Страница 14 из 79
- Не позволяй ему заходить слишком далеко. Не надейся, что этот крокодил потерял к старости хоть один из своих зубов.
Джаред насторожился. Ему не нравилось то, что он слышал сейчас. Но Лу встряхнула головой и засмеялась:
- Мам, ты же знаешь: то, что Александр говорит за столом мне, чаще всего предназначается Глории. Просто ему нравится, как она бросается меня защищать.
- Да, именно так кокетничают людоеды. Все хи-хи да ха-ха, а потом - ам и нету.
- Нет, Глория сказала, что он не имеет привычки играть с едой.
Странный разговор. Еще не зная, о ком говорят мать и дочь, Джаред уже разделял опасения Лизы. Во всяком случае, с тех самых пор, как Лу перестала его дичиться и стала выходить к ужину в голубом платье длиной чуть ниже колен и бежевых балетках. Она была такая… нет, не сексапильная… нежная и трогательная. Как первый ландыш. Рука просто сама потянется сорвать такой цветочек, не в силах устоять перед соблазном его весенней свежести.
- Девочки, хватит этих ужасов о людоедах. У меня уже все ноги седые от ваших разговоров, - вмешался Рональд. – А у тебя как дела, Джаред?
Джаред привык, что за ужином его обычно не трогают. Отец несколько раз пытался разговорить его, но усилия Рональда были направлены в первую очередь на то, чтобы заинтересовать сына своим бизнесом. К гонкам и байкам отец оставался равнодушен, а Джареда до сих пор не вдохновляло ничего, кроме байков и гонок.
- Учеба. Мастерская. Байк.
- Не находишь, что твой список несколько коротковат?
- А чего в нем недостает? – Джаред тоже умел быть упрямым.
- Друзья. Любовь. Дело.
Друзья с завидной регулярностью заваливались в поместье на вечеринки Джареда. Любовь? Отец сам женился всего лишь два года назад и, похоже, правильно сделал, что не поторопился. Джаред готов был следовать его путем и прожить еще лет двадцать без любви, но зато с большим количеством секса.
- У меня есть дело. И оно приносит мне достаточно денег.
- Но дело это не только деньги. Это общественный статус. Самоуважение. Ощущение собственной нужности и значимости. Даже власть, в конце концов.
Бла-бла-бла. Зачем лезть из кожи, чтобы стать кому-то нужным? А власть нужна только мелким гитлерам и наполеончикам, которых мама в детстве не долюбила.
- Па, не начинай. Я выучусь, закончу универ, а потом у меня будет дом, байк и та жизнь, которая мне нравится. А твой бизнес, просто гиря, которая тебя утопит. Так что не пытайся ее на меня навесить. - Джаред бросил вилку на стол и поднялся. – Всем спасибо. На сегодня достаточно.
Честно говоря, в гостиной Джаред остался только для того, чтобы посмотреть, как Лу выходит из комнаты.
- Не против, если я присяду? – Элизабет остановилась около дивана.
- Конечно, нет.
Лиза, все такая же прямая, села и вдруг с болезненной гримасой потерла поясницу.
- Чертов фиксатор. Опять ноет. Врач обещал, что я привыкну, но я постоянно чувствую эту железку на позвоночнике.
- Вам больно? Принести что-нибудь?
- Не беспокойся, спасибо. Просто на два дня забросила свои упражнения, и вот результат.
Значит, у нее травма, а он напридумывал себе черти что, как старая сплетница. Джареду стало неловко. Словно услышав его мысли, Лиза пояснила:
- Свалилась с дерева, представляешь? Сколько лет лазила по горам к орлиным гнездам и ничего, а тут сверзилась с высоты всего в пару метров и прямо спиной на камень. Наверное, потому решила наконец сходить замуж, раз с серьезной работой пришлось покончить.
Мать Лу решила поговорить с ним по душам? Ладно. Только задавать вопросы будет Джаред.
- Так, значит, вы не выходили замуж за отца Лу?
- За Харлея? Ты ведь с ним уже знаком? – Джаред кивнул. – Нет. Я влюбилась в него, когда бунтовала против отца. А потом мне пришлось бунтовать против Харлея.
Вот что еще этим бабам нужно? Хотя, конечно, где Вандербильты, а где Харлей… Лиза смотрела перед собой и продолжала тихо:
- Женщины и сейчас от него без ума, но ты даже не представляешь, каким он был в молодости. Казалось, остановить его невозможно, он сокрушал все препятствия. А потом вдруг оказалось, что ему ничего не нужно, кроме своей мастерской, дальнобоев (21) и посиделок с пивом такими же стареющими мальчиками. А я должна была быть рядом только для того, чтобы готовить еду, стирать одежду и подставлять свое плечо под его локоть, когда он «выходил в народ». – Женщину передернуло от отвращения. – Джаред, - теперь она смотрела прямо ему в глаза, - я знаю, что Лу в последнее время стала чаще встречаться с отцом и бывать в его тусовке. Я не хочу, чтобы она повторила мою ошибку.
Джаред вспомнил парней на смотровой: «танцуй, детка», «прогнись поглубже». Нет уж, он тоже не согласен подпускать этих бармаглотов к Лу.
Тонкие руки опустились на плечи Лизы, обвили ее шею. Перегнувшись через спинку дивана, Лу поцеловала мать в щеку.
- Спокойной ночи, мама. Пока, Джаред.
Лиза и Джаред смотрели вслед удаляющемуся голубому платью. Когда стеклянные двери, ведущие из гостиной в сад, бесшумно сомкнулись, Джаред сказал:
- Не беспокойтесь, Лиза. Я присмотрю за Лу. А…
- Хочешь спросить что-то еще?
- А кто такой Александр?
- Разве ты еще не знаешь? – Удивилась мать Лу. – Александр Морган, мой отец.
- Александр А. Морган?
- Ну да, тот самый, - Элизабет пожала плечами.
Словно быть дочерью или внучкой Александра Моргана, которого даже друзья звали не иначе, как Аллигатором, было самым простым и естественным делом. И Лиза еще беспокоится за свою дочь? Если это тот самый Морган, о котором слышал Джаред, то вокруг Лу уже должен стоять частокол, а на самых остро заточенных бревнах торчать головы ее незадачливых поклонников. Как же все это не вязалось с образом худенькой девочки в джинсовом комбинезоне и широкой рубашке с закатанными до локтей рукавами.