Страница 67 из 129
Ллид сказал:
- Они ушли на север. Никто в лесах не увидит и не услышит. Выньте кляп.
- Что толку? - возразил тот, у которого был мой меч. - Он ведь не знает нашего языка. Взгляни на него. Он ничего не понимает. Мы сейчас говорим, что его надо убить, а он даже не испугался.
- Что же это доказывает? Только что он смел, а это мы и так знаем. Человек, которого вот так схватили и связали, понимает, что ему угрожает смерть. Однако в его глазах нет страха. Делайте, что я велю. Я знаю довольно, чтобы спросить имя и куда он держит путь. Выньте кляп. А ты, Пвул, и ты, Арет, поищите сухого валежника. Мне нужно побольше огня, чтобы разглядеть его хорошенько.
Один из моих стражей развязал узел и вынул тряпичный кляп. У меня был разорван угол рта, и тряпка пропиталась слюной и кровью, но житель холмов упрятал ее к себе в карман. При такой нищете, как у них, вещи не выкидывают. Интересно, подумалось мне, дорого ли "они" посулили за меня? Если это Кринас с товарищами напали на мой след и подрядили лесных людей высмотреть, куда я пробираюсь, то поспешные действия Квилла спутали им все карты. Но и мои замыслы тоже рухнули. Даже надумай они теперь меня отпустить, чтобы тайно последовать за мною, разве могу я продолжать свой путь? Я не сумею уйти от слежки, хоть и буду о ней знать. Эти люди видят в лесу любую тварь и умеют доставлять вести быстрее пчел. Отправляясь в это путешествие, я знал, что в лесу мне не укрыться от любопытных глаз, но обычно лесные жители никому не показываются и ни во что не вмешиваются. Теперь же у меня оставался только один способ добраться до Галавы и не привести за собой врагов: я должен переманить этих людей на свою сторону. Я ждал вопросов их вожака. Он спросил, медленно, с трудом подбирая ломаные валлийские слова:
- Ты - кто?
- Путник. Еду на север, где живет один мой старый друг.
- Зимой?
- В этом есть нужда.
- Где... - он искал слово, - откуда ты едешь?
- Из Маридунума.
Это, по-видимому, совпадало со сведениями, полученными от "них". Он кивнул.
- Ты - гонец?
- Нет. Твои люди видели все, что я с собой везу.
Один из них скороговоркой сказал на древнем языке:
- Он везет золото. Мы видели. Оно у него в поясе, и еще есть зашитое в подпруге на кобыле.
Вожак разглядывал меня. Угадать его мысли по лицу я не мог, оно было не прозрачнее дубовой коры.
Он спросил через плечо, не отрывая взгляда от моего лица.
- Обыскивали? - Это он произнес на своем языке.
- Нет. Мы видели, что у него в карманах, когда отбирали оружие.
- Обыщите теперь.
Они повиновались и действовали достаточно грубо. А затем пропустили его вперед и сами тоже сгрудились над добычей, рассматривая ее при свете тусклого факела.
- Золото. Смотрите, как много. Пряжка с королевским драконом. Не значок, попробуйте на вес, это настоящее золото. Клеймо - ворон Митры. И он едет из Маридунума на север, притом тайно. - Квилл снова запахнул на мне плащ и закрыл клеймо. Он выпрямился. - Ясно, что это он самый, о ком говорили солдаты. Он лжет. Он гонец. Надо его отпустить и выследить.
Но Ллид медленно проговорил, глядя на меня:
- Гонец, везущий арфу и знак Дракона, и с клеймом ворона Митры? И едущий в одиночку из Маридунума? Нет. Это может быть только один человек: чародей из Брин Мирддина.
- Вот этот? - переспросил человек, который держал мой меч. Меч чуть не выпал у него из руки, но он сделал над собой видимое усилие, сглотнул и сжал его крепче прежнего. - Это он-то чародей? Да он молод еще! И потом, я слышал про того чародея. Он, говорят, ростом великан, и взгляд его леденит до мозга костей. А этого отпусти, Ллид, и пойдем по его следу, как подрядились с солдатами.
Квилл встревоженно поддержал его:
- Да, давай его отпустим. Королей мы знать не знаем, но повредить чародею - это не к добру.
Остальные, испуганно переглядываясь, сгрудились еще ближе.
- Чародей? Об этом речи не было. Мы никогда бы не тронули чародея.
- Никакой он не чародей, взгляните, как он бедно одет. И потом, если б он владел магией, он бы не дал себя схватить.
- Он же спал. И чародеи нуждаются в сне.
- Нет, он не спал. Он нас видел. И ничего нам не сделал.
- Мы успели заткнуть ему рот.
- Сейчас у него рот не заткнут, а он молчит.
- Право, Ллид, отпустим его и получим у солдат обещанные деньги. Они сказали, что хорошо заплатят.
И снова бормотанье, кивки. Потом один из них рассудительно заметил:
- При нем есть больше, чем дадут солдаты.
Ллид все это время молчал, но тут сердито вмешался:
- Разве мы грабители? Или платные доносчики? Я же говорил вам: мы не будем слепо выполнять то, что велели солдаты, какую бы награду они нам ни посулили. Кто они такие, чтобы мы, древний народ, работали на них? Мы работаем сами на себя. Тут есть кое-что интересное для нас. Солдаты нам ничего не объяснили. Быть может, объяснит этот человек. Похоже, что свершаются важные дела. Посмотрите на него, такой человек не ездит по чужому поручению. Такие люди среди других пользуются почтением. Развяжем его и попробуем с ним побеседовать. Разведи костер, Арет.
Во время этого разговора двое по его слову натаскали валежника и сучьев, сложили костер и стояли наготове. Но в ту ночь во всем лесу не сыскать было сухой ветки. Ледяной дождь лишь недавно перестал, отовсюду, со всех деревьев, текло и капало, почва под ногами поддавалась, как губка, точно пропитанная влагой до самого центра земли.
Ллид сделал знак моим стражам:
- Развяжите ему руки. И один из вас пусть сходит принесет еды и питья.
Один страж сразу отошел, но другой не сдвинулся с места и нерешительно теребил нож. Остальные теснились тут же, продолжая спор. Как видно, у Ллида не было королевского единовластия, он был только вождь, и товарищи могли оспорить и опровергнуть его суждения. Я разобрал лишь обрывки их речей, но потом Ллид внятно произнес:
- Есть вещи, которые нам нужно знать. Знание - наша единственная сила. Если он не скажет нам своей волей, придется его заставить...
Арет запалил сырой валежник, костер затлел, не давая ни тепла, ни света, а только испуская клубы черного, едкого дыма - попеременно во все стороны света, как кружил ветер. У всех запершило в горле, слезились глаза.