Страница 14 из 240
- Катя, стой! - вовремя закричала я. Она уже занесла камень за голову.
Он остановился, так и не зайдя внутрь.
- Кадар это ты? - переспросила я.
- Да, - послышалось из входа.
Катя опустила камень. Медленно положив его, она подошла ко мне. Кадар тоже зашел.
- Ну, привет. Чего пришел? - спросила я у него.
- Я взять еды. И… - тут он замялся, и, после некоторых размышлений, чуть ли не выдавил из себя. - Узнать, как вы.
“Заботливый ты наш!” Я убрала саблю и жестом показала ему пройти. Катя странно себя вела. От него шарахалась и в основном держалась ближе ко мне.
Мы сели друг напортив друга и, после небольшого молчания, я все-таки начала.
- Тебя никто не узнал?
- Нет.
- Хорошо. Так, а Малика ты убедил?
- Да, убедил. Но он хотел видеть вас. А когда я описать кто вы, он стать плохо и больше не спрашивал.
“Ну и как это понять?”
- То есть, Малик никому не расскажет?
- Нет.
“У меня отлегло на душе. Историю мы и так изменили, хватит и живого Кадара”. Я посмотрела на подругу, она была бледна, и на лице был написан страх. “Да что с ней происходит?!”
- Почему вы уехать быстро?
Катя переводит взгляд на меня, мол - отвечай.
- Нам нужно быть здесь. Нам тут… безопаснее и … мы должны вернуться домой. И вообще, - я переключаюсь на другую тему, - как бы мы жили в Иерусалиме.
Он задумался. Мы просидели в тишине еще несколько минут. И мне снова пришлось нарушить неловкую паузу.
Поговорив с нами еще с полчаса, он встал и сказал, что пора идти.
Катя тут же ушла из нашего “кружочка”. Кадар лишь бросил вопросительный взгляд в ее сторону. Мешок с едой пришлось забрать мне.
Ассасин двинул к выходу.
- Кадар, подожди, - крикнула я и подбежала к нему.
Когда я поравнялась, мы уже зашли в туннели.
- Ты следил за новостями? В Иерусалиме и других городах. Мне нужно у тебя кое-что спросить.
- Да. Что ты хотеть знать?
- Убийства важных людей или тамплиеров. Были ли такие и кто?
- Да, - он утвердительно кивает. - Малик сказал, что в Акре убить Уил…у, - замялся он. То ли выговорить не может, то ли забыл.
- Уильям де Монферрат, - помогаю ему.
- Да, это он. И еще в Дамаске. Абу аль Нуквод. Почему ты спрашивать?
“Вот блин, этого я не предусмотрела. Черт!” - мысленно я выругала себя за неосмотрительность.
- Эм… это важно. Тамплиеры говорили нам эти имена. Сказали, что это важные люди. Я просто проверяю, правда, это или нет. И если что-нибудь измениться и пойдет не так, я дам тебе знать и тогда ты спасешь братство.
“Отличный ход, сделать его героем и еще больше расположить к нам!” Он аж засветился от такой возможности.
Мы вышли наружу. Вечерело, а вслед за этим и холодало.
- Кадар, - начала я. - Будь осторожен.
Он вопросительно посмотрел на меня.
- Я про то, что никто не должен тебя видеть, - пояснила ему. Не дай Бог, неправильно поймет!
Он кивнул и, развернувшись ко мне спиной, двинулся навстречу пустыне. “Надо будет научить его здороваться и прощаться. А то как-то неудобно даже”, - с этими мыслями я тоже возвращалась в храм.
***
Жизнь, а точнее выживание снова вернулось в свое русло. Правда, были изменения. Если мы куда-то ходили, то были всегда вместе. Чаще стали выходить наружу и гуляли за пределами храма. Даже по ночам выходили. Звездное небо было просто прекрасно. Мы часами смотрели на них, пока мне не становилось холодно и, под возмущения Кати, мы возвращались назад. Прошло примерно семь спокойных деньков, когда мы просто гуляли и разговаривали.
- Ты слышала? Кажется, это волчий вой был вдали, - спросила подруга.
Мы медленно двигались по туннелю к нашему месту.
- Да ладно! Я не слышала.
Мы почти пришли, но нас остановил какой какой-то шорох у нашего места. Очень осторожно я выглянула из-за поворота. Человек… Ассасин. “Серый капюшон. Опять Кадар?”
