Страница 6 из 9
Сэм был парализован своим незнанием французского языка и ее холодностью, но, когда рыжеволосая парижанка пошла дальше, ринулся за ней с еще большей решимостью.
- Ты когда-нибудь видел подобные лица? - спросил он у Артура, не глядя на него. - Я никогда не встречал женщины красивее.
Она излучала нечто, сразу привлекавшее внимание, а также силу, чувствовавшуюся даже на расстоянии. Эта девушка не принадлежала к числу тех, кто забрасывал цветами маршевые колонны союзников и был готов повиснуть на шее у первого встречного солдата.
- Да, симпатичная девушка, - согласился Артур, сознавая неадекватность своего определения. Он испытывал некоторую неловкость от того, что Сэм так настойчиво следует за ней по пятам. - Но мне все же кажется, что она не в восторге от того, что мы за ней увязались.
- Заговори с ней, - попросил Сэм. Казалось, что он околдован рыжеволосой француженкой.
- Ты спятил? Она же минуту назад смерила нас ледяным взглядом.
Незнакомка исчезла в магазине, а они остались стоять на тротуаре, беспомощно топчась на месте.
- Ну и что дальше?
Артуру, похоже, неловко было преследовать эту женщину по улицам Парижа. Пусть они победители, но все равно это ему не нравилось.
- Подождем. Давай пригласим ее на чашечку кофе.
Сэм вдруг пожалел, что они съели те печеньица, которыми их угостили, а не забрали с собой. "Она такая худая, наверное, давно не видела сладостей, подумал Сэм. - Я-то что: просто полз себе на брюхе по Северной Африке и по Италии, а потом на четвереньках пробирался по Франции. А вот она пережила немецкую оккупацию. И, наверное, женщине это несравненно тяжелее".
Ему вдруг захотелось оградить ее от всего случившегося с ней в прошлом и защитить от еще возможных неприятных происшествий, поскольку Париж был наводнен опьяненными победой солдатами союзнических армий.
Она вышла из магазина с кошелкой, из которой торчал длинный батон хлеба, и с нескрываемым раздражением взглянула на поджидавших ее американцев. Сверкая глазами, она что-то сказала Сэму, но тот ничего не понял и попросил Артура перевести:
- Что она сказала?
Ее слова не отличались любезностью, но Сэма это не смутило - главное, что она заговорила с ними. Артур, глядя на Сэма, не узнавал своего приятеля, весьма скромного до сих пор. В Италии Сэм вел себя прилично: дальше объятий, невинных поцелуев, нескольких щипков дело не шло. Но сейчас, судя по всему, Сэм совершенно потерял голову.
- - Она говорит, что если мы сейчас же не отстанем, то она пожалуется нашему командиру и потребует, чтобы нас арестовали. И, по-моему, Уокер, мадемуазель не шутит.
- Скажи ей, что ты генерал, - ухмыльнулся Сэм. К нему, похоже, возвращались обычная самоуверенность и чувство юмора. - Бог ты мой.., ну скажи ей, что я в нее влюблен.
- Может, пользуясь случаем, предложить ей также плитку шоколада и шелковые чулки? Сэм, прошу тебя, опомнись и оставь девушку в покое.
Поразившая Сэма особа тут же зашла в другой магазин, но он, очевидно, не намеревался последовать совету друга.
- Пошли...
Артур безуспешно пытался уговорить приятеля уйти, и, пока они спорили, девушка вышла из магазина и направилась прямо к своим преследователям.
Она остановилась совсем рядом, и Сэм подумал, что сейчас ему станет плохо от се близости. У нее была такая матово-белая кожа, что она напоминала драгоценный фарфор, и Сэму захотелось коснуться ее руки.
Между тем незнакомка попыталась выразить свой гнев, употребляя известный ей скромный набор английских слов.
- Идите отсюда! Идите назад! Уходите! - кричала она. Смысл ее слов можно было понять без труда. Казалось, она вот-вот набросится на них, надает им пощечин. Почему-то особую агрессивность она испытывала по отношению к Сэму.
- C'est compris?
- Нет...
Сэм бесстрашно пустился в разговор с француженкой, немыслимо коверкая слова.
- Я не говорю по-французски... Я американец... Меня зовут Сэм Уокер, а это Артур Паттерсон. Мы просто хотели познакомиться и...
Он подарил ей одну из своих самых обаятельных улыбок, но в ее взгляде сквозили гнев и боль, которых Сэм не мог понять. Ему было жаль ее, но он не мог выразить ей свое сочувствие.
- Non!
Она замахала на них руками.
- Merde! Voila! C'est compris?
- Merde?
Сэм, озадаченный, повернулся к Артуру:
- Что такое merde?
- Это значит говно.
- Очень хорошо...
Сэм улыбнулся, как будто она сказала ему что-то приятное.
- А нельзя ли пригласить вас на чашечку кофе... cafe? Не переставая улыбаться ей, Сэм взмолился, обращаясь к Артуру:
- Ради бога, Паттерсон, как пригласить ее на чашку кофе? Пожалуйста, скажи же ей что-нибудь!
- Je m'excuse... - смущенно произнес Артур, глядя в глаза очаровательной француженки и пытаясь вспомнить школьный курс французского, который куда-то вмиг испарился из головы.
Сэм был прав. Красивее девушки Артур в своей жизни не видел.
- Je regrette... mon ami est trfis excite... voulez-vous un cafe? выдавил он из себя в конце концов. Ему вдруг тоже захотелось, чтобы она не уходила. Но в ответ немедленно раздался поток ругательств:
- Quel sacre culot... bande de salopards... allez-vous faire...
Затем, со слезами на глазах, она тряхнула головой и торопливой походкой, миновав их, пошла в обратную сторону с тем же гордым видом, как прежде. От быстрой ходьбы сильно поношенные, растоптанные туфли хлопали ее по пяткам видно было, что они ей велики, как, впрочем, и темно-синее платье.
- Что она сказала, Артур?
Сэм поспешил за ней, проталкиваясь сквозь неизвестно откуда взявшуюся толпу солдат.
- По-моему, она послала нас ко всем чертям, я не совсем понял остальное. Кажется, это был арго.
- А что это? Диалект? - поинтересовался Сэм, хотя филологические тонкости французского языка сейчас мало волновали его, он больше всего боялся потерять ее в толпе прохожих.
- Это парижский жаргон.
Девушка метнулась в короткую улочку, рю де Гран-Дегрэ, свернула к одному из подъездов и исчезла внутри, с силой хлопнув дверью.
Сэм остановился и расплылся в довольной улыбке.
- С чего ты так обрадовался? - удивился Артур.
- Теперь мы знаем, где она живет. Остальное будет проще.
- Почему ты решил, что это се дом? Может, она к кому-то зашла?