Страница 24 из 275
-О, какая конфетка.
И голос мужчины становится таким приторно и неприятно сладким. Как голоса родственников, которые даже не помнят, когда тебя в последний раз видели, но должны сказать что-то в крайней степени милое и приятное.
-О, мужчина бьёт девушку! – передразниваю его.
Но он только смеётся, будто, я как-то очень смешной анекдот ему сейчас рассказала.
-И откуда такая горькая?
Рука фактически сама сжимается в кулак, а в голове начинаю прокручивать все возможные удары. Последнее хоть немного успокаивает.
И тут вмешивается та рыжая особа. Вблизи она ещё симпатичнее, хотя что-то детское в неё всё же есть, и даже во взгляде что-то такое есть.
Я-то решила, что она ко мне помощь пришла. Как же?! Дождёшься…
-Так мы договорились?
Мужчина, не повернувшись к ней, процеживает сквозь зубы:
-Во-первых,- паузу,- я занят, а, во-вторых, не отвлекай больших дядь, когда они заняты.
Вижу, как от злобы лицо девушки наливается краской, а в зеленых глазах появились огоньки. Причём злоба ещё такая детская, наивная, если можно сказать. И на меня направленна! Как бы говоря, что это я во всём виновата, я пришла и тут мою скромную персону вовсе не ждали.
Вот и пытайся делать людям добро!
То, что происходит дальше, я могу попытаться объяснить только каким-то влиянием со стороны и окончательной потерей мозгов (с моей стороны).
Мужчина всё не отпускает мою руку и уже куда-то намеривается меня увести, но тут наши мысли с той неизвестной особой совпадают, мы обе против подобного поворота. Но действую первая я. Причем радикально и действенно – второй рукой хороший удар в нос, и я на свободе!
-Что ты наделала?! – пронзительный крик той девушки.
А с моей стороны только немой шок рыбы, которая внезапно осознала, что находится на берегу.
-Что-о? – протягиваю я невнятно.
-Что-что?! Мы с ним даже договорить не успели! Чего руки распускаешь?
-Ах ты, маленькая…
Хочу одарить её парой-тройкой красных эпитетов, которые опишут хотя бы частично то, что я думаю. Но пока демонстрацию моих скромных знаний приходится отложить: к нам направляются явно не положительно настроенные люди. Похоже, не только этой рыженькой не нравится, что я сделала.
Ох, Джоанна, лучше бы, правда, ушла отсюда тут же!
-Бежим!
Это кричит рыженькая – а я тут же подрываюсь за ней. Лучше позорно бежать, чем встречаться с этими, направляющимися в нашу сторону, увальнями.
Я не чувствую под собой ступенек, как быстро мы бежим по лестнице, потом по слабо освещённому коридору, осознавая, что шум за спиной становится всё тише, но потом раздаются громкие шаги, потом ещё и ещё. За нами всё же погнались!
Выбегаем из коридора – девушка бежит к двери, и я за ней. Но нет! Дверь открывается – и на пороге оказывается ещё трое внушительных парней, такой наружности, что сразу становится понятно, что лучше с ними не сталкиваться. Тогда моя напарница по побегу старается быстро развернуться и побежать к лестнице, но её ноги скользят на лузе разлитой воды. Кажется, опять моя вина, но признаваться совсем не хочется и время не подходящее.
Девушка падает на колени и ругается (так хорошо, что мне становится немного завидно), но быстро встаёт и бежит к лестнице, мне же удаётся уцепиться за поручни – и дальше бежать по лестнице, стараясь не замечать сначала шока тех, на кого мы натолкнулись, а потом то, как они присоединяются к погоне. Сердце у меня где-то там осталось, сначала в пятки упала, а потом и выскочило, вот точно. Но возвращаться и подбирать как-то нет желания.
Я бегу за рыжей головой перед собой и стараюсь не отставать, так же не обращать внимания на шаги за спиной. В общем, включить полный игнор, и я вообще просто на пробежке.
Только моя пробежка неожиданно приводит меня к балкону!
Причём это рыжее нечто с воистину детской ловкостью, перебирается на другую его сторону – и так невинно смотри на меня.
-Хочешь здесь остаться?
И в голосе такая насмешка.
Конечно, нет! Особенно, учитывая тот факт, что шаги за спиной становятся всё более чёткими, а так же наши преследователи явно не стесняются в выражениях. Но спрыгнуть с балкона – это как-то… В общем, преследователи ещё не повод закончить жизнь самоубийством.
Хотя… тут же только второй этаж.
И мои мысли вслух озвучивает девушка:
-Всего-то второй этаж! Живее, ты мне ещё должна!
Вот на последнее я точно буду возмущаться, но немного позже. Вот как только отсюда выберусь, так тут же.
Очень кстати отключается мозг – и я как со стороны наблюдаю за тем, как перебираюсь на другую сторону балкона, а потом вместе с девушкой спрыгиваю. Но приземление оказывается даже мягким. Неужели кто-то обкладывает улицу матрасами? А нет, улица теперь и едет. Похоже, мы прыгнули в какой-то грузовик, наполненный чем-то мягким. И хотя приземление более чем удачное, машина увозит нас с места преступления, и вообще ещё много вопросов, над решением которых необходимо хорошо подумать, я не могу двинуться с места. Так и лежу на боку, как прилетела. Мир перед глазами теряет свою четкость, и я всё же теряю сознание.