Мы пошли ему на встречу. Он заметил нас и тоже подошел.
Ассасин почему-то нервничал. Подойдя к нам, он ничего не сказал, и мне пришлось расспросить его.
- Что случилось? - сразу спросила я. Нет времени спрашивать, как дела.
- Альтаир… он… он видеть меня, - запинаясь, начал он, - я…
Я не дала ему договорить. Катя почему-то начала отходить назад.
- Что! - и тут меня понесло. - Кадар, что не понятного было в том, что мы тебя просили. Никто не должен был тебя увидеть. А сейчас ты заявляешь, что сам Альтаир… Господи! - последнее прозвучало на русском.
Он стоял с виноватым лицом. Я понимала, что хожу по лезвию. Кто мы такие, чтобы орать на него и приказывать. Да он сильнее нас обеих взятых.
- Черт, вот черт… - меня хватало только на ругательства.
- Это очень плохо, - раздался голос подруги позади.
- Что плохо?! - неожиданно послышалась английская речь сверху.
Мы все посмотрели наверх. Но долго разглядывать источник вопроса не пришлось. Он, кто бы он ни был, спрыгнул вниз рядом с Кадаром.
Когда человек спрыгнул, мне, то ли показалось, то ли нет, но храм как будто вспыхнул зеленым цветом и какие-то надписи снова появились на стенах. Это было буквально сотые доли секунды. “Наверное, от усталости просто галлюцинации”, - подумалось мне. Передо мной была другая проблема, поважнее обмана зрения.
“Белый капюшон. Этот пояс, меч и… Нет. Нет! Я узнала его. Это был сам Альтаир Ибн Ла-Ахад. Мастер ассасин и тот, кто не должен был знать о Кадаре в первую очередь! Что вообще он тут делает?”
Я тут же затыкаюсь.
- Я так и знал. Я подозревал, что что-то не так. Что это все неспроста! - рычал он на идеальном английском. - Но женщины… это было последнее, что я ожидал!
- Альтаир, подожди, дай мне…
- Замолчи! Я ничего не желаю слышать!
А затем он говорит что-то на арабском, и Кадар умолкает.
Альтаир переводит взгляд сначала на меня, потом на подругу. Взгляд его опускается на мое бедро. “Вот черт, саблю же я у тамплиеров сперла!” И тут же последовала незамедлительная реакция.
- Они тамплиеры, - он достает меч и направляет на нас. - Что означает, что ты предатель, Кадар.
- Альтаир, пожалуйста, - начал Кадар, а дальше он заговорил на арабском.
Лицо Альтаира изменилось. Пропал тот гнев, но недоверие осталось.
- Объясняйтесь, - это прозвучало как приказ, - хотя нет, вы пойдете со мной. Раз Малик тоже имеет к этому отношение, он должен присутствовать.
- Малик не виноват, - начал было его брат.
- Не хочу ничего слышать от предателя! - огрызнулся Ла-Ахад.
Он что-то начал искать и в итоге вытащил из заднего кармана или сумки, не было четко видно, веревку.
- Свяжи ей руки, - с этими словами он кинул Кадару веревку и мечом указал на Катю.
Кадар повиновался. А выбора не было, против того, кто сильнее тебя не попрешь.
- Достань свою саблю и брось ее в сторону, - это уже адресовалось мне.
“Какого черта он с нами так обращается. Мы спасли того, кто почти умер по его вине. Да он должен быть благодарен!” Зло берет надо мной верх. Я достаю саблю и, что есть сил, кидаю ее в сторону. Альтаир, видимо, не ожидал такой реакции. Он быстро сдвинулся с линии возможной атаки.
Нервный смешок вырвался и, не удержавшись, я сделала вид что кашляю, чтобы скрыть нарастающий смех.
Он убрал меч и подошел ко мне.
- Это так ты обращаешься с теми, кто исправляет твои ошибки, - нагло спрашиваю я.
Он взял мои руки и начал грубо связывать их.
- Что ты сейчас сказала?! - рыкнул он в ответ и дернул веревку. Запястье как будто обожгло огнем.
- Что услышал! - тоже рычу ему и смотрю со всей ненавистью в глаза. “Я сейчас нарвусь, но и хрен с этим”.