Страница 63 из 152
Как оказалось, деревья пока дождь не пропускали и идти по лесу было гораздо приятнее, чем по дороге — ничего не капало за шиворот и не пыталось промочить насквозь. Правда, счастье длилось не долго. Финист направление запомнил правильно и вскоре они вышли к горе, которая оказалась рукотворным сооружением, похожим на пирамиду майя.
— Вот, гора, — с гордостью сказал Финист и указал пальцем на находку.
— Ищем вход, — решила Дженни, немного помедитировав на успевший усилиться дождь.
Добрый молодец радостно кивнул и выскочил на поляну с пирамидой.
Дженни нехотя поплелась следом. Сама же захотела сопровождать это недоразумение. Никто за язык не тянул. А раз взялась, придется донести эту тяжесть до конца.
— Лишь бы до победного, — пробормотала Дженни. — А то ведь могут быть варианты, вплоть до мужского.
Поляна была очень симпатичная и очень нравилась Миррет. Обедать на такой, рассевшись на расстеленных покрывалах и найденных в безразмерной сумке подушках — сплошное удовольствие. Особенно когда можно прижаться плечом к одному некроманту и слушать, как лягушка тоном любящей мамочки рассказывает Аркалелю о вреде алкоголя.
А потом пришел Яй-Каай и все испортил.
— Вот! — мрачно сказал он, удивляя мир теперь уже синяками под обоими глазами, что делало его похожим на панду.
А еще у божества была оцарапана щека и перебинтована правая кисть.
— Вы что подрались? — с удивлением спросил Луи. Как-то он был лучшего мнения о богах.
— А, дурные бабы, — проворчал бог. — И стена, — добавил, посмотрев на перебинтованную руку. — Но сейчас не о том. Я вам подвиг принес.
И улыбнулся. Широко и доброжелательно, как Дедушка Мороз, принесший послушным детям подарки.
— Где он? — мрачно спросила Миррет, заглянув Яй-Кааю за спину, словно там мог прятаться лев со стальной шкурой или трехголовый пес.
— Мы портал настроили, — сказал бог и зашарил по карманам. После двух минут поисков, когда даже Миррет успела заскучать и отвлечься, а лягушка вернулась к лекции о вреде пьянства и его влиянии на семейные отношения, Яй-Каай наконец что-то нашел и вытащил на свет мешочек из завязанного узлом клетчатого носового платка. — Внутри путеводный клубочек, точнее то, что от него осталось. Кто же знал, что древние артефакты с таким аппетитом ест моль? А вредная старуха новый дать не захотела… В общем, развяжете, когда готовы будете тронуться в путь и он вас выведет куда надо.
— А куда нам надо? — с подозрением спросил Луи.
— К гидре. Точнее, как гидре… к какому-то ее дальнему родственнику. Еле его нашли, хорошо прятался все это время. Точнее, как прятался… сидел себе дома, изредка выходил, притворяясь драконом, овец драл и жрал. А рыцари, которые ходили с ним сражаться, возвращались не в себе.
— В смысле, не в себе? — забеспокоилась Миррет.
— Да просто дураки они, неученые, большинство даже читать не умеют. А он им то устройство мира покажет, то иллюзию открытого космоса создаст, то еще какую-то пакость. Вот они маленько с ума и сходили. Одного даже на костре сожгли, — объяснил улыбчивый бог.
— Ага, — сказала Миррет.
А Луи взял увязанный в платочек клубок и вежливо поблагодарил.
— Ах, да, за клубком следует идти. Именно пешком. На машине нельзя, — заявил Яй-Каай, отступая от облагодетельствованных подвигом людей. — Это довольно медлительный артефакт, хотя и точный.
С этим бог и пропал, оставив Миррет размышлять о том, что ее то ли опять провели, то ли послали в какое-то нехорошее место, то ли решили испытать работоспособность поеденного молью артефакта. И завести этот клубочек на самом деле может куда угодно, в том числе и в пасть ближайшего дракона. Такого здоровенного, величиной с гору.
— Я пока не поем, никуда не пойду, — гордо сказала Аллочка и расправила плечи.
— Правильно, голодать тебе нельзя, вон какая тощенькая, — проворчал волк, за что получил возмущенный взгляд и обещание отстрелить хвост.
Поеденный молью клубок освобождали из платка осторожно, как будто это был не волшебный клок шерсти, а натуральная мина. Оказалось, оно того не стоило. Зрелище оказалось жалким, а не страшным.
— Похоже его не только моль, а еще и мыши ели, — задумчиво сказала Миррет и потыкала в лохматое и пыльное нечто пальцем. — А как им пользоваться?
— Бросить на землю, он и поведет куда побитый божок загадал, — ответила лягушка. — Эх, видела бы это Баба Яга. Прокляла бы божков, утащивших один из ее клубочков. Она же их с такой любовью делает. Сама овец стрижет, сама шерсть в ручье вымывает, потом сама же сушит и чешет. А потом скручивает нить, обязательно при полной луне и под волчьи песни. Потом эту нить в травяных настоях вымачивает, и сушит, вплетая еще и магию. И только после этого нить в клубочек мотает. А они даже сохранить не сумели. Эх.
— Может сжечь его будет гуманнее? — спросил Луи, глядя на клубок с большим сомнением. Если бы он сам был артефактом и кто-то довел бы его до такого состояния, то он бы обязательно отомстил первому, кто под руку подвернется. А подвернулись клубочку именно они.