину его лица закрывал большой загнутый клюв, делая врага похожим на коршуна. В отличие от узурпатора и Арне, маленькие рожки Дааро едва выпирали среди тёмных волос. Жёлтые глаза с горизонтальным вытянутым зрачком внимательно глядели по сторонам, просматривая толпу. Спину покрывали внушительного размера шипы, продирающие одежду насквозь.

И последним показался Рико Атли, подчинивший своей воли Сизый замок — наследные владения Милоша. За его плечами были сложены тёмные кожистые крылья, достигающие пола. Когда он говорил, в его рту показывался раздвоённый тонкий язык и несколько рядов маленьких острых зубов.

Не хотела бы я перейти кому-то из них дорогу. Я опустила глаза, пытаясь не задерживаться взглядом на неведомых существах и надеясь не выдать своего интереса. Мне пришлось опереться на спутника, заручившись его незримой поддержкой. Я боялась даже на секунду остаться одной в этом страшном месте. Царский дворец превратился в демоново логово. Хоть я и никогда не видела этих исчадий подземелий, по легендам когда-то наводивших ужас на весь Льен, но не сомневалась, что передо мной предстали именно они. Творения Треокого попросту не могут быть столь ужасны.

Но зачем демонам царский престол? Неужели они захватили Льен, чтобы постепенно уничтожить людей, когда-то их преследовавших? Или дело в шкатулке — в том, чего они боятся?

В политике никогда не бывает просто, но я не представляла, с какими тайнами столкнусь в Мауроне. Наверное, и веряне не знали, кому поклонялись. Они чтили Олава, завоевавшего соседнюю страну, но что будет, когда суеверный кочевой народ узнает, что их повелитель носит маску? Может, где-то в степях и есть города, величию которых позавидуют наши, но традиции варваров всё равно уходят корнями в прошлое. Их боги всегда говорили лишь одно — демонов необходимо уничтожить. Никто в здравом уме не сделает своим правителем подобную тварь. Веряне, как и мы, всегда пугали своих детей созданиями бездны.

Но какой страх я испытала, когда повернулась к приспешникам Олава спиной! Им ничего не стоило убить меня или Милоша, обставив преступление так, как это представлялось выгодным.





Я вспомнила пророчество шептуньи. Грена предсказывала, что я столкнусь с двуликим демоном. Интересно, кого именно старуха имела в виду? День осеннего равноденствия приближался, а вместе с ним нарастало напряжение, как челнок снующее по нитям судьбы. Я молила Треокого, чтобы всё закончилось благополучно.

Пока я размышляла о будущем, Дульбрад не терял времени. Он уже завязал разговор с Канором Сельм-Рамст. Князь не догадывался, что за личиной лорда Гарсия скрывается совсем другой человек, и общался с Милошем по-дружески. Воспользовавшись ситуацией, Ловкач не стушевался, задавая Канору довольно скользкие вопросы:

— Говорят, что грядущие праздничные гулянья ничуть не уступят тем, что были при прежнем царе, — сказал Милош. — Как вы думаете, ваша светлость, удастся ли Олаву сохранить прежний размах?

Разумеется, вор тревожился не о празднике, и князь Сельма это понимал. Пока друг беседовал, я рассматривала Канора из-под ресниц. Передо мной стоял статный, уверенный в себе мужчина. Он не боялся солнца, и его кожа имела лёгкий золотистый загар. Волосы песчаного цвета были непривычно коротко острижены. Я ничего не могла понять по волевому лицу аристократа, он умел хорошо скрывать свои мысли, но неблагородная щетина выдавала в нём человека, мало заботящиеся о мнении окружающих. По-своему я прониклась к нему симпатией.

Князь держался твёрдо, и я чувствовала в нём силу. Он не выглядел ослабленным, каким делала людей, со слов Милоша, шкатулка. Напротив, в присутствии Канора ощущался покой. Он явно сражался не в одной битве, и это делало его больше воином, нежели князем.

Но не стоило забывать, что Сельм-Рамст — один из тех, кто признал власть узурпатора. Я не могла ему доверять, хоть он легко смог расположить меня к себе.

Тем временем владетель юго-восточной провинции Льен ответил:

— Я думаю, что Олав постарается это сделать, лорд Гарсия. Стране нужен сильный правитель.

Канор слегка улыбнулся, давая нам понять, что не будет до конца искренен. Впрочем, другого никто и не ждал. Особенно здесь, в царском дворце.