Наводнение

Мы уже давно не используем деревья в качестве сырья и стараемся вовсе не трогать природные ресурсы. Всё искусственное, однако, качество ничуть не хуже (хотя я не могу сравнивать, верю истории). Сейчас законом преследуются люди, которые все ещё пытаются использовать дары природы.

-Меня зовут Ченг,- говорит он быстро и сам пожимает мою руку.- А тебя как?

Стараюсь прерывать мысленные ругательства в мою скромную сторону, так сказать, на удачу.

-Джоанна, - говорю я не слишком дружелюбным тоном, стараясь, чтобы до ушей парня не дошли ругательства, которые так и просятся сорваться с кончика языка.

Вот точно тогда будет удивительное знакомство!

Но моя реакция ничуть его не смущает. Он начинает смеяться и пожимает плечами, его тёмные волосы разлетаются в разные стороны, придавая образу паренька ещё больше веселости.

-А тебе жарко в этой кофте не будет?

Он явно решает завести со мной если не дружбу, то просто разговор.

-Она только кажется толстым, - я стараюсь, чтобы голос звучал не слишком злобным.

Пришлось-таки прервать мысленное обругивание самой себя.

Может, я ему понравилась?

Честно, это приятно, когда на тебя обращают внимание представители противоположного пола. Думаю, девушки меня поймут. Тогда и спинку стараешься держать ровней, и посмотреть незаметно, не испортился ли макияж, одежду так же незаметно поправить и глазками, глазками стрелять.

Хотя сейчас у меня стрельба даже без прицеливания. Так, разминка первоклассника.

-Чувствую, это будет чудо, а не поездка, - протягивает он с мечтательной улыбкой.

«Новичок, - тут же решаю я»

Кто ещё будет радоваться подобному, если только не в первый раз испытывает подобное давление. Или у Ченга стойкие нервы.

А парень выглядывает в проход между креслами: заходит новый пассажир.

-Это да,- стараюсь поддержать его радостный порыв, но сама чувствую фальшь в голосе.

Может, это и хорошо, что Ченг подсел ко мне. Хотя бы не буду грызть саму себя всю дорогу. Только вот у меня странное ощущение, будто,… даже сравнить не с чем. Словно мне завязали глаза и ведут куда-то в неизвестность. И с чего моё мнение так изменилось?! Ну, говорят же, что девушки могут быстро менять своё мнение.

К сожалению, предположение моего нового друга оказалось неверным. На общественных работах нам предложили попробовать убираться в общественных туалетах или убрать мусор в одном дворике. Странно, но нашёлся тот, кто с удовольствием принялся за работу, а мне пришлось делать вид, что я действительно занята. Мы с Ченгом перекидывались фразами, и постепенно моя симпатия к нему росла.

И мы оба сошлись на мысли, что хоть убей, не понимаем – как кому-то может по-настоящему нравится подобная работа. Конечно, переговаривались тихо, но и шутки отпускали. И этот парень нравился мне всё больше. Весёлый такой, шустрый. И помог забыть о плохих мыслях, что в последнее время заполонили мою голову.

Когда же снова сели на свои места в салоне, громко обсуждали что-то и смеялись, как старые друзья.

Потом мы поехали в один из офисов и старались вести себя как можно тише. Так сказать, прилично. Но в такие моменты меня пробивало на смех ещё больше. Работники кратко улыбались нам и снова принимались за работу. Такие выпускники, как мы, наверняка только мешают им. Но мало ли, может, как раз, кто-нибудь из нас вскоре будут ходить им всем за кофе.

Этот вариант я также сразу вычеркнула в своём воображаемом списке. И с горестью поняла, что осталась последняя поездка, а я так и не решила, чего же мне действительно хочется.

Ченг заметил, что я чем-то встревожена, но я смогла перевести разговор на другую тему. Он не тот человек, с которым хочется обсуждать такие темы. Особенно, когда я поняла, что следующая остановка – для него место назначения. Он так и светился, когда говорил о работе с химикатами и тому подобном. Я почувствовала укол зависти, но быстро подавило неприятные чувства.

«Нет, нельзя завидовать, ты же большая девочка…»

Но внутренний голос повторяет: «И я так хочу!» - как маленький ребёнок.

Последней остановкой стала химическая фабрика. На ней производят экологически чистые растворители для мусора и многое другое. Нам показали чьё-то рабочее место, огражденное стеклом, и повели через один из цехов.

Когда от бессилия наворачиваются слезы и хотелось уже действительно вслух хорошенько выругаться, Ченг отдёргивает меня и шепчет:

-Смотри.

Он показывает мне на дверцу, которую кто-то попытался оградить коробками, но это у него плохо получилось. Любопытства сразу начинает играть где-то внутри, и я чувствую, как от волнения потеют ладони. Сердце начинает биться быстрее, и только после этой волны радости я понимаю, насколько это всё глупо. Честное слово, понимаю. Но ничто не могу с собой поделать.